Новый мир

Последние лучи заходящего солнца пробивались сквозь частокол сосен,окрашивая снег в рыжеватые тона. В лесу было тихо, лишь легкий порывистый ветерок шелестел верхушками елей и сдувал с веток алмазную пудру инея, заставляя её кружиться в воздухе. Две фигуры в поношенных дорожных мантиях двигались по уже подмерзающей насте. Их тени, длинные и уходящие далеко вперёд, жили своей жизнью, ломаясь на сугробах и корнях. Впереди шла высокая девушка,её капюшон сдвинут на спину, и ветер играл прядями тёмных волос, выбившимися из строгой причёски. Она уверенно прокладывала путь. За ней, почти по пятам, двигалась вторая, поменьше ростом. Она куталась в мантию крепче и бережно несла в руках небольшой магический фонарь. Его мягкий золотистый свет уже начинал оживать в сгущающихся сумерках, подсвечивая им путь и бросая тёплые блики на тёмную хвою.

Молодая девушка, что шла позади, была слабее. Её тело била мелкая дрожь, а зубы выстукивали предательскую дробь. Леденящий холод пробирал до самых костей, от чего кожа на лице и пальцах приобрела болезненно-белый, почти синеватый оттенок.

Девушка, шагавшая впереди, заметила это краем глаза. Не сбавляя темпа и не оборачиваясь, она крикнула через плечо, и её голос прозвучал твёрдо, заглушая завывание ветра: —Потерпи ещё немного! Вот увидишь, мы сможем пробудить свои силы. Мы ведь сильные, правда? Мы всё это время выживали... выдержим и сегодня. Обещаю!

Её спутница лишь горько фыркнула, сжавшись ещё сильнее, но не найдя сил для ответа. Её молчание было красноречивее любых слов.

Спустя несколько вечных минут они наконец вышли на небольшую поляну. Это было пустое, заснеженное поле, окружённое частоколом тёмных елей. С одного края зиял обрыв, с которого открывался вид на долину, тонущую в багрянце заката. —Вот оно! То самое место, о котором нам говорили! — в голосе ведущей прозвучала не только усталость, но и триумф.

Сёстры, движимые единым порывом, быстро зажгли факелы, расставленные по периметру идеально ровного круга. И в тот же миг произошло нечто странное: ветер, только что шумевший в ветвях, стих. Крупные хлопья снега застыли в воздухе и больше не падали. Воцарилась неестественная, гнетущая тишина, будто сам лес затаил дыхание.

Это заставило сестёр встревоженно переглянуться, но отступать было уже поздно. Сжав кулаки, они подавили робость. Обе опустились на колени в центре круга, друг напротив друга. Дрожащими руками каждая сделала точный надрез на ладони. Казалось бы, немного крови — но её было вполне достаточно.

Как только первые капли упали на снег, ритуал начался. Птицы, дремавшие на ветках, с оглушительным криком сорвались вверх и унеслись прочь. Земля под ногами содрогнулась в немом ужасе, заставляя факелы плясать в кромешной тишине. А затем прямо под сёстрами, впитывая алую влагу, на снегу начала проступать, словно ожог, угольно-чёрная пентаграмма.

Спустя пару минут, показавшихся вечностью, тряска прекратилась так же внезапно, как и началась. Воцарилась мёртвая, давящая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием сестёр.

Девушки поспешно отползли за пределы пентаграммы, не сводя глаз с центра. Там, прямо на снегу, словно из самого воздуха, начала проявляться фигура. Контуры колебались, как мираж, а затем материализовались, образуя тело молодого парня, которому вряд ли было больше двадцати.

Старшая сестра инстинктивно схватилась за рукоять меча на её поясе, но не решалась обнажить клинок. Её глаза были полены ужасом и гневом. —Какого чёрта?! — вырвалось у неё хриплым шёпотом. — Нам же обещали, что мы пробудим свои силы! Мы были готовы к любой боли, к любой цене... но вместо этого... мы призвали человека? Неужели мы ошиблись в ритуале?

Она лихорадочно оглядела ещё дымящийся круг, а потом её лицо исказила чистая ненависть. —Нет... Всё было точно! Тот ублюдок! Это он дал нам не тот свиток! Это он во всём виноват!

Младшая сестра попыталась было её успокоить, протянув дрожащую руку, но и её сковал животный страх. Давящее ощущение исходило от фигуры в центре, сжимая горло, делая каждый вдох мучительным и коротким. —Он ведь... всего лишь человек, правда? — прошептала она, застыв. — Так почему... почему от него исходит такая пугающая аура? Такое чувство, будто... в нём сидит сам демон?

— Ладно, хрен с ним! — резко оборвала её старшая, отчаянная злоба на мгновение победив страх. — Просто продадим его в рабство. По крайней мере, сможем обеспечить себя на год, если будем экономить.

Сказав это, она с силой выдернула меч из ножен. Сталь зловеще звякнула в наступившей тишине. Делая осторожный шаг вперёд, она направилась к призванному парню.

Тот медленно поднялся на колени. Его движения были неестественно плавными. Он поднял голову, и сёстры увидели его глаза. Его зрачки были черны и бездонны, словно ночное небо, поглотившее все звёзды. В них не было ни капли осознанности — лишь холодная, безжизненная пустота. Казалось, его тело захватило нечто древнее и непостижимое.

На мгновение старшая сестра замерла на месте, парализованная внезапным видением. Перед её внутренним взором,словно вспышка молнии, пронеслись картины немыслимого ужаса. Этот самый парень, стоящий перед ней на коленях, но... преображённый. Его глаза пылали холодным огнём, а рука, взметнувшаяся в небо, низвергала на цветущие города ливни магического пламени. Крики, пепел, руины. Он шёл по грудам трупов, не разбирая ни возрастов, ни пола, неся не просто смерть, а полное, тотальное уничтожение всего живого. Он был концом мира, причиной самой смерти.

Видение исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив после себя леденящий душу ужас и одно ясное знание: «Пока не поздно!».

Вернувшись в реальность, она с хриплым криком, в котором смешались ярость и животный страх, ещё крепче вцепилась в рукоять меча обеими руками и с размаху набросилась на него, целиясь в шею. В её сознании не было мыслей о рабстве — только одна, всепоглощающая: уничтожить.

И вот он, решающий миг. Клинок, свистя, прошёлся по воздуху, почти коснувшись кожи парня. Младшая сестра застыла в немом ужасе, не в силах ни крикнуть, ни двинуться, её мозг отказывался понимать происходящее.

Но парень двинулся. Не вставая с колен,он резко отклонился назад, и лезвие со свихом прошло в сантиметре от его горла. Его тело среагировало с нечеловеческой скоростью и точностью. Высоко поднятая нога молнией выпрямилась, бьющим вверх пятком она со всей силы пришлась ей под подбородок.

Раздался оглушительный щелчок, смешавшийся с хрустом кости. Удар был настолько сильным, что вырвал меч из её ослабевших пальцев, отправив клинок кувыркаться в снег. Сама же она, не издав ни звука, отлетела назад и грузно рухнула навзничь, в сугроб.

Однако девушка встала почти моментально, вытерла с подбородка кровь и с рыком, полным ярости и боли, бросилась к своему мечу. Её челюсть неестественно отвисла — удар явно что-то сломал, но адреналин заглушал всё.

Парень не двигался. Он просто стоял и следил за ней пустыми, бездонными глазами, словно хищник, наблюдающий за предсмертными судорогами добычи.

Взяв меч, старшая сестра снова приняла стойку. На её лице больше не было страха — только слепая, отчаянная решимость. В следующее мгновение она сократила дистанцию, её клинок со свистом рассекал воздух,прицеливаясь для горизонтального удара по пояснице.

Но парень не увернулся. Он просто подпрыгнул с невероятной лёгкостью, и лезвие прошло под его ногами. В воздухе он неестественно развернулся, и его нога, словно бич, снова обрушилась на её лицо. Раздался ещё один приглушённый хруст. Девушка, пошатываясь, отступила на пару шагов, из её носа и рта хлынула кровь. Но она, словно нечувствующее боли тело, снова пошла в атаку.

Её удары становились всё более хаотичными и предсказуемыми. Парень уклонялся от них лёгкими, едва заметными движениями головы и корпуса, его ступни почти не отрывались от снега. Он не атаковал, он изматывал.

И после очередного неистового выпада он наконец действует. Его рука со змеиной скоростью метнулась вперёд. Он поймал её за запястье левой руки и резко дёрнул на себя, одновременно подставив ей подножку. Используя её же импульс, он мощно опрокинул её через плечо — классический приём из дзюдо, исполненный с убийственной эффективностью.

В момент падения меч вылетел из её ослабевшей руки и подлетел в воздух. Парень, не глядя, поймал его на лету. Девушка тяжело рухнула на спину, на мгновение увидев над собой хмурое небо и безразличное лицо своего убийцы.

Она не успела даже вдохнуть. Он без всякого замаха, коротким и точным движением, вонзил клинок ей прямо в грудь. Её тело дёрнулось один раз и замерло. Смерть была мгновенной.

Без паузы, даже не взглянув на результат, он резким и мощным движением швырнул окровавленный меч в сторону младшей сестры, всё это время застывшей в парализующем ужасе.

Удар был такой силы, что лезвие не просто вонзилось ей в грудь — оно сбило её с ног и понесло назад, как щепку. С оглушительным криком, который тут же оборвался, её отбросило через всю поляну. Она перелетела через край обрыва и бесследно исчезла в холодной мгле, унося с собой последний отчаянный вопль.

Казалось бы тишина снова воцарилась в лесу.

Но тишину нарушил короткий, пронзительный свист, словно разрезавший воздух лезвием.

Призванный парень медленно повернул голову в сторону обрыва. Там, на самом краю, стояла тёмная фигура в развевающейся мантии, чьё лицо скрывала глубокая тень капюшона. Незнакомец смотрел в пропасть, куда упала младшая сестра.

— Ну и ну, — раздался спокойный, разборчивый голос, без всякой эмоции. — Я, вообще-то, не планировал их смерти. Ладно, сделанного не воротишь.

Затем взгляд из-под капюшона упал на парня, застывшего в центре медленно угасающей пентаграммы.

Фигура сделала один шаг — и в тот же миг оказалась прямо перед юношей, нарушив все законы пространства. Худая, бледная рука в перчатке потянулась, чтобы коснуться его лба. —Ну всё, пора спать.

Прикосновение не возымело никакого эффекта. Незнакомец нахмурился, попробовал ещё раз, уже с большей силой. —Что за фигня?..

В ответ юноша, движимый инстинктом, мгновенно принял низкую боевую стойку. Пальцы его правой руки сложились в странную мудру и с резким выдохом были направлены в грудь незваного гостя.

— ХА!

Раздался не хлопок, а немой, сокрушительный ВЗРЫВ чистой силы. Невидимая ударная волна вырвалась из его пальцев и отшвырнула загадочную фигуру, как пушинку. Она пронеслась по воздуху и с оглушительным грохотом врезалась в скалу в нескольких километрах, оставив в каменной породе паутину трещин.

Но почти сразу же фигура в мантии материализовалась позади парня, отряхивая пыль с плеча. Ни царапины.

— Ну и ну, — с лёгким удивлением произнёс он. — Так он даже не в сознании. Автопилот, что ли? Сознание отключено, а тело взял на себя какой-то базовый инстинкт... — Он ухмыльнулся, и в его тоне появилась игривая нотка. — Ладно! Повеселимся, так уж и быть.

Юноша наклонился, поднял с земли обычную ветку. И прямо на глазах она начала трансформироваться: дерево трещало, сжималось, перестраивалось на молекулярном уровне, пока в его руке не оказалось идеальное, остроконечное ледяное копьё, испускающее морозный пар.

С рыком он рванул вперёд. Но его противник даже не шевелился — он просто телепортировался на сантиметр в сторону, позволяя копью вхолостую рассекать воздух. Иногда он лениво поднимал руку, и лезвие со звоном отскакивало от его ладони, не оставляя и следа.

После серии бесплодных выпадов фигура в мантии наконец контратаковала. Её кулак, движущийся быстрее звука, врезался парню в живот.

БАМ.

Раздался глухой удар, и маленькая ударная волна сдула снег вокруг. Хруст ломающихся рёбер и внутренних органов был отчётливо слышен. Но юноша, истекая кровью, даже не качнулся назад.

И тогда он скопировал. Его глаза на мгновение загорелись тем же мерцанием, что и у противника. В следующее мгновение он телепортировался, вплотную к врагу, вцепился мёртвой хваткой в его мантию и, используя тот же бросок через бедро, что и раньше, исчез — на этот раз на краю обрыва, откуда и швырнул незнакомца в бездну.

Тот, падая, лишь рассмеялся, и его голос долетал снизу, совершенно беззаботный: —Ого, скопировал телепортацию?! Неплохо! Так... стоп, а ты что, не собираешься прыгать за мной и добивать?!

Парень молча стоял на краю.

— Нет, так не сойдёт! — снизу донёсся весёлый возглас. Послышался щелчок пальцев.

И юноша, против своей воли, тоже сорвался вниз, в пропасть. Падая, он попытался поймать своё ледяное копьё, чтобы пронзить врага, но очередной щелчок растворил оружие в воздухе.

— Удачного приземления! Хе.

БА-БАХ!

Огромная волна снега и обломков взметнулась к небу. Парень лежал в центре гигантской воронки, его тело было разбито, сознание угасало.

А его противник медленно поднялся из земли, словно двухмерный рисунок. Он принял обычную форму, отряхнулся и подошёл к краю воронки, глядя на поверженного оппонента.

— Хэх, — усмехнулся он. — А такое уже не умеешь?.