Матрица: Седьмая версия

Пробуждение было болезненно тяжёлым. Я опять проспала. Потом завороженно уставилась в потолок. Маленькое серое пятнышко на идеально белом пространстве — единственное, куда переносится всё моё внимание и за что так усердно цепляется мой взгляд.

В этом строгом, чересчур правильном мире я чувствую себя таким же пятнышком. Мне опять снились дурацкие сны, будто я муха, летающая среди цветов и трав, потом меня ловят, я попадаю в мир людей и становлюсь там монстром. Затем меня снова похищают и уносят в космос, где я становлюсь ещё большим монстром. И эти странные и запутанные путешествия продолжаются до тех пор, пока я просто не разрушу всё вокруг, желая отомстить всему миру за его несовершенство.

А может это я несовершенна? Может это я в жизни делаю что-то не так? Иду не туда, совершаю не те выборы, живу не свою жизнь. От этого и моя злость ко всему. Я уже от всего устала и мне всё надоело. Для тех, кто чувствует, что он раб, кандалы намного тяжелее и крепче, нежели для тех, кто принял этот мир и свою незначительную роль в нём.

Телефонный звонок пронесся сквозь все мои мысли и разогнал их как назойливых насекомых. «Чёрт! Это Райзен!»

— Алло! Прости, я уже бегу!

— Зайдёшь ко мне в кабинет, есть разговор.

Одна холодная фраза и сброс. Он вне себя от ярости. Я очень благодарна своему другу за эту работу, но и он палку перегибает. В последнее время мне приходится делать очень много работы, так что пусть поменьше включает злого босса и научится ценить меня.

Спустя двадцать минут я уже была на работе.

— Ёб твою мать, Мира, какого хуя?! — бесился Райзер, впиваясь в меня своим бычьим взглядом и нервно поправляя воротник своей рубашки. — Да не стой ты столбом, садись сюда, живо!

Я послушно закрыла дверь в его кабинет и села напротив рабочего стола Райзена.

— Так, для начала успокойся и расскажи в чём дело, — успокаивающе пролепетала я.

— В чём дело?! Хочешь в эту игру поиграть?

— Не понимаю о чём ты…

— Ладно, поиграем! Дорогая Мира, скажи, пожалуйста, что ты написала в последнем отчёте о социальных исследованиях? Только, блять, не говори, что ты снова позволила себе приплести туда какую-то дурно пахнущую, отщепенскую теорию заговора.

— Эмм… надо вспомнить…

— Боже, Мира, меня с говном съедят. Звонил мой отец, сказал, что к нему обратились «сверху». В общем, тебя вызывают в департамент. И ещё он добавил небольшую ремарку: он жалеет, что назначил меня на эту должность. С самого утра там происходит какой-то пиздец. Они даже удалили все письма с твоей корпоративной почты; я даже представить боюсь, что ты там настрочила. Я же дал тебе одно из самых простых направлений — социальные опросы, господи! — он отчаянно всхлипнул и взялся за голову.

— Прости, Райзен...

— Я не знаю о чём с тобой будут говорить в департаменте, но умоляю тебя, Мира, если ты хоть немного ценишь нашу дружбу и всё то, что я для тебя сделал, разрули эту ситуацию. Скажи, что ошиблась, заигралась, показала некомпетентность и исправишь всё в ближайшее время. В общем, сделай так, чтоб я снова не продавал ебучие хот-доги на углу улицы.

— Хорошо, когда мне надо быть в департаменте?

— Сейчас!