Глава 4.0

— Алло. 

— Алло, Сэтоши, это ты? 

— Эм... Да. А вы кто? 

— Не узнаешь мой голос? Это же я, Хикару. 

— Хикару? Серьезно, это ты? Боже, сколько лет, сколько зим! Ты куда пропал, старина? Ничего даже не сказал. 

— Да, были проблемы, но теперь все наладилось. Мы с семьей недавно переехали в ваш городок, и я подумал, что надо позвонить старому другу. — Он говорил с радостным смешком, и я его понимал — сам был невероятно рад узнать, что с ним все в порядке. — Слушай, Сэтоши, не против собраться сегодня вечерком? Все-таки давно не виделись. 

— Да, конечно, без проблем, я только за! — Мое настроение взлетело до небес, и я не мог сдержать радость. 

— Хорошо, тогда договорились на вечер. Буду ждать. Пока, старина! 

— Ага, давай. 

Я положил трубку, и улыбка не сходила с моего лица. Друг, от которого давно не было ни слуху, ни духу, наконец объявился. Сегодня обязательно нужно встретиться. 

После работы я радостно забежал домой и сообщил жене хорошую новость. Она тоже была рада — все-таки это был наш старый друг. Мы быстро собрались, надели лучшую одежду и поехали по адресу. По дороге жена кому-то звонила. 

— Кому звонишь? 

— Хочу предупредить Изуми, что мы сегодня будем поздно. 

— Хорошая идея, — согласился я. Вот дурак, мне тоже надо было об этом подумать. Видимо, от радости я стал еще более рассеянным, чем обычно. 

Разговаривая о предстоящей встрече, мы даже не заметили, как приехали на место. 

---

ТОЧКА ЗРЕНИЯ ИЗУМИ

Так проходили мои дни. Выходные я проводил с Химари, а в остальные работал. В университет я ходил, но редко и то, чтобы просто заявиться, дабы не отчислили. 

Наконец-то в моей жизнь появилась белая полоса. Мои дни проходили насыщенно, родители все так же молчали, но иногда что-то говорили если это было что-то необходимое. Я уже давно не злился на них, но не возражал, чтобы так все дальше и продолжалось, потому что не хотел, чтобы родители начали меня снова доставать вопросами о будущем. 

Сегодня был очередной выходной, и я как обычно пошел в парк, чтобы увидеться с Химари. Дойдя до парка, я увидел, как она сидит на уже привычной скамейке. Белые волосы цвета молока трепещут из-за ветра. Маленькие худые руки лежат на коленях, сложившись в замок. С закрытыми глазами она выглядит так, будто медитирует, но я знаю, что это не совсем так, потому что в ушах у нее виднелись наушники, которые я подарил ей недавно. Её вид заворожил меня, подобно картине великого мастера.

Я бы мог вечно стоять тут и наслаждаться ее красотой. В последнее время каждый раз, глядя на нее, я испытываю странные чувства. Сам не знаю, что это со мной происходит. Может я влюбился? Правда, я не знаю действительно ли это так [не уверен в этом], потому что я никогда не влюблялся и не знал этого чувства, но мое сердце подсказывает что это именно оно.

Я подошел к ней и сел рядом. Почувствовав чьё-то присутствие, Химари вытащила наушники и спросила: кто здесь?

- Привет, это я - Изуми.

- А, Изуми, это ты. Здравствуй.

Сегодня солнце нещадно пекло, поэтому я оделся в легкую одежду, но я не мог сказать того же о ней. Она сидела в толстовке и в джинсовых брюках и почему-то на ее лице была маска. Я не мог не задать ей соответствующий вопрос. 

- Слушай Химари, а почему ты так плотно оделась? Сегодня же очень жарко.

- У-ум… - она была явно растеряна и не знала, что ответить, но потом видимо придумала, что сказать. - Я просто простудилась. Точно. Из-за простуды мне холодно.

Конечно я сразу понял, что тут что-то не так. 

- Ну-у… ладно. Тогда пойдем? – предложил я, раздумывая над тем, как бы помягче выяснить правду.

- Ага, пошли, – с энтузиазмом ответила она. 

После этого мы пошли гулять в те места где мы оба еще не были.

---

Вечером мне позвонила мама и сказала, чтобы я не задерживался и поскорее вернулся домой, так как они уезжают в гости и вернутся поздно. Немного погуляв, я сказал Химари, что мне нужно вернуться домой, так как родителей не будет. 

Она удивленно посмотрела на меня, затем опустила голову, видимо, решаясь что-то сказать. Было видно, что ей это дается нелегко, и я просто стоял, ожидая. 

— Слушай, Изуми, можно я ненадолго останусь у тебя? Я тебе не помешаю, обещаю, — наконец произнесла она, преодолевая страх. 

— Конечно, без проблем, — ответил я спокойно, так как у меня уже были свои планы на этот счет. 

— Правда? Спасибо большое! — ее лицо озарилось радостью. 

Я быстро согласился, потому что в последнее время она часто просила задержаться подольше, когда мы гуляли. Сегодня я решил выяснить, в чем причина. 

Дойдя до дома, я убедился, что родителей нет, и пригласил Химари внутрь. Поставив чайник, я попросил ее подождать внизу, пока я переоденусь. Она кивнула. 

Когда я спустился, чайник уже закипел, и мы сели пить чай. Я поставил на стол сладости, и мы начали болтать о сюжете недавно прочитанной книги. В процессе я заметил, что она начала потеть. 

— Химари, в доме жарко. Может, снимешь толстовку? 

— Эм, нет, мне не жарко. Это просто от чая, не переживай. 

— Ну ладно. 

Попытка не удалась, но я не сдавался. После чая мы поднялись в мою комнату. Я сказал, что сейчас вернусь, и пошел включить отопление, чтобы ей стало жарко и она наконец сняла толстовку.

Нет, я не извращенец. Просто ее постоянные просьбы задержаться после прогулок наводили на плохие мысли. Мне казалось, что дома у нее что-то не так, но пока она сама не расскажет, я не имел права вмешиваться. 

Вернувшись в комнату, я захватил книгу, которую она еще не читала. Сев рядом, я предложил почитать ей, и она с радостью согласилась. 

Я читал, чтобы выиграть время. Через пятнадцать минут в комнате стало очень жарко. Даже я, одетый в футболку и шорты, чувствовал это. 

Я посмотрел на Химари. Ее лицо покраснело, особенно щеки. Я не останавливался, и результат был таким, как я хотел. Но одно я не учел. 

От жары ей стало плохо, и она потеряла сознание. Я быстро уложил ее на кровать и побежал выключать отопление. Затем принес вентилятор, поставил его рядом с ней и открыл все окна. Если бы я этого не сделал, родители бы точно меня отругали за такую жару. 

Когда я успокоился, то всё-таки решился самостоятельно снять толстовку. Перед моими глазами предстало ужасное зрелище. Всё её тело было покрыто синяками, кровоподтеками и царапинами — на руках, ногах, животе, даже на лице. На нижней губе красовался порез, верхняя порвана, щеки в синяках. Меня охватил страх. Я не знал, что делать. 

Может, вызвать скорую или полицию? Я порылся в карманах, но телефона не было. Черт, оставил на кухне. Я хотел пойти за ним, как вдруг услышал голос Химари. 

— Значит, ты все-таки увидел, — тихо прошептала она. 

— Я заметил, что ты что-то скрываешь, но не хотел давить на тебя. 

— Я не хотела обременять тебя этим, поэтому старалась скрыть.

— Ты меня этим не обременяешь. Наоборот, я буду рад, если ты расскажешь мне. Мы же друзья, а друзья должны помогать друг другу. 

– … Ладно. Я расскажу. Но знай, что после этого наша дружба может закончиться, — она посмотрела на меня серьезным взглядом. Я молча кивнул. 

— Чтобы ты понял, нужно начать с самого начала. С моего рождения. В детстве я жила с отцом. Моя мать умерла сразу после родов, но отец относился ко мне с теплотой и лаской, стараясь заменить мне маму. Однако продолжалось это недолго. Когда я немного подросла, он начал пить и уходить в себя. Я просто сидела в своей комнате, играла одна. И да, родилась я зрячей. Когда мне становилось скучно, я выходила на улицу играть с другими детьми. Вечером пьяный отец звал меня домой. 

Через несколько лет ситуация ухудшилась. Я узнала, что отец раньше был в мафии, и мою маму он тоже встретил там. Когда он напивался, он рассказывал, как сильно любил ее, и винил меня в ее смерти.

Потом к нам стали приходить какие-то люди, требовать что-то от отца. Это заканчивалось драками и криками. Он стал нервным и начал вымещать злость на мне. Каждый раз, возвращаясь с работы, он бил меня за малейшие ошибки, а когда ошибок не было, обвинял в смерти матери. 

Однажды мне это надоело, и я сказала, что устала от побоев. Он разозлился еще сильнее и ударил меня так сильно, что я потеряла сознание. Когда я очнулась, то поняла, что ничего не вижу. Так я и ослепла. 

После этого он перестал меня бить, испугавшись, что может перегнуть палку и сесть в тюрьму. Но предупредил, что если я расскажу полиции, он убьет меня. 

Я думала, что теперь все будет хорошо, но это продолжалось недолго. Он снова начал избивать меня. Вчера было не исключение. Было страшно. Я не знала, куда он ударит, не могла защищаться, так как ничего не видела. Поэтому в последнее время я просила тебя задержаться — боялась идти домой. 

Я слушал ее, ошеломленный. Когда она закончила, я не мог вымолвить ни слова. Потом, собравшись с мыслями, спросил: 

— Почему ты раньше не рассказывала? 

— Не хотела тебя в это втягивать. 

— Может, позвоним в полицию? 

— Не сработает. Раньше соседи вызывали, но полиция просто разговаривала с отцом и уходила. 

— Тогда оставайся у нас хотя бы на время. 

— Не могу. Отец все равно найдет меня. 

Я ходил по комнате, обдумывая, что делать, но ничего не приходило в голову. 

— Слушай, мне нужно идти домой, а то отец начнет искать, — прервала тишину Химари. 

— Я тебя провожу. 

— Нет, не нужно. У меня же есть Акару. 

— Не говори глупостей. Я провожу тебя, и точка. 

Мы шли по темным улицам, а у меня в голове крутились ее слова. Я даже не заметил, как мы добрались до ее дома. 

— Ну все, я пойду. Спасибо, что проводил. 

— Ага. 

Я стоял и смотрел, как она уходит, чувствуя, как внутри нарастает гнев и беспомощность.

Она вошла в дом, а Акару направился в свою будку. Я остался стоять, провожая их взглядом, но вскоре понял, что пора возвращаться домой. По дороге мысли о её истории не покидали меня ни на секунду. На полпути я резко остановился, осознав нечто важное. Мне вспомнился сон, который я видел пару недель назад: в нём меня избивал человек, а я ничего не мог ему противопоставить. От этого воспоминания по телу пробежал холодный пот.

Описание Химари идеально совпадало с тем, что я видел во сне. Всю боль, которую она пережила, я почувствовал тогда, но это был лишь сон. Она же испытала это наяву.

Осознав это, я бросился бежать обратно. По пути я корил себя за то, что не догадался раньше. Как я мог отпустить ее обратно в тот дом после её рассказа? Я бежал изо всех сил, не останавливаясь, и через несколько минут оказался у её дома.