Новая реальность

Прошли три дня с тех пор, как я очнулся.

День и ночь здесь были странными. Один из солнц — багровое, вечно низкое, будто пьяное, скользит по горизонту и не даёт ни тепла, ни света. Второе — белое, неестественно яркое, как прожектор, смотрящий сверху на театр абсурда.

Я жил в лесу. Спал под деревом, ел ягоды, которые — к счастью — не убили меня. Воду находил в ручье, она отдавала железом и чем-то... магическим. По-другому не скажешь.

Но больше всего беспокоили сны.

Мне снились улицы Токио. Шум метро. Лицо девушки, которую я любил, но имя её исчезло, будто кто-то стерло его ластиком в моём сознании.

«Ты не спишь. Это не сон. Просто ты — не в том месте, где был создан» — голос в голове был чужим. Но он приходил всё чаще.

Сегодня я нашёл дорогу. Не метафору, а настоящую — вымощенную странными тёмными камнями. Она вела к поселению. Первому человеческому.

Там стояла табличка: "Колония Эйдос. Население: 318. Основана: День Перерождения, Год 1."

Год первый. Они считают с момента пробуждения.

Меня встретили без оружия, но с опаской. На мне не было знаков ни клана, ни гильдии, ни касты. Значит — одиночка. А одиночки здесь редкость. Опасны. Или опасаются сами.

Старик с механическим глазом провёл меня к костру. Его звали Кэнтаро Сэкида — бывший профессор философии. В прошлом мире.

— Мы всё помним, — сказал он, глядя в огонь. — Это, пожалуй, и есть наше проклятие. Новая Земля, а мы всё ещё люди старой.

Я молчал. Слишком много мыслей.

— Некоторые уже начали делить территорию, — продолжил он. — Кто-то верит, что магия даст власть. Кто-то строит реакторы. А кто-то… просто уходит в лес и больше не возвращается.

Пока мы разговаривали я не успел заметить как мы подошли к какому-то подобию шатра рядом с костром. Кэнтаро посмотрел на меня пристально, а затем немного ослабив свою подозрительность и пригласил меня сесть на бревно.

Я провёл у костра весь вечер. Кэнтаро рассказывал о первых днях после Перерождения — о панике, о первых группах, ушедших в лес и не вернувшихся, о Советах, гильдиях, кастах. Он говорил много, но ни разу не упомянул того, что нашёл я.

Того, что я держал в рюкзаке.

Я нашёл её в первый день — когда очнулся в той лощине. Тогда я ещё не понимал, что произошло. Просто шёл, шатаясь, пока не наткнулся на выжженную яму в земле. Кратер. В его центре — гладкий чёрный камень, похожий на уголь, но холодный, как лёд. И внутри… символы. Они светились, но не ослепляли.

Когда я прикоснулся к нему — что-то вошло в меня. Не информация. Понимание. Внутреннее чувство, будто часть меня вспомнила то, чего я не знал никогда.

Я взял камень. Он был размером с ладонь. Странно тяжёлый. И пустой на ощупь.

С тех пор он не светился. Но я знал: он не исчез.

— А ты что будешь делать, парень? — спросил Кэнтаро.

Я посмотрел на огонь.

Найти ответ. Понять, что подразумевает собой этот мир, да и вообще все миры(теперь я знаю, что мой родной мир был точно не единственным).

— Пока не знаю, — соврал я.