Упражнение «Бег по лезвиям»

– Разве мы не собираемся заниматься?

– Обязательно.

Учитель, нет, простите, наставник, был непреклонен.

Я нахмурился.

Видя это, наставник спросил.

– Ты уже пробудился?

– Да.

– Ты уже проводил какие-нибудь эксперименты?

О каких экспериментах говорит наставник?

Конечно, речь идет о тестах на моем собственном бессмертном теле.

И я уже провел несколько.

Например, я нанёс глубокую рану на предплечье хозяйственным ножом.

Порез затянулся в считанные минуты.

– Ты знаешь о принципе заживления ран на нашем теле?

Нет, зачем мне это.

Я пробудился и лишь вчера узнал, что я бессмертный, благодаря признанию моего отца.

Далее наставник нарисовал что-то веткой на грязной земле.

Я думаю, он пытался нарисовать тело с порезами?

Ключевое слово - попытался.

Даже если бы 4-летний ребенок пришел и нарисовал то же самое, я думаю, его рисунок был бы лучше, чем эта мерзость.

Поэтому было бы правильно проигнорировать этот рисунок.

– Заживление раны - это часть нашей целительной силы. Первое, на чем основывается сила, это выносливость.

– Да, конечно, выносливость.

Я рефлекторно показал ему свою сторону отличника.

В конце концов, он вызывал желание учиться своими искрящимися глазами.

Поэтому я должен был выглядеть как нетерпеливый студент.

Мне очень интересно!

Когда вы будете говорить, я все прекрасно пойму!

Выражая эти эмоции глазами, наставник выплевывает слова.

– Второе, на чем основана сила, - это чувства.

Затем наставник кратко объяснил принцип заживления ран с помощью физической силы и чувств.

Чем выше ваша выносливость, тем быстрее вы заживаете.

Если ваши органы чувств чувствительны, вы будете чувствовать сильную боль. Но их нельзя притупить, иначе вы можете не почувствовать, что ваши кости вывихнуты.

В конце концов, бессмертным нужно вправлять кости, чтобы правильно сражаться.

Это было просто выучить и усвоить.

Но какое отношение изучение этого имеет к данной ситуации?

Мы находимся посреди гор, и все, что я услышал от этого наставника, это довольно простые понятия.

Естественно, я должен был быть хорошим учеником, но мне также было любопытно.

Зачем отец отправил меня сюда?

– Ну, если ты все понял, начинай бежать.

– Где?

– Здесь.

Папа, Ю Ён Хо, ты уверен, что отправил сына в правильное место?

Я повернулся, чтобы осмотреться.

Если бы это место было ровным, достаточно было бы считать его просто тренировкой по бегу*.

Но совсем другое дело, когда на земле, где я должен был бежать, было множество острых лезвий*.

– Это выглядит слишком для иглотерапии ног.

– Твои ноги сделаны из стали? Почему это должно быть сеансом иглоукалывания?

Ну, блять.

Вы явно хотите, чтобы я прошел через этот курс пыток.

Этот наставник спятил?

– Почему я должен бегать тут?

Я был серьезен, в каком месте мира я должен проходить обучение, бегая по лезвиям?

– Ты сказал, что собираешься пройти тест.

В чем, собственно, заключался тест, я не получил никаких дальнейших объяснений.

Разве экзамен на государственную службу не должен был быть на умственные способности?

– Ён-Хён ничего не сказал.

Да, блять, не сказал.

Почему у меня такой неискренний отец.

Сначала он признался, что я бессмертный в продуктовом магазине, потом преуменьшил боль пробуждения, а теперь?

– Ты собираешься устроиться в компанию, где работают бессмертные.

Если бы я не пробудился к трансформации и бессмертию, я бы уже икал.

Порой я должен быть благодарен своим родителям за это удивительное тело.

– Зачем?

– Почему ты меня об этом спрашиваешь?

Нет, что за компания? Что это?

– Разве ты не знаешь о «Бессмертном спецназе»?

Нет, я впервые о них слышу.

Мое лицо исказилось от недоумения.

– Это как военные, да? - отвечаю я неубедительно.

Я сказал, что хочу поступить в UDT, так почему я здесь?

Это действительно экзамен на гражданскую службу?

– Ты намерен этим заниматься? Если не хочешь, уходи.

Ну, я не могу этого сделать, меньше всего я хочу снова идти на компромисс с родителями.

Это не закончится так же удачно, как в прошлый раз.

Но все равно эти лезвия вызывают у меня дрожь.

Поэтому я спрашиваю

– Но почему я бегаю здесь?

– Ты задаешь слишком много вопросов, - говорит наставник с серьезным лицом.

Однако он без колебаний объясняет.

– Чтобы потренироваться и помочь тебе справиться с твоим бессмертным телом.

– О, понятно.

Ну, это ситуация, от которой я не могу убежать.

Как только я сдам этот экзамен, что бы это ни было, я смогу делать то, что хотел.

Ничего не изменилось.

Просто тот тест, о котором я думал, и тот, о котором сказал мой отец, немного отличаются.

Может быть, даже слишком разные.

– Начинай бежать, я сейчас дар речи потеряю.

И я начинаю бежать.

Бессмертная традиция физкультуры - бег по лезвиям.

Вы кладете лезвия на пол и начинаете бегать по ним.

– Агх.

Это больно, очень больно.

Моя нога была проткнута первым лезвием, и моя подошва уже чувствовала себя как в адской яме.

Казалось, что если я надавлю ногой еще немного, то увижу, как кончик лезвия проходит сквозь мою ступню.

– Не останавливайся! - крикнул сзади наставник.

– Враг преследует тебя сзади. Ты хочешь остановиться, потому что больно? Ты в своем уме? Ты просто молишь меня убить тебя?"

Что за враг вообще за мной гонится.

Сказав это, я все равно побежал.

Пробежав 50 метров, я все еще чувствовал себя как на паломничестве в ад.

Однако благодаря своему телу трансформатора я рефлекторно избегаю серьезных травм.

Как только я закончил спринт, наставник подошел и уставился на мои порванные и порезанные голени, икры и ступни.

– Твоя целительная сила просто потрясающая.

Я видел, как моя плоть быстро регенерирует на моих глазах.

А потом он добавил.

– Не избегай лезвий, наступай на них чаще и сделай свои раны на этот раз побольше.

Что ты за сумасшедший ублюдок?

Я все еще чувствую, что вот-вот умру, что за бред...

– Чем больше ран ты получаешь, тем быстрее ты регенерируешь.

Да, но все же, не слишком ли это неприятно? Мне сейчас ужасно тошно.

– Не скромничай, - сказал наставник.

У меня такое чувство, что я сейчас умру. Серьезно, очень больно.

Но наставник настаивал, даже не моргнув глазом.

– Начинай бегать снова.

Намеренное нанесение более глубоких порезов на ногах не было похоже на самовредительство.

На самом деле, это было даже хуже.

– У тебя хорошее чутье, ты избегаешь лезвий. Так вот, наступи на них специально и ампутируй себе ногу.

Наставник достал откуда-то скамейку и сел на нее, подбадривая меня.

Ты ублюдок, ты сумасшедший ублюдок.

Почему ты так спокойно смотришь, как я мучаюсь?

Слезай со скамейки, ублюдок.

– Эй, ты же бессмертный, ты знаешь, что от такого не умрешь.  Ты парень, который может выжить, даже если его сердце разорвется.

Ты называешь это дельным советом?

– Как долго я буду этим заниматься?

– Ну, я жду, пока ты не испытаешь шок, а потом ты должен будешь преодолеть его...

Наставник замялся в конце своего ответа, а затем спросил.

– Но почему ты не в шоке?.

***

Бессмертные обладают огромной силой регенерации и чувствительными пятью органами чувств, но они не сильны физически.

Поэтому первые бессмертные приложили много усилий для тренировки своего тела.

«Переживание шока»

Это тренировка, которая повышает порог боли, испытав ее один раз.

Поэтому первым делом появился спринт на лезвии.

Во время бега по лезвию человек испытывает шок и теряет сознание.

Такая тренировка заставляет бессмертного не паниковать и не терять сознание при сильной боли.

***

– Ты, почему... Я имею в виду, разве тебе не больно?

Да ни хрена.

Серьезно говоря, мне сейчас очень больно.

Слов не хватает, чтобы описать, насколько это больно, у меня аж слюна изо рта идет от боли.

– Да, больно.

– Но почему ты не испытываешь никакого шока?

Ах, я понял, услышав цель тренировки от наставника.

Возможно, это из-за моего тела.

Тела трансформаторов очень сильны.

Поэтому с момента моего пробуждения в возрасте 18 лет я не испытывал даже легкой анемии.

Трансформаторы даже не простужаются. И даже если я отравлюсь каким-нибудь ядом, мое тело сможет вывести его в мгновение ока.

Поэтому считается, что у трансформаторов самые сильные тела среди всех особых видов.

Так что же такое шок для трансформаторов?

Шок от потери крови?

Шок их не волнует.

На самом деле, они побегут в мясную лавку, чтобы съесть курицу, даже потеряв кучу крови.

– Разве нет других критериев для прохождения, кроме этого?

– Ну, за сколько секунд ты можешь пробежать 50 метров?

Хороший вопрос.

Я никогда серьезно не бегал.

В школе я умеренно контролировал свою скорость и в итоге пробежал 50 м всего за 6 секунд.

Конечно, учитель физкультуры в моей школе в итоге гонялся за мной целый месяц.

– Ты просто рожден для легкой атлетики! Беги, Квангик, в этом смысл твоей жизни! Покори мир вместе со мной!

Я не буду этого делать!

Бегом мир не покоришь!

– Около шести секунд.

Ну, даже если бы я серьезно бегал здесь, не думаю, что достиг бы 5 секунд.

Мировой рекорд находится в середине 5 секунд.

Де Нован Мейли - 5,56.

Я знаю это, потому что после того случая с бегом мне пришлось искать заранее, чтобы не побить мировой рекорд и не привлечь к себе больше внимания.

– Другое условие для прохождения этого теста - пройти участок с лезвиями на полной скорости.

О, хорошо, это проще простого.

Я снял одежду и обувь, боясь, что лезвия повредят их, и надел только рваные шорты, которые дал мне мой наставник.

Я свернул эти шорты и сложил их, обнажив свои сильные мышцы бедер.

– Тогда это просто.

Это больно, но это не значит, что я умру.

С небольшим ликованием я пробежался по клинкам.

Удар! Мои ноги продолжали резаться и рваться, а ощущение от ударов лезвий по костям было ужасным.

Однако я не обращал внимания на дискомфорт и закончил 50 м.

– Ого...

Я опустил колени на пол и огляделся, ожидая, когда боль утихнет.

Наставник моргнул и спросил.

– ...кто ты?

Тело бессмертного довольно слабое даже по меркам людей, если его не тренировать.

Но я далеко не слаб.

Возможно, поэтому мой наставник выглядел таким удивленным.

– Меня зовут Ю Кван Гик.

Он не спрашивал моего имени, но мне действительно больше нечего сказать.

Не могу же я сказать ему, что моя мама - трансформатор и умудрилась смешать свою кровь с кровью бессмертного.

Запретная любовь... нет, я даже не думаю, что отношения между разными особыми видами запрещены.

В любом случае, это чудо, что любовь этих двоих создала меня.

Мои раны начинают затягиваться, ступни регенерируют, а грязь, въевшаяся в них, извергается.

Когда я встал, казалось, ошеломленный наставник сказал.

– Еще раз.

– Что?

Не может быть.

– Пробегись еще раз.

Ты сумасшедший ублюдок.

– Но я только что прошел.

Я не могу повысить свою устойчивость к боли только шоком, так зачем бегать снова?

Подожди, ты просишь меня пробежать еще раз, потому что это странно?

Странно, что смешанная кровь может игнорировать боль?

Конечно, нет.

Когда я уже собирался задать вопрос, учитель достал свой смартфон и ответил.

– Я не запустил таймер.

О, подождите, все верно. Я об этом не подумал.

Условия прохождения были легкими, поэтому я просто пробежал еще раз.

– О, ладно, я пробегусь еще раз.

Интересно, было ли у него плохое настроение?

Размышляя об этом, я сделал еще один спринт по лезвиям.

Разумеется, пройти еще раз не составило труда.

– Второе задание - задержка дыхания.

Сначала я подумал, что это достойная тренировка.

В конце концов, я хотел провести несколько тренировок по погружению.

Но подождите.

– Разве это не обычная петля?

Направляясь к лесу за полем лезвий, я увидел дерево с особенно толстой веткой.

На ней висела веревка в виде лассо, через которую легко пролезала голова.

– Это средство для тренировки задержки дыхания, - ответил наставник.

Этот ублюдок сумасшедший, или физическая подготовка бессмертных сумасшедшая?

Второе было бы правдой.

Так что, не вините этого парня.

Вините моих предшественников за то, что они были безумны.

– Какие условия прохождения?

– Лучшее время - 8 минут и 48 секунд.

Бессмертные не умирают от кратковременной потери кислорода.

Следовательно, эта тренировка не является самоубийством.

Тем не менее, для меня это выглядит как самоубийство.

Мне кажется, что я изучаю различные методы самоубийства, как в предыдущем спринте с лезвием.

– Не волнуйся, веревка крепкая и не порвется.

Глаза наставника светились странным предвкушением.

Неужели нет способа этого избежать?

Потом наставник любезно объяснил, как совершить самоубийство.

Ключ к прохождению заключался в том, чтобы выдержать удушающее давление, сопротивляясь веревке с помощью мышц шеи.

– Так что теперь тренируй свои шейные мышцы вот этим и подвешивай на нем свою шею.

По моему искреннему мнению, такая тренировка - дерьмо собачье.

– Если ты потеряешь сознание от удушения, игра окончена. Поэтому ты настраиваешься на то, чтобы выдержать как можно дольше.

Затем наставник объяснил цель этой тренировки.

Бессмертных нельзя убить, просто отрубив руку или ногу.

Поэтому, чтобы победить бессмертных, нужно было найти способ подавить их, сделать так, чтобы они не могли двигаться.

Такие методы включали подавление шоком или удушением.

– Гражданская война особых видов дала людям возможность научиться справляться с нами, но разве не естественно было бы добиться и обратного эффекта?

Итак, это подготовительная тренировка против обычного метода, используемого для подавления бессмертных.

По крайней мере, эта тренировка не должна быть такой грязной, как предыдущая.

– Тогда я хочу начать прямо сейчас.

Глаза учителя сверкнули, когда я начал готовиться к петле.

– Да, это неплохая идея, если ты сначала попробуешь.

Быть атлетичным и уметь управлять собственными мышцами - две разные вещи.

Поэтому, хотя мое тело было крепким, я ничего не мог поделать с этой тренировкой.

Я не хотел рушить ожидания наставника, но и не хотел терять время.

– Какие условия сдачи?

– Никаких, попробуй продержаться как можно дольше, но хотя бы больше 5 минут.

5 минут.

Мой лучший рекорд погружения, по неофициальным данным, составляет 19 минут 20 секунд.

Объем легких трансформаторов находится за пределами воображения бессмертных.

Так сколько же я смогу продержаться на этой тренировке?

– Тогда я начну.

Я забрался на стул и повесил петлю на шею.

Хотя я знал, что это тренировка, я чувствовал себя грязным.

В конце концов, я выглядел так, словно собирался совершить самоубийство.

– Ты готов?

Я кивнул.

Наставник кивнул головой в ответ и пнул стул мне под ноги.