Экстра 7

Квак Пиюн, предводитель Врат Черного Зуба, был вполне доволен своей нынешней жизнью.

Он основал секту около пяти лет назад.

Используя имя Культа Небесного Демона, он собирал поборы с близлежащих торговцев, получая хорошую прибыль.

((Тупые ублюдки.))

Торговцы платили высокие налоги только из-за упоминания о Демоническом Культе, даже не удосужившись проверить, имеет ли он на это право.

Естественно, Квак Пиюн не принадлежал к Культу Небесного Демона. Он также не был учеником Демонического Мастера.

Есть поговорка – под лампой темнее всего.

Врата Черного Зуба — такая маленькая секта, что их сил не хватало для захвата даже этого крошечного городка.

Естественно, слухи о малоизвестной секте, распространяющиеся в маленьком городке, не дойдут до Культа Небесного Демона.

Благодаря этому Квак Пиюну до сих пор удавалось сохранять свою жизнь.

((Хе-хе-хе. Если я таким образом заработаю еще немного денег...))

Скоро он сможет покинуть этот маленький городок и начать новую жизнь. А как пройдет десять лет, никто его уже не найдет.

((Как накоплю денег, так куплю особняк.Он будет небольшим, но достаточно просторным, чтобы в нем могли жить три или четыре женщины...))

Если он купит трех проституток, то сможет наслаждаться жизнью до конца своих дней.

В этот самый момент, когда на лице Квак Пиюна появилось мечтательное выражение.

Кван!

С громким стуком входная дверь Врат Черного Зуба слетела с петель, и в комнату ввалился нищий.

— Ауч!

((Этот парень...))

Глаза Квак Пиюна слегка расширились.

Он узнал этого нищего. Хотя они никогда не общались напрямую, нищий был дружелюбным парнем, который иногда лип к его подчиненным.

Проблема была не в нищем.

А в парне швырнувшем сюда нищего.

— Кто посмел? — крикнул Квак Пиюн на это.

Преступник осмелился разгромить входную дверь созданной им секты.

Судя по тому, как этот мужчина смог бросить взрослого человека, он, должно быть, довольно силен, но Квак Пиюн и сам на такое способен.

((Что это за парень? Он из банды? А если из секты,то какой?))

Взгляд Квак Пиюна метался из стороны в сторону, пока он размышлял.

В первую очередь на ум пришли небольшие и средние группировки, сравнимые с Вратами Черного Зуба, расположенные в окрестностях городских гостиниц.

Но Квак Пиюн тут же покачал головой.

((У них не хватит духу напасть.))

Хотя это лож, по слухам его секта связана с Культом Небесного Демона.

Помимо этого ходил слух, что, хотя он и не являлся официальным учеником Демонического Мастера, тот научил его нескольким приемам.

У соседних группировок ни за что не хватило бы смелости напасть на его людей.

((Тогда кто же?))

С этой мыслью Квак Пиюн злобно уставился на разбитую дверь, и вскоре через порог Врат Черного Зуба неторопливым шагом переступил знатный господин.

На вид этому знатному господину было лет двадцать пять.

— Сопляк?

Возраст около двадцати пяти отнюдь не считался молодым, но в глазах сорокалетнего Квак Пиюна это не более чем ребенок.

Однако на эти слова ответил не мужчина лет двадцати пяти, а шедшая за ним девочка.

— Отец, этот человек назвал меня сопляком! — взвизгнула словно от злости девчонка, фыркнув в сторону мужчины лет двадцати пяти.

Вун Сон протянул руку и нежно погладил Ю Соль по голове.

— Подожди минутку. Если это окажется неправдой, он заплатит за это своей душой.

Ю Соль кивнула в ответ.

Наблюдавший за ним Квак Пиюн открыл рот:

— Не знаю, произошло ли что-то оскорбительное, и не знаю, что случилось, но даже если ты ученик господина Го Ина, не слишком ли это?

— Хм?

В ответ на это Вун Сон склонил голову набок и кивнул.

Поскольку Вун Сон почти не постарел, Квак Пиюн принял его за некоего молодого мастера боевых искусств по имени Ги Джи Су, ученика довольно известного Го Ина.

((Я так думаю...))

Конечно, это было совершенно не так.

— Ты здесь по приказу Го Ина? Если ты явился сюда по приказу, то должен вести себя вежливее!

— Есть одна вещь, о которой я хочу тебя спросить.

— Спросить...?

Квак Пиюн уважал этого молодого человека как ученика Го Ина, но тот, похоже, вообще не понимал о чем он.

Брови Квак Пиюна дернулись.

Но Вун Сон продолжал говорить спокойным тоном, не обращая внимания на его реакцию.

— Ты получил наставление от Демонического Мастера, верно?

— Да, верно.

Его голос слегка дрогнул. Квак Пиюн чувствовал неуверенность, но не стал опровергать распространяемые им слухи, продолжая блефовать.

Вун Сон улыбнулся и окинул Квак Пиюна взглядом.

В теле мужчины не было ни следа демонической энергии.

((Конечно.))

Он так и думал, но, конечно же, это была ложь.

— У кого?

— Что...?

— Я спросил, у кого из Демонических Мастеров ты учился?

Услышав вопрос Вун Сона, Квак Пиюн заколебался и слегка прикусил губу.

До сих пор он многим людям рассказывал, что учился у Демонического Мастера, но никому не говорил, у какого именно.

Тем не менее это была территория Культа Небесного Демона. Даже без необходимости указывать на кого-то конкретно, одного упоминания о Демоническом Мастере было достаточно, чтобы другие мастера боевых искусств держались от него подальше.

Но сегодня появился парень и прямо спросил его, у кого он учился.

((Что, черт возьми, он себе позволяет?))

Квак Пиюн не мог сдержать волнения.

Тем не менее, Квак Пиюн успокоил свое бешено колотившееся сердце и стал думать, как продолжить свою ложь.

Он Квак Пиюн, который смело выдавал себя за ученика Демонического Мастера, хотя знал, что это территория Культа Небесного Демона.

Надо сказать, что его дерзкая бравада не шла ни в какое сравнение с его воинским мастерством.

— Это... Демонический Учитель. Меня обучал боевым искусствам Демонический Учитель Солнца и Луны.

— Хмм.

Некоторое время помолчав, Вун Сон заговорил:

— Боевые Искусства Демонического Учителя Солнца и Луны проявляются в черно-белой ци, поэтому он использует свои Черно-Белые Небесные Колеса. Но ведь оружие, которое у тебя на поясе, – это меч, не так ли?

— Возможно, ты не знаешь из-за своей молодости, но мастера боевых искусств могут достичь состояния, когда они становятся единым целым со своим оружием. Когда они достигают этого состояния, разница между использованием меча и колеса исчезает. То же самое можно сказать и о боевых искусствах, которые я изучал у Демонического Учителя!

В ответ на эту бесконечную браваду Вун Сон покачал головой. Затем он слегка сжал кулак и сказал:

— Тогда я попробую сам. Позволь мне посмотреть, сочетается ли используемая тобой техника владения мечом с боевыми искусствами Демонического Учителя Солнца и Луны.

— Что?

Так все и началось.

Притопнув ногой, Вун Сон оказался прямо перед Квак Пиюном.

Далее последовал удар.

Бам.

Это был легкий удар, но это был удар, нанесенный мастером боевых искусств в Божественном Царстве.

Это было не то, что мог заблокировать такой дрянной мастер боевых искусств, как Квак Пиюн.

— Кёкхёк!

Вак-ак-ак, кванг!

Тело Квак Пиюа, словно сломанный воздушный змей, врезалось в стену и рухнуло на пол.

Он не умер сразу, но удар был настолько сильным, что его вырвало кровью.

— У-и-ик!

Таким образом, Квак Пиюн даже не сумев обнажить свой меч, лежал там, как мертвая собака, захлебываясь собственной кровью.

Вуу!

Затем Вун Сон ударил Квак Пиюна ногой в грудь, наступив на него.

Хрусть.

— Угх! Стой!

От этого у него сломалось несколько ребер.

Тем временем, когда Вун Сон упирался ногой в его грудь, Квак Пиюн испытывал такую сильную боль, что и вообразить не мог.

Но Вун Сона это совершенно не трогало.

Скорее, он не скрывал рыка в своем голосе, когда заговорил:

— Ложно заявлять, что находишься под защитой Культа Небесного Демона на территории Демонического Культа, не знаю даже, смелый ты или глупый.

((Неужели?)) — внезапно осознал ситуацию Квак Пиюн.

((Чёрт возьми, ты, должно быть, из Культа Небесного Демона.)) — Лицо Квак Пиюна почти посинело. — ((Какого чёрта…?))

Хотя Врата Черного Зуба едва ли можно считать настоящими правителями деревни, эта деревня лишь одна многих маленьких деревушек во владениях Культа Небесного Демона.

Подобным мелких сект на территории Небесного Демона было так же много, как звезд на небе.

Как слухи о Вратах Черного Зуба вообще дошли до Культа Небесного Демона?

Конечно, Вун Сон услышал о Вратах Черного Зуба по чистой случайности.

Но для Квак Пиюна, который ничего об этом не знал, это было как врезаться головой в кирпичную стену.

((Это... Главное спасти свою жизнь.))

Думая об этом, он крепче сжал руки, забыв, что у него сломаны ребра.

— Господин, пожалуйста, пощадите меня!

Сложив руки вместе, он умолял:

— Я пытался заработать на жизнь, и в отчаянии использовал имя Демонического Культа. Ха-ха, если вы сможете простить меня хотя бы раз, это больше не повторится...

Увидев внезапную перемену в поведении Квак Пиюна, Вун Сон расхохотался над глупостью этого человека.

Не слишком ли он смел?

Прикрывался именем Демонического Культа под предлогом заработка на жизнь.

Даже если его тут же превратить в лужу крови, сказать ему нечего.

Что ж...

— Скоро мы узнаем, правда ли на этом все.

— Да...?

Не в силах понять о чем Вун Сон толкует, Квак Пиюн наклонил голову и—

Киии!

В этот момент послышался крик большого черного орла.

Черный Орел Тысячи Ли – тот самый орел, которым Вун Сон получил известие на вершине Небесной Горы.

Птица, более близкая к духовному зверю, чем просто орел.

Единственное отличие состояло в том, что, в отличие от тех времен, к его ноге был привязан небольшой бамбуковый контейнер.

Киии!

Найдя Вун Сона, орел снова издал крик и сел ему на предплечье.

Вун Сон протянул орлу немного вяленого мяса, затем отвязал бамбуковый контейнер от его лапы и вытащил небольшой сверток бумаги.

— Хмм.

Брови Вун Сона дернулись, когда он читал письмо.

Хуаак-

Немедленно наружу, подобно приливной волне, хлынула ужасающая сила.

— Хииик!

Стена ци не распространялась вповсюду, а точно давила только на Квак Пиюна.

Столкнувшись с силой, которой не способен противостоять, Квак Пиюн затрясся.

— Отец, этот человек... Он воняет, фу!

Похоже мужчина испачкал от страха штаны.

Это ответ на реакцию Ю Соль?

Легким взмахом руки Вун Сон вызвал ветер, унёсший неприятный запах.

((Хик.))

Но в глазах Квак Пиюна Вун Сон стал еще больше похож на монстра.

Мастер создающий ветер одним движением руки...

Вун Сон бросил письмо, которое держал в руке, перед Квак Пиюном.

Письмо, затрепетав, приземлилось прямо перед лицом Квак Пиюна.

За этим последовал холодный голос Вун Сона:

— Прочти это.

— ...Да?

Внезапно ему велели прочитать письмо…

Квак Пиюн не понимал, что происходит.

Но это колебание длилось всего мгновение.

Вскоре Квак Пиюн взял лежавшее перед ним письмо.

— Человека зовут Квак Пиюн. Возраст...

Начав читать вслух, Квак Пиюн периодически переводил взгляд с письма на Вун Сона.

— Этот человек похищал и насиловал женщин. Он замешан в торговле детьми...

Лицо мужчины побледнело, когда он медленно начал читать письмо, написанное о нем самом, похоже тут описаны его прошлые деяния.

— Как, как вы...

Как так вышло, что все его грехи, совершенные до побега, были так отчетливо перечислены.

Побледнев, Квак Пиюн посмотрел на Вун Сона, на что тот поднял Копье Белой Ночи.

— Есть ли какая-нибудь причина, по которой я должен оставить тебя в живых? Если есть, я могу тебя пощадить.

В голосе Вун Сона звучал гнев, который невозможно было скрыть.

Неудивительно, ведь остальные грехи были непростительны.

Вун Сону не нужно было вмешиваться и выяснять, в чем заключается грех использования имени Культа Небесного Демона.

Для наказания достаточно было просто послать боевой отряд из соседнего подразделения.

Тем не менее, Вун Сон продолжал действовать лично.

Все из-за торговли детьми.

((Проданные дети были примерно одного возраста с Ю Соль.))

Он знал.

Он знал, что мир жестокое место. И что Мурим был гораздо более жестоким местом.

Тем не менее, как отец молодой женщины, он не мог этого простить.

Вот почему он действовал самостоятельно.

— Господин, если вы пощадите меня, я сделаю все возможное, чтобы доказать свою преданность...

Прежде чем Квак Пиюн успел договорить, его голова отлетела в сторону.

Его отрубленная голова закружилась в воздухе и упала на пол—

— Ох?

Хриплый голос Вун Сона эхом отозвался в ушах Квак Пиюна, который даже не осознал, что умер.

— Нет ни одной причины, по которой я должен щадить тебя.

Это был последний миг жизни Квак Пиюна.