Сакураба-кун ещё не готов сказать это.

После того как мы закончили смотреть фильм, Айна всё ещё не вернулась. Судя по сообщению на моём телефоне, она сегодня задержится.

— Айна говорила, куда идёт? — спросил я у Юнаги-сан.

— Нет, мне ничего не сказала, — ответила она.

— Хм, — задумался я. Если даже Юнаги-сан не в курсе, значит, Айна, скорее всего, нарочно скрывает свои планы. Наверное, решила, что так будет лучше для меня с Юнаги-сан, но на этот раз её забота была явно лишней.

Неловкость, повисшая между нами после нашего разговора, немного рассеялась — в основном благодаря жизнерадостности Юнаги-сан. Мы провели время в моей комнате: она листала мангу на телефоне, а я читал книгу.

Честно говоря, мне было довольно комфортно. Несмотря на то, что мы были вдвоём, я чувствовал себя на удивление спокойно. В такие моменты выгонять её казалось не только невежливым, но и ненужным. Если бы отношения с ней всегда оставались такими лёгкими…

Я поймал себя на этой мысли и тут же отмахнулся от неё, выдохнув. Любовь — не такая простая вещь. Даже если сейчас всё кажется безобидным, рано или поздно она начнёт вторгаться в мою жизнь. Для меня это невыносимо, а мои взгляды, в свою очередь, наверняка невыносимы для неё.

Я не должен поддаваться. Даже если… даже если я, возможно, к ней неравнодушен.

— Сакураба-кун! — вдруг окликнула она.

— Ч-что?! — вздрогнул я. — Что такое?

— Прости, что напугала… — улыбнулась она. Кажется, я задумался и отключился от реальности.

— Не проголодался? Уже вечер, — добавила она.

— Ну… да, пожалуй, — ответил я.

— Айна-чан, похоже, не скоро вернётся. Может, я что-нибудь приготовлю? Если можно использовать ваши продукты, — предложила она с искренней улыбкой.

Честно, это было заманчиво. Я не то чтобы не умею готовить, но и не люблю. Процесс отнимает время, требует внимания, а еда для меня — не такая уж важная часть жизни, так что я редко нахожу в себе мотивацию.

— А тебе не в тягость? — спросил я.

— Нет, совсем! Можно я тоже с тобой поем? — уточнила она.

— Конечно. Тогда я на тебя рассчитываю, — согласился я.

Только что я говорил себе не поддаваться, а теперь уже принимаю её помощь. Но отказываться от её доброты было бы как-то неправильно.

Мы спустились в гостиную. Юнаги-сан сказала: «Сакураба-кун, жди тут», — и я, воспользовавшись её словами, устроился на диване с книгой. Вскоре кухня наполнилась аппетитными ароматами и звуками кипящего блюда. Я понял, что она готовит карри. Есть карри, приготовленное кем-то другим у меня дома? Это что-то новенькое.

— Готово! — объявила она, ставя на стол две тарелки.

— Ого, — невольно вырвалось у меня.

Карри, приготовленное из наших продуктов, почему-то выглядело аппетитнее, чем то, что делает мама. Как ей это удалось?

— Приятного аппетита, — сказал я.

— Приятного аппетита! — ответила она.

Первый же кусочек дал понять, что карри Юнаги-сан невероятно вкусное. Оно отличалось от маминого — может, какой-то секретный ингредиент или особая техника?

— Это секрет, — хихикнула она. — Может, узнаешь, если станешь моим мужем!

— Опять ты за своё, — вздохнул я.

Она весело рассмеялась, и мы продолжили ужинать, сидя друг напротив друга. К концу трапезы часы показывали семь вечера, а за окном уже стемнело.

В этот момент от Айны пришло сообщение: «Вернусь к 20:00». Юнаги-сан решила, что тоже уйдёт к этому времени.

Мы убрали посуду, и, вернувшись в гостиную, я застал Юнаги-сан на диване за просмотром развлекательной передачи.

— А, Сакураба-кун, вернулся, — улыбнулась она.

— Да. Спасибо за ужин, — поблагодарил я.

— Не за что! Мне самой было весело. И знаешь, это было как-то… как будто мы молодожёны. Даже сердце заколотилось, — сказала она с лукавой улыбкой.

Я только что сел рядом, но её слова тут же заставили меня почувствовать неловкость. Не зная, что ответить, я промолчал. Она, не обращая внимания на моё молчание, продолжала с улыбкой смотреть телевизор.

— …

— …

Вдруг её рука легла на мою, лежащую на диване. Она мягко сжала её, переплетя наши пальцы. При этом она не отрывала взгляд от экрана, и я тоже смотрел вперёд.

Моё внимание сместилось с телевизора. Или, может, оно с самого начала было приковано к ней?

Мы молчали. Я ощущал только тепло её руки и её лёгкое дыхание, не видя ни её лица, ни её глаз.

Почему я позволяю этому происходить? Почему не отнимаю руку? Почему мы с Юнаги-сан дошли до такого?

— Можно… оставить руку? — тихо спросила она.

— Это же ты её взяла, — ответил я.

Всё из-за моего характера. И из-за её чувств.

Если бы я был другим. Если бы она выбрала кого-то другого.

Если бы этой ошибки не случилось, мы оба, каждый по-своему, были бы счастливы.

Я понял. Больше не могу себя обманывать. С чувствами нужно столкнуться лицом к лицу. И решить, что с ними делать.

Но…

— Сакураба-кун… Я тебя люблю, — сказала она.

— …

«Я тоже тебя люблю». Я не мог это сказать. У меня не было ни права, ни решимости.

— Юнаги-сан, — тихо произнёс я.