Мы вообще-то ненастоящая семья

Эпизод 2. Мы вообще-то не настоящая семья.

Отлично. Мы преодолели препятствие.

Теперь, когда я отправила документы о расторжении помолвки, на душе стало намного легче. В тот день я не спеша дала себе время восстановиться и успокоиться, ведь меня потрясли воспоминания о прошлой жизни. Я приняла теплую ванну и насладилась сладкими десертами.

Мне стало по-настоящему спокойно от мысли, что мне больше не нужно отчаянно бороться за внимание или признание окружающих. Мне больше не нужно будет скромно вести себя перед семьей, боясь их расстроить, и не нужно будет устраивать истерики слугам, которые смотрели на меня свысока из-за того, что я внебрачная дочь. Мне больше не нужно будет плакать втайне, переживая из-за сплетен светских дам, болтающих обо мне. Мне больше не нужно будет сомневаться, почему я не могу жить нормальной жизнью, как все остальные. Осознание того, что я не являюсь частью семьи, действительно сделало мою жизнь легче.

Да. С этого момента я постараюсь жить немного разумнее.

Как только получу деньги, сразу же уеду отсюда…! Однако это мирное время было недолгим, и инцидент произошёл на следующий день.

— Мисс, вас зовёт Хозяин.

Дворецкий особняка, известный своей медлительностью и преданностью только моему отцу, лично пришел ко мне. И ему предстояло решить очень важное дело.

— Отец? Сейчас?

— Да. Он велел мне привести вас прямо сейчас.

Однако я не смогла сразу последовать за дворецким. Дело было в том, что я не была рада встрече с отцом.

Нет, на самом деле мне было страшно.

С тех пор как меня, новорожденную, доверили этому особняку и вырастили здесь, я ни разу не переставала нервничать перед отцом. Даже наивный ребенок, живя в такой семье, неизбежно становится проницательным. Отец меня не любит. Я поняла это еще до того, как он успел что-либо сказать. Атмосфера в семье, где даже говорить о матери нельзя. Холодные, ледяные глаза отца, смотрящие на меня. В условиях такого безразличия я росла исключительно под присмотром няни. Возможно, причина его неприязни в том, что я нежеланный внебрачный ребенок. Потому что само мое существование должно быть пятном на репутации семьи.

«Если они узнают, что я, которую они так ненавидели, на самом деле не внебрачная дочь, а дочь другого мужчины, это будет для них концом, не так ли?»

Как только эта мысль пришла мне в голову, дворецкий, который до этого молча ждал, вежливо подтолкнул меня.

— Мисс, пожалуйста, поторопитесь.

— Хорошо.

Зачем они меня позвали? Будучи человеком, обремененным столькими грехами, я не могла легко догадаться о причине. Я последовала за дворецким, погруженная в размышления о том, что же, черт возьми, происходит. С тех пор, как я вспомнила свою прошлую жизнь, я заперлась в своей спальне и строила различные планы, но разве я только что не натворила чего-то неладного?

«Неужели это потому, что я, как и ожидалось, поссорилась с горничными?»

Но раньше он никогда не вызывал меня по таким вопросам. Герцог Фердиа хранил молчание, даже когда я выходила в высшее общество и придиралась к молодым людям из других семей. Поскольку он и так не проявлял особого интереса к своим детям, включая меня, я редко видела его лицо. Разве что семейный обед, который мы устраивали раз в месяц? Даже это было в основном формальностью. Учитывая сильные индивидуалистические наклонности членов семьи, можно сказать, что это было время, чтобы просто сообщить о своем выживании и дать друг другу знать, что мы живы.

Однако в его безразличии ко мне и его двум сыновьям была разница. Во-первых, мы с ними жили в разных местах. Я жила в пристройке с тех пор, как меня сюда привезли, а два его сына жили в главном доме. В отличие от них, которых он изредка вызывал в свой кабинет для обсуждения семейных дел, меня вызывали лишь несколько раз. Было время, когда я изо всех сил старалась заслужить любовь такого отца, но в ответ получала лишь холодный взгляд и молчание. Он просто смотрел на меня, не говоря ни слова.

Но зачем он меня позвал?

Теперь, когда ко мне вернулись воспоминания о прошлой жизни, я знаю, как будет развиваться сюжет, поэтому я боялась всего, что происходило неожиданно.

— Я доложу господину.

— Хм.

Я ждала, когда откроется дверь кабинета, испытывая сильное беспокойство. Вскоре плотно закрытая дверь распахнулась, и внутреннее пространство медленно открылось моему взору. Тот мужчина, склонившийся над документами. Этот красивый мужчина был не кто иной, как мой отец, Сильвестр Фердиа. Глава герцогства Фердиа и обладатель огромной власти, известный как Император Тьмы, правящий преступным миром. Вскоре герцог медленно поднял голову.

Его темные волосы, казалось, впитывали в себя даже солнечный свет, проникающий сквозь окно, а яркие золотистые глаза были готовы заманить в ловушку любого. Этот бесстрастный взгляд напомнил мне дикого зверя.

Бах… Я услышала, как за мной захлопнулась дверь. Пытаясь скрыть свое волнение, я подошла и встала у стола в кабинете. Прежде чем я успела что-либо сказать, герцог Фердиа нарушил молчание.

— Элоди Фердиа.

Как только назвали мое имя, я почувствовала непреодолимое желание убежать, но я уже оказалась в безвыходной ситуации.

— Да.

— Ты создала проблемы.

В голосе герцога, спокойно излагавшего факты, не было и следа сожаления. Он просто констатировал факт.

Это должно было случиться.

Как бы я ни думала об этом, самый большой переполох, который я устроила за последнее время, — это вчерашняя стычка со служанками. Похоже, слухи дошли до герцога. Я глубоко вздохнула и нервно сглотнула. Затем, крепко сжав кулаки, я закричала:

— Извини!

— ……что?

— Мне очень жаль!

— Элоди Фердиа.

— Больше я так не буду делать!

— ……

Это называется «тройное извинение». В конце концов, когда человек первым просит прощения с таким напором, собеседник теряет дар речи. Сработала моя тактика или нет, но на обычно холодном лице герцога появилось выражение недоверия.

«Мне это удалось?»

По крайней мере, он не выглядит сердитым, разве этого недостаточно? Как раз когда я с оптимизмом обдумывала происходящее, герцог, снова нахмурившись, прижал пальцы ко лбу и тихо заговорил.

— Я получил сообщение от Первого принца. Я слышал, ты просила его расторгнуть помолвку.

— А? Я не сделала ничего плохого...

Я думала, дело снова в ссоре со служанками. Поскольку разрыв помолвки казался мне естественным шагом, я даже не предполагала, что меня вызовут по этой причине.

«Я думала, отцу будет всё равно».

Потому что он никогда не проявлял ко мне особого интереса. Я недоуменно наклонила голову, но снова напряглась, увидев необычное поведение герцога.

«Ой.»

Казалось, мое волнение усилилось из-за нахлынувших воспоминаний о прошлой жизни. Подумать только, я потеряла бдительность прямо перед герцогом Фердиа. Я ссутулилась, снова напрягшись. Взгляд герцога, смотревшего на меня с недоверием, похолодел.

— Я все это время закрывал глаза на все твои выходки в семье.

— Я знаю.

— Но этот случай — нечто иное.

— ……

— Разве ты не хотела этой помолвки?

Так и было. Тогда я отчаянно хотела обручиться с Первым Принцем. Поэтому я настойчиво умоляла герцога Фердиа, который не хотел связываться с императорской семьей, пока помолвка не будет оформлена. Я хотела обладать неоспоримой властью, чтобы никто не мог критиковать или игнорировать меня за то, что я внебрачная дочь. Если бы я стала Кронпринцессой, а затем и Императрицей, никто не посмел бы надо мной издеваться. Меня преследовала мысль, что я хочу заставить их всех испытать унижение, кланяясь той самой внебрачной дочери, которую они так презирали.

«Если бы я знала, что это кратчайший путь к гибели, я бы никогда этого не сделала…!»

Я спокойно смотрела на герцога.

«Я отчетливо помню, что ты был против помолвки. Поэтому я подумала, что даже если я ее разорву, это не будет иметь значения».

Но ситуация изменилась.

В настоящее время на трон Виллентийской империи претендовали два кандидата: Первый принц, Аденмир Пресил Виллент, сын императрицы, и Второй принц, Бельтран Рок Виллент, сын имперской супруги. Помолвка дома Фердиа со мной была равносильна неявному выражению их поддержки Первому принцу. Вспоминая оригинальную историю, герцог даже удочерил главную героиню, чтобы продвинуть её на этот пост после того, как моя помолвка с Первым принцем была расторгнута, так что слова герцога имеют смысл.

— Вы имеете в виду, что разрыв помолвки неприемлем, верно?

— Верно.

— Хорошо, я поняла.

Когда я так спокойно подчинилась, взгляд герцога стал острым. Клянусь, это был не взгляд отца, смотрящего на дочь. Это был взгляд хищника, пытающегося разглядеть скрытые мотивы стоящего перед ним человека. Чтобы не вызывать ненужных подозрений, я, как всегда, отвела взгляд.

«Как и следовало ожидать, разорвать помолвку будет непросто».

Подумать только, первый принц связался с герцогом, а не со мной. Это было довольно странно. Естественно, я предполагала, что он без проблем подпишет и отправит бумаги об аннулировании брака. Это понятно, учитывая, что первый принц, Аденмир, меня не очень-то любил. Поскольку он с самого начала жаждал власти Фердиа, чтобы стать императором, он относился ко мне лишь как к политическому инструменту. С другой стороны, до того, как я вспомнила свою прошлую жизнь, я испытывала к этому человеку некоторую симпатию.

Из-за того, что он красивый?

Но каким бы красивым он ни был, красотой сыт не будешь, поэтому предотвращение моего мрачного будущего — главный приоритет. В любом случае, Аденмир точно меня недолюбливает, поэтому мне казалось, что лучше всего сначала убедить другую сторону подать заявление о разрыве. Пока эти мысли крутились у меня в голове, герцог Фердиа откинулся на спинку кресла и махнул рукой.

— В настоящее время ты находишься под домашним арестом. Возвращайся к себе и подумай над своим поведением, Элоди Фердиа.

Я была удивлена более мягким наказанием, чем ожидала. Я думала, что меня могут наказать гораздо строже за отсутствие раскаяния. Как только я повернулась, чтобы уйти, я увидела, что герцог пристально смотрит на меня. Почему? Казалось, ему хотелось что-то добавить, или мне просто показалось? В конце концов, я не смогла подавить свои сомнения и спросила его напрямую:

— Вам случайно нечего больше сказать?

— …Нет. Свободна.

Даже когда я выходила из кабинета, эти слова не полностью развеяли мои подозрения.

«По его лицу было ясно, что он хотел что-то сказать».

Дверь за моей спиной захлопнулась, отрезая эти мысли.

Это произошло, когда я усердно направлялась в свою спальню, чтобы продолжить свою прекрасную жизнь, полную самоограничений и безделья. К сожалению, в коридоре я столкнулась с двумя людьми.

— Привет, Лили.

С моим старшим братом, Янси Фердиа.

— На что уставилась?

И его младшим братом, Карлотом Фердиа.

Поскольку кабинет герцога был единственным помещением в конце этого коридора, казалось очевидным, что они оба направлялись именно туда.

— Похоже, ты возвращаешься от отца. Я слышал, ты просила первого принца разорвать помолвку; это правда?

Янси, как обычно, назвал меня по ласковому прозвищу и спросил мягким, нежным тоном. Я слабо улыбнулась в ответ, следуя его примеру, но в глубине души оставалась настороженной. Янси Фердиа, с черными волосами, похожими на волосы герцога, и голубыми глазами, унаследованными от герцогини. Хотя он был очень похож на отца, он всегда улыбался так ярко, что было легко представить, как выглядел бы молодой герцог с улыбкой на лице.

Унаследовав мощную родословную, Янси владел силами семьи с пугающей эффективностью. Фердиа «Разрушения». Сила, которой обладал Янси, так и называлась — «Уничтожение». Способность наносить смертельные раны живым существам и заставлять неодушевленные предметы стираться в пыль внушала страх абсолютно всем. Но при этом на его лице всегда играла мягкая улыбка. Однако не стоит обманываться этой милой маской.

Янси всегда звал меня по прозвищу нежным голосом и без колебаний интересовался, как у меня дела. Поэтому раньше я считала Янси единственным хорошим человеком в этой семье. Однако с тех пор, как несколько лет назад я столкнулась с его холодным взглядом, который смотрел на меня как на мерзкое насекомое во время «того самого инцидента», я поняла, что сильно ошибалась. Теперь, когда ко мне вернулась память, мое и без того настороженное отношение к Янси стало еще хуже.

«Человек, чья внешность кардинально расходится с нутром».

В оригинальной книге содержалось подробное описание психологии Янси, и оно полностью совпадало с моими ощущениями. Он был из тех людей, кто ласково улыбается снаружи, но внутри оценивает других с холодным расчетом, способный безжалостно растоптать любого, когда это необходимо.

Когда я просто промолчала, сохранив улыбку, Карлот, стоявший рядом, усмехнулся и встрял в разговор:

— Дело не в том, что она просила расторгнуть помолвку; скорее всего, первый принц просто вышвырнул её.

Карлот, с его кудрявыми рыжими волосами и золотистыми глазами, был из тех, кто открыто демонстрировал свою неприязнь. Хотя он был на два года младше меня, он ни разу в жизни не назвал меня «старшей сестрой». И это еще не все. Когда мы были маленькими, он даже звал меня «эй, ублюдок» вместо имени. Теперь, когда он немного подрос, он перестал использовать это слово. Не знаю, понял ли он, что таким образом позорит и своего биологического отца, или причина была в другом.

«Подумать только, это еще считается улучшением…»

Прискорбное положение дел. Если сравнивать, то с Карлотом, который открыто меня ненавидел, было гораздо проще иметь дело, чем с двуличным Янси. Карлот также был единственным, кому я могла ответить тем же, поскольку перед остальными членами семьи я обычно вела себя тише воды, ниже травы. Двое парней передо мной были прямыми потомками семьи Фердиа, обладая идеальными физическими чертами своих родителей. В отличие от них, я была совершенно чужой.

И это было вполне естественно, учитывая, что в моих венах не текло ни капли их крови.

Раньше этот факт разбивал мне сердце, но теперь, когда я знаю правду, я не чувствую ровным счетом ничего.

— Верно. Я как раз иду от отца, — ответила я, глядя только на Янси, и тут же почувствовала, как Карлот, которого я демонстративно проигнорировала, свирепо уставился на меня.

«Аж дух захватывает».

Я даже не взглянула в его сторону, сосредоточив все внимание на старшем брате.

— Тебя сильно ругали?

— Просто посадили под домашний арест…

Карлот прервал меня, прежде чем я успела закончить фразу.

— Пфф. Так тебе и надо.

Это была откровенная провокация, но я, продолжая игнорировать рыжего, невозмутимо закончила мысль:

— Ничего страшного.

— Наказание? Это будет непросто для тебя.

— В последнее время я всё равно всё время сижу в спальне. Меня это полностью устраивает.

— Хорошо. Держись, Лили. Скажи мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Янси мягко улыбнулся и похлопал меня по плечу, словно подбадривая. Зато Карлот испепелил меня таким взглядом, словно хотел убить на месте.

— Если тебе что-нибудь понадобится, справляйся сама. Не смей приставать к моему брату!

Его враждебность можно было резать ножом. В воздухе висело четкое послание: кто-то вроде меня не имеет права переступать их границы. Решив вмешаться, Янси наконец заговорил:

— Что случилось, Карл? Вы должны ладить как семья.

— Семья? — саркастично выплюнул Карлот.

Но Янси ответил, даже не моргнув глазом:

— Да. Вы оба — мои любимые младшие брат и сестра.

«Лжец».

Внешне он улыбался так доброжелательно и ласково, но его истинные намерения невозможно было прочитать. В конце концов, вопреки ангельской внешности, он был тем еще интриганом. Естественно, Карлот отшатнулся от отвращения.

— Брат. Ты что, с ума сошёл? Ты хочешь сказать, что я такой же, как «она»?!

Младший братец, который никогда не считал меня человеком из-за моего происхождения, скривился так сильно, как только мог. Случись это всего день назад, я бы смертельно обиделась и начала скандалить, но я больше не та Элоди, что была раньше.

«И что? Мы ведь даже не настоящая семья!»

Чтобы позлить Карлота еще сильнее, я ответила с улыбкой, которая была гораздо ярче и шире, чем обычно:

— Спасибо, что беспокоишься обо мне, брат. И о Карле тоже.

Возможно, Янси был озадачен моим внезапно миролюбивым поведением, потому что он бросил на меня многозначительный взгляд.

— Фу.

Карлот отвернулся и сделал вид, что его сейчас стошнит.

«Вот придурок».

Я неодобрительно цокнула языком и резко отвернулась. Разбираться с этими двумя было слишком хлопотно.

«Всё нормально».

Мне просто нужно как можно скорее выбраться из этого дурдома. Тогда мне не придётся видеть весь этот цирк, верно? Эта так называемая семья, которую весь высший свет почитает и уважает, на самом деле прогнила насквозь.

Я покинула коридор лёгкими шагами, не испытывая ни малейших сожалений.