Разговор за бутылками вина

     Дуань Фэйфэй села на другой край лодки, провела по молодому парню взглядом, и спросила:

— Эй, что пьёшь? Вино?

     Парень приоткрыл глаза, взглянул на неё с любопытством, и кивнул. Однако затем он проморгался и с изумлением уставился на протянутую руку.

     Фэйфэй фыркнула:

— Чего непонятного? Бутылку сюда дал, я тоже пить буду!

— Эм...

     Вот теперь он был изумлён по-настоящему, как если бы никогда раньше и не думал, что такое возможно. Где это видано, чтобы молодая девушка – едва ли не девочка – требовала выпивки.

     Указав взглядом на бутылку и пальцем на собственные губы, он хотел сказать, что уже пил сам и всё горлышко в его слюне, но не нашёл слов.

— Ты чё, глухой?! — зарычала Фэйфэй, выхватила бутыль, и отхлебнула несколько жадных глотков, кашлянув пару раз от неожиданной горечи. Её лицо на глазах начало краснеть. Взглянув на самодовольного парня, она фыркнула: — И кому в кулачном мире может нравиться эта дрянь?

     Она отпила снова. Во второй раз Фэйфэй знала, чего ожидать, поэтому алкоголь пошёл гладко и в этот раз не заставил прокашляться. Удовлетворённо фыркнув, она вытерла рот маленькой ладошкой – под стать тонким губам – и вернула бутыль парню.

— На!

     Тот безмолвно взял её и сделал щедрый глоток. Он улыбался, поглядывая на девушку, и пил вино как воду.

     Дуань Фэйфэй нахмурилась, выхватила бутыль, и бросила на него крайне недовольный взгляд. Парень подумал, что она будет корить его за то, что он слишком много пьёт, прямо как младшая сестра, но услышал совсем другое:

— Ты чё, бегемот, всю бутылку выхлебать собрался? Про меня забыл уже, пустая башка?

     Она задрала голову и начала пить, утробно ворча, но звук напоминал кошачье урчание.

     Отхлебнув не меньше него, она снова вытерла губы – уже почти растворившиеся на розовом как персик лице.

— Мне-то оставь, — сказал парень, выхватив бутыль. — Потом ещё куплю, но ты не жадничай так сильно-то!

     Он в несколько глотков допил всё, что осталось, и крякнул от удовольствия. Заметив на себе её зловещий взгляд, парень сказал извиняющимся тоном:

— Погодь секунду, сейчас ещё куплю!

     Поднявшись и оттолкнувшись от края лодки краешками носков, он полетел к берегу.

— Быстрее! Ты еле плетёшься, а я ещё не напилась!

     Он уже был под градусом, поэтому оттолкнулся довольно слабо и ему не хватило рывка, чтобы допрыгнуть до берега. Он использовал взрыв внутренней силы и запустил себя как снаряд.

     Если бы кто-то увидел это, у этого человека глаза бы на лоб полезли – тратить внутреннюю силу, чтобы вина купить!

     Дуань Фэйфэй подняла пустую бутыль и подёргала над головой, чтобы хоть каплю оттуда вытрясти. Несколько попали на язык, но никакого удовольствия это не принесло. Зарычав, она выбросила её в воду и рявкнула:

— Где его носит?! Почему так долго?!

— Уже иду! — крикнул парень в белом.

     С несколькими большими бутылками вина, он хорошо оттолкнулся от берега и грациозно приземлился на лодку, в одно движение разложив бутыли по её дну. Достав из карманов супницы, он снял крышку с одной бутыли и собирался разлить вино, но Фэйфэй выхватила бутыль и фыркнула:

— Куда ты льёшь? Чё время зря тратить, у тебя лишнее есть? Пей с бутылки и всё.

     Фыркнув, она запрокинула голову и переместила содержимое бутылки в себя.

     Парень уважительно кивнул – он встретил достойного соперника!

     Из-за внутренней силы он уже давно и с сотни бутылок не пьянел.

     Сев напротив, он взял бутыль, помотал ей, и залил всё содержимое в себя.

— Эй, меня зовут Дуань Фэйфэй. А ты?

— Я? Линху Фэн.

— Линху Фэн? Из Хуашань, что ли?

— Ага.

— Вау, а я про тебя слышала. Ты, вроде, знаменит.

— Да прям. Так, обычный человек.

— Не надо ля-ля. Ты ж вроде участвуешь в состязании за пост главного ученика Хуашань, да? Только во Дворе Хэншань, если правильно помню. Какого чёрта ты тут забыл?

— Я и сам не знаю, честно сказать. Не хочется мне быть ни главным учеником, ни Мастером Секты. Но все мои товарищи и старейшины настаивают на этом. Вот я и сбежал, чтобы жить на свободе, пить вино, и есть мясо. Пока ещё могу.

— Звучит как-то дерьмово.

— Ну, может так и есть. А ты? Какие у тебя дела в Ханчжоу?

— Дела, дела-а. Отца я ищу. Потеряла и его, и маму, когда мне годков шесть было, если не пять, но год назад услышала, что отец всё ещё может быть жив, просто спрятался из-за одного урода. Вот и побежала искать его везде, да только кроме пыли ничего не нашла.

— Не расстраивайся. Уверен, однажды обязательно найдёшь.

— Ха, ну спасибо что сказал, ты ж бабка-ведунья видать. А сам-то? Кто по жизни будешь? Давай ты расскажешь о себе, а я о себе.

— Что ж, если хочешь послушать...

     Они пили вино, рассказывая свои истории и время от времени называя тосты. Сначала сидя на краях лодки, затем лёжа на её дне делились самыми сокровенными чувствами и скучали.

     Устав пить, они повернулись на бок и уснули. Проснувшись, продолжили пить. Линху Фэн периодически бегал купить ещё вина и мяса. Солнце и луна сменяли друг друга, пока они вели свою ленивую беседу о жизни.

.˙.

     Снаружи здания для переговоров бессчётные люди с нетерпением ждали новостей.

     Пять дней прошло от начала переговоров. До сих пор не было известно ничего. Появились предположения, что переговорами дело не кончится и начнётся вооружённый конфликт.

     Все пять дней они обсуждали владение каждым строением Ханчжоу, иногда за одно здание спорили часами – и всякие узы между тремя семьями в те моменты не имели никакого значения.

     А ведь в Ханчжоу сотни тысяч зданий!

     Мужон Юань и Лу И выглядели уставшими как никогда: их кожа побледнела, глаза ввалились, волосы растрепались. Они не думали, что переговоры станут труднейшим состязанием в их жизни!

     И со злобой поглядывали на Юлуо, втянувшую их в это. Девушка, как и Линь И, всё ещё выглядела энергичной и свежей, словно спор за каждую улицу и дом был для неё удовольствием.

     Время от времени она строила их противнику глазки, а когда уставала – или притворялась уставшей – то подставляла локоточек подбородку и смотрела на Линя И исподлобья.

     Когда Мужон Юань и Лу И замечали это, то эмоции совершенно исчезали с их лиц.

     И как же раньше они не замечали в ней этого? Она крутила ими как хотела.

     А сейчас, не замолкая ни на секунду уже целых три часа, обсуждала какой-то никому не известный дом и его незаменимую ценность для её клана.

     Наконец, Линь И тоже потерял терпение. Не прекращая улыбаться, он свернул измалёванную карту, бросил её в стену, и сказал:

— Всё. Я не собираюсь три года обсуждать один грёбаный город. У меня не так много времени, а это дерьмо наверняка и вам надоело. Или нет?

     Мужон Юань и Лу И закивали как болванчики, не обращая внимания на надутые губы Юлуо. Они давно чувствовали, что переговоры идут в никуда.

     Она такую речь толкала о важности переговоров и обсуждении выгоды, но при этом сама несла полнейшую чепуху, пока всем просто не надоедало её слушать. И так с каждым домом. Чем, в её понимании, переговоры отличались от бабского трёпа?!

     Юань спросил:

— Брат Линь, у тебя есть другой вариант, как удовлетворить все четыре стороны?

     Линь И кивнул, чем вызвал радостные улыбки на лицах обоих парней. Юлуо, дувшаяся в стороне, незаметно пододвинулась немного ближе и навострила ушки.

     Линь И улыбнулся и сказал:

— Зачем сидеть и болтать о компромиссе, когда мы можем поговорить о выгоде для всех четырёх семей?

     Оба парня наклонились ближе, вот теперь они были заинтересованы. За пять дней переговоров Юань и Лу И уже были не против отдать Хуашань половину города, лишь бы это прекратилось. Но если крупная секта станет их союзником, а не конкурентом, будет ещё лучше.

     Линь И многозначительно улыбнулся и сказал:

— В таком случае, почему бы нам четверым не начать работать вместе? Как насчёт совместного правления Ханчжоу?

— Совместного правления? — глаза всех троих загорелись.

— Вот именно. Создадим здесь штаб Люшаньмэнь и распределим власть между нашими четырьмя сектами. Тогда в будущем все вопросы Ханчжоу будут решаться нами за закрытыми дверьми и никто извне нам не помешает.

— Это хороший план! — засмеялся Мужон Юань, потирая руки.

— Я тоже считаю, что это отличная идея, — кивнул Лу И. — Если городом будут править три прославленные и одна крупная секта, то никто в такую пасть тигра заглянуть не посмеет. Даже Шаолинь!

     В сердце он чувствовал, что сможет занять одну из лидирующих позиций в Люшаньмэнь, если правильно всё сделает.

     Юлуо моргнула пару раз, хлопнув длинными бровями, и посмотрела на Линя И с лёгкой улыбкой. Она сразу поняла, что он задумал. Но ничего не сказала. Только смотрела на него с восхищением и любопытством.

     Да. Он был достойным человеком. Даже слишком.