Глава 1.0

Мейри Сиринга. Так ее зовут на протяжении уже двадцати лет.

Старшая дочь виконта Сиринга была полна самолюбия, часто вводя читателей в недоумение. И ее роль досталась мне.

Я была лишним злодеем в романе «Герцогиня на время».

«Почему это вдруг пришло в голову?».

В своей прошлой жизни я была обычной студенткой колледжа. Перед выпуском, как и все однокурсники, задавалась вопросом, пойти ли работать или учиться дальше, чтобы стать госслужащим.

После этого у меня нет никаких воспоминаний.

Я точно помню свою жизнь и истории, что читала, но не знаю, как погибла. Как бы сильно ни пыталась, не могла этого вспомнить. Такое ощущение, будто кто-то намеренно удалил память о смерти из моей головы. Последнее, что я помню из прошлой жизни, — как я дочитывала романа.

— Эй, у меня много дел, которые нужно обсудить, поэтому подожди здесь.

Сопровождающий меня говорил довольно прямо, оборвав мысли о смерти в прошлой жизни. Он ушел к группе людей, с которыми, по всей видимости, был знаком, не дожидаясь моего ответа.

«Кто ты такой, чтобы приказывать мне ждать?!».

Оставшись в полном одиночестве, я проигнорировала слова парня и направилась к пустой террасе, чтобы привести мысли в порядок. Когда добралась туда, холодный воздух щипал кожи. Сейчас зима, и она не холоднее, чем в Корее, где я жила в своей предыдущей жизни, потому что столица империи находилась на юге.

Но у меня есть теплая шаль, и я хочу восстановить воспоминания своей предыдущей жизни, о которой не могла не думать.

«Почему и как я умерла?».

Я не понимала.

Чтобы возродиться или вселиться в другое тело, нужно же умереть. Но как бы я ни напрягалась, последним воспоминанием было то, что я читала этот роман. Мне оставалось только глубоко вздохнуть, так как ответа на вопросы о причинах и обстоятельствах смерти не было.

«Что-то тут не так».

Я настолько потерялась в воспоминаниях, что не заметила белую бабочку, которая села на перила

— На... Найти... Все...

— Т... оч... но...

Голос ребенка.

Мою голову словно зажали в тиски, и появилось ощущение, будто кто-то тычет иголками прямо в мозг.

Из-за жуткой головной боли я не могла думать о чем-либо.

Хорошо, давайте уберем в сторону мою смерть о прошлой жизни. Во-первых, очевидно, что мир, в котором я реинкарнировалась — это мир романа, что я читала. Доказательством был главный протагонист, которым вся аудитория была просто потрясена. Я обхватила свою пульсирующую голову и спокойно оценила сложившуюся ситуацию.

«Герцогиня на время»…

Это был обычный упаднический роман в жанре фэнтези.

Радиата, героиня, подвергавшаяся гонениям со стороны опекуна графа Рикориса из-за того, что рождена вне брака, была продана старику для постельных утех, чтобы покрыть долги семьи. Там она страдает от еще более жуткого насилия и начинает бояться мужчин.

Она приложила все силы, чтобы сбежать, но когда поняла, что ее вот-вот поймают, бросилась в озеро. И, уже думая, что умрет, вернулась в прошлое. Когда она осознала это, воспользовалась знаниями будущего, влюбила в себя герцога Кольнутта и вышла за него замуж. Именно он был главным героем, а роль антагониста досталась архимагу из Башни Волшебников — психопату, называвшему себя «Король Темного Мира».

История начинается с возвращения главной героини, и это было сегодня, в первый день празднеств в честь нового года.

«Интересно, а Радиата уже вернулась?».

Я безучастно взглянула на небо и сопоставила время в романе со своими воспоминания.

«В последний день вечеринки в честь нового года Радиата посетила графа Кольнутта и предложила ему брачный контракт».

В империи существует новогодняя традиция. Вся местная знать приезжает в столицу поприветствовать императора и отчитаться в делах. В этот период появлялся уникальный шанс встретить здесь северных дворян. Хотя они не слишком отличались от южных, но для знати это было очень важно.

В романе герцог Кольнутта пострадал не только из-за меня, но и из-за других. Даже наследная принцесса страстно ухаживала за ним. Но герцог был сыт по горло женщинами, рыдающими и умоляющими о любви чуть ли не с самого его детства.

Несмотря на все это, мужской протагонист, настороженно относившийся к женщинам, постепенно открывает свое сердце Радиате и влюбляется в нее.

Но не могу понять, кто в этом романе я. Еще одна злодейка на пути главных героев?

Сталкер, годами преследующий герцога, чтобы исподтишка толкнуть, облить вином или сотворить другую пакость...

Внезапно я осознала, что сопровождавший меня мужчина был моим женихом.

«Стоп! У меня что — есть жених, а я следила за главным героем? Для чего мне это?».

Пока я не восстановлю свои воспоминания о прежней жизни, любые мои выводы будут неполными и однобокими.

Я считала, что должна обручиться как можно раньше и носить дорогие наряды, чтобы меня не игнорировали остальные аристократы.

Я росла сама по себе, занималась самообразованием. Мое обучение ограничивалось танцами, вышиванием и базовым этикетом. Поэтому я и оказалась в плену стереотипов с ограниченным, как обзор у зашоренной лошади, мышлением.

«Разве это не из-за того, что я не читаю?».

В отличие от своей прошлой жизни, где я страстно любила книги, в этом мире я держалась от них подальше, считая страшно скучными.

Если бы я принадлежала высокопоставленному аристократическому роду, то изучала бы историю и получила хотя бы общее представление об империи. Но у меня нет этих знаний.

Я настолько тупа, что у меня в этой ситуации не возникло даже внутриличностного конфликта.

Если бы воспоминания приходили не фрагментами, а все сразу, это, безусловно, вызвало бы конфликт. Однако о моем персонаже я помнила настолько мало, что моя личность поглотила его без особых усилий.

С тяжелым вздохом облокотившись на перила террасы, я снова дотронулась до лба.

«В любом случае, хорошо, что жизнь здесь мне знакома из романа».

Наверное, благодаря этим знаниям мне и удалось избежать смерти.

«А вдруг главные герои теперь не встретятся из-за того, что меня нет в оригинальной версии сюжета?».

Я покачала головой, чтобы прогнать неприятные мысли. Все будет хорошо, ведь герцога окружают аристократы, и среди них я была единственным недоброжелателем.

В конце концов, главных героев связала сама судьба, и они все равно встретятся. Я изо всех сил старалась думать рационально. Однако была обеспокоена, если что-то пойдет не так, несчастья главной героини продолжаться из-за меня.

«Я надеюсь, тебе не придется проходить через страдания снова».

Как читатель, знакомый с сюжетом романа, я желаю ей всего лучшего. Но теперь-то я не читатель, а реально живу в том же мире, что и главная героиня. Пусть и не по своей воле.

«Почему именно я?..».

Поглотившая меня депрессия прорвалась наружу жалкими звуками. Пока я бормотала и вздыхала себе под нос, услышала, как открылась дверь. Обычно, когда на террасе кто-то есть, он задергивает шторы, я же забыла это сделать, так как находилась в полном расстройстве чувств.

Повернувшись к вошедшему человеку, я встретилась с ним взглядом, и была удивлена, так как очень хорошо его знала.

— А... Я думал, здесь никого нет… Занавеси были раздвинуты.

Тихий, полный неуверенности голос. Раздражающая челка, закрывающая глаза. Я читала это в романе, но сразу узнала, кто он. Это Грандиэль Магнолия, самый настоящий кусок шлака.

Многие читатели возмущались его присутствием в романе из-за отсутствия какой-либо значимости для сюжета. Он был незначительным персонажем, его все не любили, потому что он раздражал и тупил каждый раз, когда появлялся.

Я бросила на него грустный взгляд. Грандиэль был настолько запуганным, что не решался даже извиниться.

«Ну... Он ведь не знает, что я всего лишь дочь виконта».

А его статус — наследный принц.

И хотя по статусу он не должен был относиться почтительно к кому бы то ни было, кроме императора, но все равно уважительно обращался со всеми.

«Именно поэтому вся остальная знать его игнорирует и презирает».

Наследный принц был создан автором романа, чтобы подчеркнуть достоинства главного героя. При почти одинаково высоком статусе, главному герою достались все положительные черты, а наследному принцу — непривлекательные.

Даже когда все идет не так, все проблемы решает главный герой, и некомпетентность наследного принца к была более выраженной.

Ему била отведена роль второстепенного персонажа, которого читатели ненавидели. Читая роман, я тоже материла его, потому что он был раздражающим, но когда увидела в жизни, мне стало его жалко.

— Енгэ*, вы злитесь на меня?

(*Енгэ — юная благородная госпожа).