Мальчик с меткой

Архипелаг Хайдзэн. Южный край. Деревня Цуюно, на границе Дома Ветра.

Ветер гнал пыль по сухой земле, словно отгонял от неё чужаков. Рыбацкая деревня спала под серым небом. Только в одном доме свет ещё не погас — в доме старухи Миё, целительницы, что когда-то была Фудзёном.

На старом циновке сидел мальчик лет четырнадцати, с белыми как соль волосами и тенью в глазах.

— Он опять подрался, — бормотала Миё, обвязывая его руку. — У тебя кровь как у буйвола. Но разум… — она прищурилась. — Ты же не убил их?

— Нет, — буркнул Широ. — Они первые начали. Сказали, что я «проклятый птенец».

— Потому что ты выжил. Один. После шторма. С этой… — старуха ткнула пальцем в его спину, — печаткой.

На лопатке мальчика — странный знак: круг из пепельных завитков, словно нарисованный золой.

Широ не знал, откуда он. Он не знал, кто его родители. Только шторм, мёртвые птицы и он один — в самом центре.

— Завтра ритуал, — сказал он. — Я тоже иду.

Миё усмехнулась.

— Думаешь, духи ответят тебе? Думаешь, Песня Ветра станет твоей?

Он не ответил.

Следующее утро

На вершине холма, под древним деревом Фуруки, собрались дети деревни. Юноши и девушки — все с надеждой в глазах. Перед ними — мастер ритуала в чёрных одеждах Дома Ветра. С левой стороны стояли старейшины, справа — наблюдатель от Академии.

Ритуал был прост: коснуться корней Фуруки, прошептать своё имя и позвать Ветер. Если дух отвечает — на теле появляется символ: простая резьба, которую позже превращают в настоящую печать.

Первым пошёл Кадзу. Трусил, но сделал всё точно. Вокруг него закружились перья — ответ Ветра.

Потом Акай — вода взмыла в воздухе в тонкой спирали.

Настал черёд Широ.

Тишина.

Он встал, подошёл к дереву, опустился на колени.

— Я… Широ. Я зову Ветер. Прошу… ответь мне.

Он прижал ладонь к корню. Прошло мгновение. Два. Десять.

Ничего.

Старейшины зашептались. Кто-то посмеялся. Кадзу потупил взгляд. Акай смотрела с жалостью.

— Всё, — отрезал мастер. — Следующий.

Но Широ не двигался. Он сжал корень сильнее. Что-то внутри него горело. Сердце билось как барабан. Его зрение помутнело.

И вдруг — вспышка.

Дерево задрожало. Порыв ветра сорвал с головы мастера капюшон. Все отшатнулись.

Небо потемнело.

Вокруг Широ закружился вихрь. Но не светлый, не воздушный — пепельный. Серый. Сухой. Он не свистел — он шелестел, как осыпающиеся кости.

На его спине засветилась метка. Спираль. Яркая. Глубокая.

И голос.

«Ты — дитя Забытых. Носитель Печати Пепла. Разрушение твоё дыхание. Не зови ветер — ты сам буря».

Широ упал на колени. Из глаз текли слёзы. Он не понимал, что произошло.

Старейшины были в шоке. Мастер ритуала — в ужасе.

— Это… это не Печать Ветра… Это… проклятие…

Спустя час

Широ сидел у реки, глядя в мутную воду. Рядом — Кадзу, молча.

— Они не примут меня, да? — сказал Широ тихо.

— Я… я не знаю. Но… ты всё равно крутой, понял? Ты взорвал дерево! Ветер был как… как дракон!

— Это не был ветер. Это было… что-то иное.

Он посмотрел на свою руку. На запястье — темнеющая метка, словно обугленная.

Последняя сцена

В здании Академии Ветра. Господин Тэнрю смотрит на картину: старую фреску с изображением шести стихийных знаков. Один — затёрт. Сожжён.

Он шепчет:

— Печать Пепла… Шестая. Мы думали, она исчезла. Но если мальчик жив… если дух вернулся…

Он разворачивается к ассистенту.

— Найдите его. Он должен быть под наблюдением. И… ни слова остальным Домам. Пока.

Конец главы.