Глава 5.0

глава пятая.

Тьма окутала их, поглощая звуки, мысли, даже само ощущение времени. Феликс почувствовал, как его ноги больше не касаются земли. Он будто парил в бесконечном мраке, и страх начал закрадываться в его разум.

— Элиан? — позвал он, но его голос утонул в пустоте.

И тут тьма начала двигаться, словно живая, формируясь в тени, которые окружили его. Они зашептали, их голоса были неразборчивыми, но тягучими, словно капли яда, проникающими в каждую мысль.

— Ничтожный… Слабый… Ты никогда не был готов… — раздавалось отовсюду.

— Заткнитесь! — закричал Феликс, сжимая ключ в руке так сильно, что костяшки побелели. Но тени не унимались, а голоса становились всё громче.

Перед ним возникла сцена из прошлого. Он стоял в родительском доме, залитом мягким светом. Его мать сидела у окна, её лицо было спокойным, но слишком уставшим. Она говорила что-то отцу, который стоял спиной, его фигура казалась угрожающей.

— Мама? — выдохнул Феликс, шагнув ближе.

Но картина изменилась. Теперь он видел, как отец повернулся к матери с яростью в глазах, а её лицо исказилось страхом. Сцена вновь дрогнула, и уже маленький Феликс стоял в дверях, беспомощно наблюдая, как отец выбегает из дома, хлопнув дверью.

— Ты был слабым даже тогда, — раздался знакомый голос. Это был его собственный голос, но он звучал холодно и отчуждённо. — Ты не смог её защитить. Ты не смог остановить его.

— Нет, это не правда! — крикнул Феликс, его сердце колотилось, а дыхание стало прерывистым. — Я был ребёнком! Я ничего не мог сделать!

— Ты ничего не можешь сделать и сейчас, — прошипела тень, принимая форму его отца. — Посмотри на себя. Жалкий мальчишка, играющий в героя.

Феликс закрыл глаза, стиснув зубы. Ключ в его руке начал светиться, наполняя его слабым, но тёплым светом. Он почувствовал, как сила внутри него пытается вырваться наружу, но тени усилились, обволакивая его плотнее.

— Ты должен был остаться, — вдруг раздался голос его матери. Но её образ был искажён, глаза полны обвинения. — Ты выбрал путь бегства, оставив нас на милость судьбы.

— Нет! — крикнул он, чувствуя, как слёзы жгут глаза.

И тут он услышал слабый голос Элиана:

— Феликс! Держись! Ты здесь не один!

Голос друга прорвался сквозь тьму, словно луч света. Феликс открыл глаза и увидел перед собой Элиана, протягивающего руку. Но тени не отпускали его, хватаясь за ноги, руки, словно цепи.

— Ты сильнее, чем это! — продолжал Элиан. — Это не твоя вина!

Феликс глубоко вдохнул, и ключ в его руке вспыхнул, разрывая цепи теней. Тьма отступила, оставив только обрывки образов, которые исчезли вдалеке. Он сделал шаг вперёд и схватился за руку Элиана.

— Спасибо, — выдохнул он, тяжело дыша.

Но их испытание только начиналось.

Тьма перед ними вновь начала меняться, образуя новые сцены, на этот раз связанные с Элианом.

— Нет… — прошептал Элиан, его лицо побледнело, а взгляд стал пустым.

Феликс повернулся и увидел, как из тьмы возникают образы людей, убитых кинжалом Элиана. На их телах остались кровавые раны, а лица были искажены болью.

— Ты думал, что можешь убежать? — заговорил один из них, чья фигура была едва различима в мраке. — Ты думал, что можешь забыть нас?

— Это был приказ, — прошептал Элиан, его голос дрожал. — Я… Я не хотел…

— Ты всегда хочешь, — ответила другая фигура. Это была женщина, её лицо напоминало маску скорби. — Ты принимаешь их приказы, потому что это проще, чем думать за себя.

Элиан пошатнулся, словно под тяжестью этих слов. Феликс схватил его за плечо, пытаясь привести в чувство.

— Элиан, это не они! Это просто воспоминания! — закричал он.

— А что, если они правы? — прошептал Элиан. Его взгляд затуманился, и он опустился на колени. — Я убивал ради чужих целей. Я лишь инструмент.

Феликс стиснул зубы. Его собственные страхи ещё не утихли, но он не мог позволить Элиану сломаться.

— Ты сделал выбор, чтобы выжить! Ты выбрал нас, когда мог уйти. Ты не инструмент, ты мой друг! — Феликс наклонился к нему, сжав его руку.

Элиан взглянул на него, и на мгновение свет ключа в руке Феликса озарил зал. Свет ударил по теням, заставив их рассеяться.

Но вместо того чтобы исчезнуть, тени вновь сгустились, на этот раз образуя фигуру, которая была выше всех. Это была та самая женщина в золотых доспехах, но теперь её голос звучал по-другому.

— Вы прошли через первую дверь, но впереди вас ждут испытания, которые сломают вашу волю, если вы не будете готовы. Истина требует большего, чем силы. Она требует вашей сущности.

Зал вновь дрогнул, и их тела будто стали прозрачными. Феликс и Элиан ощутили, как реальность вокруг исчезает, оставляя только их мысли, страхи и слабости.

— Я не знаю, сколько ещё мы выдержим, — тихо сказал Элиан, его голос звучал глухо.

Феликс молча сжал свой ключ, чувствуя, как тепло от него начинает становиться слабее. Он посмотрел на друга, а затем вновь вгляделся в темноту.

— Мы выдержим, — твёрдо сказал он, хотя внутри его душу разрывало сомнение. — У нас просто нет другого выбора.

И тьма вновь затянула их, готовая обнажить новые раны.

Сначала пришла тишина. Она была абсолютной, давящей, словно пыталась вытеснить всё — мысли, чувства, даже саму жизнь. Но вскоре тишина сменилась тихим шёпотом, заполнившим пространство вокруг. Голоса множились, они напоминали эхо далёкого воспоминания, пробивающееся сквозь толщу времени.

Феликс открыл глаза. Они с Элианом снова стояли в странном месте, но теперь оно было другим. Вместо тумана, руин и древних деревьев перед ними простиралась бескрайняя равнина, освещённая холодным голубоватым светом. Казалось, это место не принадлежит ни одной реальности, и, несмотря на его пустоту, воздух был пропитан чуждыми эмоциями.

— Это опять иллюзия? — выдохнул Феликс, оглядываясь.

Элиан молчал. Его взгляд был прикован к точке вдали, где медленно начали проступать очертания… деревни.

— Я знаю это место, — произнёс он наконец, его голос звучал напряжённо, будто каждый звук отдавался болью.

— Что это? — осторожно спросил Феликс, но Элиан уже двинулся вперёд, не отвечая.

Когда они подошли ближе, Феликс заметил, что деревня выглядит странно: дома будто застыли в полуразрушенном состоянии, но ни следов времени, ни признаков обветшалости не было. Всё выглядело так, словно деревня остановилась в последний момент перед разрушением.

На улице стояла женщина. Она держала на руках маленького мальчика, нежно обнимая его. Элиан остановился, как вкопанный.

— Это… я, — сказал он, указывая на ребёнка.

Феликс взглянул на мальчика. Он был совсем мал, его лицо светилось доверием и радостью. Женщина, очевидно, была его матерью. Но вскоре её улыбка померкла, и она быстро прижала мальчика к себе, будто защищая его от чего-то.

Сквозь тишину вдруг прорезался грохот. Из-за горизонта появились фигуры — тёмные, неразличимые, но угрожающие. Они шли с оружием в руках, их силуэты двигались быстро, и тень ужаса легла на деревню.

Элиан напрягся, его кулаки сжались.

— Это ночь, когда всё изменилось, — пробормотал он.

Феликс посмотрел на друга. Тот словно сковался, его лицо побледнело, а взгляд метался между женщиной и ребёнком.

— Ты можешь что-то сделать? — спросил Феликс, прекрасно понимая, что это всего лишь воспоминание, но не зная, как помочь.

— Я… Я не смог тогда, — произнёс Элиан, его голос дрожал. — Я не защитил её.

Шум становился громче. Тени приближались, и вот уже были видны лица нападающих. Грубые, искажённые яростью и жадностью, они несли смерть с собой.

Феликс хотел шагнуть вперёд, но Элиан резко схватил его за руку.

— Нет. Ты не понимаешь, — сказал он, глядя на фигуры. — Это не просто воспоминание. Это… что-то большее.

Как только он это произнёс, нападающие резко остановились, словно заметив их. Один из них, высокий мужчина с жёстким лицом, пристально посмотрел прямо на Элиана.

— Ты снова здесь, мальчишка, — произнёс он голосом, полным презрения. — Ты так и не усвоил урок.

Элиан застыл, его лицо исказилось от боли.

— Ты — причина её смерти, — продолжал мужчина, делая шаг вперёд. — Ты был слишком слаб, чтобы её защитить.

Слова мужчины били, как удары кинжала. Элиан опустил голову, его дыхание стало тяжёлым.

Феликс вышел вперёд, вставая между мужчиной и своим другом.

— Ты не имеешь права говорить с ним так! — закричал он.

Мужчина ухмыльнулся. — И ты думаешь, что защитишь его? Ты ведь не можешь даже спасти себя.

Феликс почувствовал, как тени вокруг начинают двигаться, обволакивая его и Элиана, словно живая паутина.

— Мы не сдадимся, — тихо, но твёрдо сказал он, сжимая ключ в руке.

Элиан вдруг поднял голову, его взгляд стал яростным.

— Ты прав, — сказал он мужчине. — Тогда я был слаб. Но я не буду таким сейчас.

Он вытащил кинжал, и лезвие засветилось, отражая свет ключа Феликса. Элиан сделал шаг вперёд, его голос был твёрд.

— Ты — не реальность. Ты — просто тень прошлого.

Мужчина начал таять, как дым, но перед тем, как исчезнуть, его голос прозвучал снова:

— Ты можешь пытаться, мальчишка. Но твоя вина всегда будет рядом.

Когда фигура растворилась, тени начали отступать, и деревня вновь стала пустой и застывшей. Элиан тяжело дышал, но его взгляд оставался твёрдым.

Феликс положил руку ему на плечо.

— Ты справился, — сказал он.

— Пока что, — ответил Элиан, убирая кинжал. — Но это было только начало.

И вдруг их окружение снова изменилось. Земля под ногами задрожала, и в воздухе раздался знакомый голос:

— Чтобы двигаться дальше, вы должны признать свою боль. Только тогда откроется путь.

Перед ними снова вспыхнул свет, но на этот раз он был мягким, тёплым, словно звал их вперёд.

Феликс посмотрел на Элиана.

— Готов?

Элиан кивнул, хотя в его глазах всё ещё читалась неуверенность.

— Мы узнаем.

Шагнув в мягкий свет, Феликс и Элиан снова почувствовали, как реальность вокруг них ломается. Казалось, их тела проходили сквозь тысячи слоёв воспоминаний, и каждый из них пытался зацепить их, удержать, словно руки утопающих, тянущие за собой.

Когда свет исчез, они оказались в комнате. Она была слишком реальной, слишком знакомой, чтобы быть иллюзией. Простая деревянная мебель, потёртый ковёр и старое кресло у окна. Через приоткрытую дверь виднелась маленькая кухня, где на столе стояли два кружка и тарелка с недоеденным пирогом.

Элиан застыл на месте, его лицо исказилось от боли.

— Это... — начал он, но голос задрожал и оборвался.

— Твоё воспоминание? — тихо спросил Феликс, оглядываясь.

Элиан кивнул, не в силах оторвать взгляд от кресла у окна.

— Это дом моей матери, — выдохнул он.

Тишину разорвал звук шагов. В комнату вошла женщина — та самая, которую они видели в предыдущем видении. Она выглядела моложе, чем в деревне, но в её глазах уже тогда читалась тревога.

— Элиан, ужин готов, — сказала она, оглядывая комнату.

Элиан, стоявший в центре комнаты, хотел было что-то сказать, но женщина смотрела сквозь него. Она говорила не с ним, а с ребёнком, который вдруг выскочил из соседней комнаты.

Мальчик лет восьми, с темными волосами и знакомым упрямым взглядом, вбежал в комнату и, рассмеявшись, бросился к женщине.

— Мам, смотри, я научился это делать! — мальчик с гордостью вытянул перед собой маленький деревянный амулет, явно самодельный.

— Он прекрасен, Элиан, — сказала она с нежностью и взъерошила его волосы.

Элиан, взрослый Элиан, сделал шаг вперёд, его лицо было искажено болью.

— Мам… — прошептал он, хотя знал, что она не услышит его.

Феликс наблюдал молча, понимая, что сейчас он может только быть рядом.

Но сцена начала меняться. Тёплый свет постепенно угасал, словно день сменялся ночью. На место смеха и уютных звуков кухни пришла холодная, пугающая тишина. Мальчик и женщина всё ещё были здесь, но теперь их лица выражали тревогу.

— Они приближаются, — сказала женщина, бросая быстрые взгляды в окно.

Мальчик прижался к ней, его глаза были полны ужаса.

— Мам, кто? — спросил он.

Она опустилась на колени перед ним, положила руки ему на плечи.

— Ты должен быть храбрым, Элиан, — сказала она. — Ты сильнее, чем думаешь. Никогда не забывай этого.

— Но я боюсь, — прошептал мальчик, его голос дрожал.

Женщина обняла его, а затем, поднявшись, схватила кинжал, лежащий на полке у стены.

— Ты останешься здесь, — сказала она твёрдо. — Что бы ни случилось, ты не выходишь, понял?

Мальчик хотел что-то возразить, но не успел. Дверь распахнулась, и в дом ворвались те самые тёмные фигуры.

Элиан застыл, его глаза были прикованы к сцене, разыгравшейся перед ним.

— Нет… — прошептал он, шагнув вперёд. — Не снова.

Феликс схватил его за плечо.

— Это не настоящее, Элиан! Это воспоминание. Ты не можешь изменить его.

Элиан повернулся к нему, в его глазах горела ярость, смешанная с отчаянием.

— Но я хочу! — выкрикнул он. — Я должен!

Женщина бросилась на одного из нападавших, и её крик разорвал тишину. Мальчик закричал, но, следуя её приказу, остался в углу комнаты, наблюдая, как тьма поглощает всё вокруг.

— Стой! — закричал Элиан, бросившись вперёд, но он просто прошёл сквозь фигуры, словно был призраком.

Сцена замерла, а затем начала разрушаться. Дом исчезал, растворяясь в воздухе, пока они снова не остались в пустоте.

Элиан упал на колени, его руки дрожали.

— Это было её последнее воспоминание… — выдохнул он. — Она знала, что погибнет. И всё равно защитила меня.

Феликс сел рядом, положив руку на его плечо.

— Это не твоя вина, Элиан. Ты был ребёнком. Ты ничего не мог сделать.

— Но я мог быть сильнее, мог научиться… — Элиан стиснул кулаки. — Я… не смог.

Сквозь тишину снова раздался тот же голос:

— Каждый страж несёт груз своей вины. Ты не можешь освободиться от прошлого, пока не примешь его.

Перед ними снова появились свет и портал, но теперь он был другим. Его поверхность казалась треснутой, словно внутри кипела разрушительная энергия.

— Принять его? — пробормотал Элиан, его голос звучал горько. — Как будто это так просто.

Феликс помог ему подняться.

— Это не просто, — сказал он. — Но мы справимся. Вместе.

Элиан посмотрел на него, его взгляд был полон сомнения, но где-то глубоко проскользнула искра надежды.

— Ладно, — тихо сказал он. — Вперёд.

Они шагнули в треснувший портал.