Пролог

В чем заключается философия интернет-культуры? В свободе, праве выбора? Место, где ты сам выбираешь кто ты, чем хочешь заниматься? Место, где все равны перед собой?

А это ведь только малая часть того, что можно сказать об интернете. Да, всё, что я перечислил и в правду было, но... когда-то давно. В нулевых, десятых, может в начале двадцатых. Сейчас же, как я думаю, от этого осталось только горсть, если вообще хоть что-то осталось.

В Австралии пользоваться интернетом можно только с 16 лет. В Англии только по паспорту. В России только национальными ресурсами. А что у нас осталось от того интернета, которого мы любили? Думаю, ответ очевиден.

Того места, где все были равны и с уважением относились друг к другу больше нет. Сейчас остался один лишь негатив и «безопасность».

Но в том месте всё еще осталось большое разнообразие. Ты все ещё можешь быть, кем хочешь. Рисуешь? Прекрасно. Вот тебе куча гайдов по рисованию и делай то, что хочешь. Музыкант? Конечно, учись сколько влезет. И так можно сказать про все отрасли искусства.

Хах... Напомнить про негатив? Ты только начал рисовать и постишь свою лучшую работу - хейт. Выпустил свою музыку - хейт. Просто сказал своё мнение - хейт. И эта темная сторона - основная часть интернета. А я ведь еще не начал. Может разобрать «Х»? ... Точно нет. Мне хватает Реддита.

— И чем же тогда ты сегодня займёшься? — шепчет кто-то внутри.

- - -

Я открываю глаза.

Солнечные лучи так давят, будто специально заставляют тебя проснуться и этому сложно противиться.

Я медленно встаю с кровати, размышляя о том монологе во сне. Голос был моим, но как будто говорил совсем не я. Мне было даже... страшно? Странное чувство одолевает меня, но думать об этом пока не время.

Всё-таки, через силу, захожу на кухню. Мама стоит у плиты. Короткие, почти серебристые волосы завязаны в хвост. На лице — вечная усталость, которую она скрывает бодрым тоном. Порой удивляюсь силе матерей. У неё еще смена через час, и до ночи.

На столе сидит молодая девуш…

— Чего?!

— Мия, это что?! Что с твоими волосами?! — удивлённо спрашиваю сестру.

Она от неожиданности падает со стола, но тут же резко встаёт.

— Ты чего орёшь с утра?! — раздражённо вскрикивает. Она у нас из пугливых.

— И зачем ты их покрасила? — успокаиваясь, задаю логичный вопрос.

Погодите. Я узнаю этот цвет. Синие с голубыми кончиками. Она точно их покрасила или это парик? Надо проверить.

Протягиваю руку, трогаю её «новые» волосы. Она не дёргается, только смотрит с ехидцей.

— Ну как тебе? Нравится? — спрашивает, явно ожидая, что я оценю.

Я резко дёргаю прядь вниз.

Ой. Похоже, переборщил.

Она вскрикивает — на этот раз от боли.

— Ой, прости. Не хотел сильно.

— Зачем? — голос обиженный, отступает на шаг, трогая затылок.

— Реально покрасила...

Я выпускаю прядь, и она падает обратно. Синяя. С голубыми кончиками. Как к этому привыкнуть?

Теперь понятно.

— Это же цвет волос Акане, да?

Мия замирает. Щёки розовеют, но она быстро берёт себя в руки.

— Ну и что? — её голос становится вызывающим. — Крутой стиль, между прочим.

— Ты покрасила волосы из-за аниме персонажа?

— Не просто персонажа. Акане Курокава - это шедевр. Она лучшая во всем аниме, между прочим. Её характер, её путь...

Я смотрю на неё. Сестра тараторит, жестикулирует, и я вспоминаю, как она заставляла меня вместе с ней смотреть новую серию в три часа ночи, потому что «не могла ждать».

— Мия.

— ...и вообще, это мой выбор. Я давно хотела.

— Ты собираешься ходить в таком виде?

Она на секунду замолкает, потом поднимает подбородок.

— А что такого? Кто мне запретит?

— Никто. Но ты не находишь, что это немного... — я кручу пальцем у виска, — перебор?

Она надувает губы. Я знаю этот взгляд. Сейчас начнёт спорить.

— Это самовыражение. Ты не шаришь.

— Самовыражение - это когда ты что-то выбираешь осознанно. А у тебя - одержимость.

— Одержимость? — она почти обижается. — Просто у меня есть кумир. У тебя тоже есть, кого ты уважаешь.

Тут я могу понять. Человек, который добился всего только благодаря тому, что он любит. Такие заслуживают уважения. Но все же не переборщила она?

— У меня нет кумиров. И если бы я покрасился, как какой-то персонаж, ты бы первая надо мной ржала.

Мия открывает рот, хочет возразить, но не находит слов. Только машет рукой.

— Всё, отстань. Моя голова - моё дело.

Она хватает чашку и, гордо подняв синюю шевелюру, выходит из кухни.

Я поворачиваюсь к матери. Она всё это время стояла у плиты, делала вид, что занята завтраком.

— И ты это одобрила? — спрашиваю с лёгким раздражением. — Ты же всегда была против.

Мать пожимает плечами, вытирает руки о полотенце.

— Она просила полгода. Я поставила условие - сначала хорошие оценки в сессии. Она справилась.

— То есть цвет волос анимешной героини — это нормально? Сама говорила, что...

— Лео, — мать перебила меня и смотрит устало, — у неё хотя бы есть что-то, что её увлекает. Пусть красивый дурацкий цвет - она рада. А ты? У тебя есть хоть что-то, кроме ноутбука и вечных "подумаю"?

Я замолкаю. Смотрю в тарелку. Она вздыхает.

— Я на работу. В холодильнике обед.

Дверь закрывается.

Я остаюсь один. Голос Мии, мамины слова — всё смешивается в голове.

Она хотя бы знает, чего хочет. А я?

Дверь закрывается.

Я смотрю на тарелку с остывшей яичницей. Жир застывает белесой плёнкой. Есть не хочется - не хочется уже давно, не только еду, а вообще. Но сейчас внутри что-то царапает.

У тебя есть хоть что-то, кроме ноутбука и вечных «подумаю»?

Мать попала. От правды... больно.

Я встаю, ополаскиваю тарелку, ставлю в сушилку. Мысль крутится, застревает где-то в затылке.

А что мне вообще нравится?

Раньше казалось, что нравится всё. Каналы, манга, игры. Я хватался за одно, потом за другое, и внутри горело - вот оно, моё, я хочу это делать. А потом гасло. Это не надоедало. Просто я не успевал. Пока монтировал видео, в голове уже ждал турнира по «Counter-Strike». Пока смотрел - лезли строчки кода. В итоге я не делал ничего, а внутри оставалась только усталость.

Я возвращаюсь в комнату.

Ноутбук закрыт. Наклейка от игровой студии давно облезла. Я сажусь на кровать, смотрю на чёрный матовый корпус.

Что мне нравится на самом деле?

Не то, за что я хватался, чтобы стать кем-то и что принесёт просмотры, лайки, признание. А просто - нравится.

Я вспоминаю, как впервые открыл «Unity». Мне было пятнадцать. Я сделал квадратик, который прыгал по платформам. Ни физики, ни анимации, просто квадрат, который двигался вправо, пока я не врежусь в стену. Я запускал эту сцену раз десять подряд, потому что сам написал скрипт, и он работал. Это было как магия.

Потом я узнал, что в геймдеве всё сложнее. Что нормальные игры делают командами годами. Что один человек — это либо гений, либо наивный дурак.

Я решил, что я дурак, и закрыл проект.

Но сейчас, когда я сижу перед ноутбуком и смотрю на наклейку, внутри что-то дёргается.

Мне нравится придумывать истории. С детства. Я сочинял миры, героев, их диалоги. Потом забивал в заметках и никогда не возвращался.

Мне нравится, когда код работает. Когда после трёх часов копания в ошибках наконец запускается анимация или загружается уровень - это чувство… я не знаю, с чем сравнить.

Мне нравится рисовать. Не фон, не перспективу, а персонажей. Их лица, эмоции, позы. Я мог часами сидеть над скетчем, пока не вылезут все детали.

Проблема не в том, что мне ничего не нравится. Проблема в том, что мне нравится всё сразу. А делать всё сразу - значит не делать ничего.

Я смотрю на закрытый ноутбук.

Что, если я просто выберу одно? Что мне действительно нравится и я горю этим. Ход рисковый. Выгорание никуда не делось. Как-будто поджидает. Но попробовать надо.

У каждого есть то дело, которым он горит. Никто не может делать всё и сразу - ничего хорошего из этого не выйдет. Я не исключение.

Я открываю ноутбук. Экран загорается. Рабочий стол завален иконками, которые я не открывал месяцами. Папка «Game» стоит в углу, пылится.

Я открываю её.

Проект загружается. Та самая сцена с квадратиком. Я смотрю на него, и на губах появляется что-то вроде улыбки. Код кривой, но я это сделал сам.

Мия красит волосы в синий, потому что ей нравится её героиня. У неё есть ответ.

У меня теперь тоже.

Странное чувство. Будто я наконец-то закрыл тысячу вкладок в голове и оставил одну.

Но сначала... надо всё обдумать. И хорошо.

Я тяжело вздыхаю. А я ведь еще и не начал.

Делать то, что тебе нравится, утомляет.