Глава 277.0
Длинное письмо Черноснежки добралось до почтовых ящиков легионеров сразу после окончания последнего классного часа первого триместра.
Доклад ее получился крайне подробным и в то же время понятным. Харуюки невольно подумал, что она редактировала письмо несколько уроков. Черноснежка разделила письмо на две части: в первой разъяснялась суть предложения Красного Легиона о слиянии, вторая рассказывала об Имперском Замке и тайнах Брейн Бёрста.
Харуюки знал и о том, и о другом, но так зачитался, что еле заметил возникшую перед его партой фигуру. Он перевел взгляд и увидел Курасиму Тиюри, уже собравшуюся возвращаться домой.
Она сразу склонилась над партой и тихонько прошептала:
— Хару, ты прочитал письмо от семпая?
— Как раз читаю… а ты?
— Половину прочла. И сильно удивилась… а, но ты уже…
— Ч-что?
— Ну, судя по тому, что ты не свалился со стула с криком: «Вот это повороттинг!» про слияние ты уже знал?
— Н-ну я, это… кстати, тебе на секцию не надо?
— Сегодня и завтра — нет! Выкладывай давай!
Пока они перешептывались, подоспел и Такуму. Он тоже казался изумленным, но в секции кендо даже в преддверии чемпионата продолжались тренировки, поэтому Такуму присоединиться к разговору не смог.
— Ти, выведай у Хару побольше всего за меня, хорошо? — быстро бросил он, и Тиюри сразу выставила большой палец. — Ладно, потом свяжемся.
Такуму помахал и убежал, а Харуюки вновь перевел взгляд на Тиюри.
— Так, а теперь рассказывай обо всем.
— Но почти все, что я знаю, есть в письме от семпая…
— Значит, рассказывай про это «почти»! — приказала Харуюки подруга детства, и ему пришлось согласиться.
Когда Харуюки и Тиюри вышли из школьного корпуса, дождь уже успел прекратиться.
Харуюки добрался до клетки на заднем дворе, достал две метлы и протянул одну Тиюри.
— ...Чего? — недоверчиво спросила она.
— Я рассказал, а ты помоги прибраться, — с хитрой улыбкой пояснил Харуюки.
— ...Ладно, как скажешь.
Как только они закончили подметать вокруг клетки, подошли коллеги Харуюки по комитету: Идзеки Рейна и суперпредседатель Синомия Утай.
— Ой! — воскликнула Рейна, когда заметила Тиюри. — Э-э, Курасима-сан? Вы, случайно… не надумали вступить в комитет?
— Нет, просто она нам сегодня помогает, — ответил Харуюки.
— Ну, во-о-от, — разочарованно протянула Рейна.
Тиюри с убитым видом принялась извиняться:
— Прощу прощения, Идзеки-сан, у меня сегодня нет секции, а он взял и заставил меня помогать!
Почувствовав себя злодеем, Харуюки замотал головой, пытаясь опровергнуть обвинение…
«UI> Я рада, что вы помогаете нам, Тиюри-сан, пусть и всего один день! Хоу тоже просто счастлив!» — появилось в чате сообщение от Утай.
Все тут же посмотрели внутрь клетки. Большая африканская зорька по кличке Хоу шумно захлопала крыльями, словно приветствуя гостью.
— А-ха-ха, спасибо, Хоу. Так… что дальше?
Харуюки ненадолго задумался, а затем с хмурым видом ответил:
— Начинай копать здесь. Ищи червей для Хоу.
— Ч-ч-ч-ч-червей?! Н-ни за что, я к ним и не притронусь!..
Тиюри в ужасе попятилась. Харуюки указал ей прямо под ноги.
— А, смотри, уже один нашелся.
— Гья-а-а-а-а-а-а-а!
Тиюри подпрыгнула, во всей красе демонстрируя силу своих ног. Впрочем, догадавшись, что на земле ничего нет, она покраснела от гнева, набросилась на Харуюки и с силой оттянула его щеку.
— Ах, ты-ы!.. Я сейчас Хоу твою щеку скормлю!
— А-а-ай, ай, ай! Пхости, пхости, пощади!..
Рейна и Утай, ошарашенно следившие за развитием событий, дружно рассмеялись, и даже Хоу громко заухал.
Вскоре они закончили прибираться и кормить Хоу (естественно, не червями и не частями тела Харуюки, а мышатиной, которую принесла Утай). Рейна помахала рукой и исчезла, а оставшиеся втроем легионеры Нега Небьюласа сели на скамейку возле клетки.
Утай сложила руки на очаровательных коленках и быстро набрала:
«UI> Вы уже прочитали письмо от Саттин?»
— Ага, более-менее. И вообще, Уи, ты только послушай! Оказывается, хитрец Харуюки уже знал о слиянии!
«UI> Это правда, Арита-сан?»
Ощутив на себе пристальные взгляды Тиюри и Утай, сидевших слева от него, Харуюки быстро замотал головой.
— Н-нет, ну, я сам только двенадцать часов назад узнал! Вчера вечером… ко мне приходили Черноснежка-семпай, Нико и Пард-сан…
— Хм-м-м-м…
«UI> Хм-м-м-м.»
— Н-нет-нет, они просто пришли, не ночевали. Мы просто сделали ужин, а потом они разошлись.
— Хм-м-м-м-м-м-м-м-м…
«UI> Хм-м-м-м-м-м-м-м-м.»
Взгляды подруг Харуюки становились все холоднее, и он решил, что лучше поскорее перейти к делу:
— И-и-и вот тогда я впервые услышал о слиянии. Нико и сама успела уговорить остальных Триплексов лишь вчера… и все. Подробности, как указала в письме семпай, мы узнаем только завтра…
— Ясно… — протянула Тиюри, вновь приняв свой обычный вид, и задумалась. — Вот только согласятся ли Блейз Харт и Пич Парасоль, недавно нападавшие на Сугинами… я сама с ними не сражалась, но, по вашим рассказам, битва была напряженной.
«UI> Да… я тоже не думаю, что Блейз-сан и ее друзья так легко простят Саттин убийство Рэд Райдера...»
— Раз так… они могут и уйти из Легиона, когда узнают о слиянии…
Харуюки молча кивнул в ответ на слова Тиюри, а затем обратился к самому юному, но самому опытному легионеру среди их троицы:
— Синомия-сан, что ты думаешь о слиянии?..
Утай начала печатать практически сразу же.
«UI> Я особо не против. Во времена, когда я только стала бёрст линкером, слияния и деления Легионов никого не удивляли… Ускоренный Мир перестал хаотично меняться лишь после того, как Шесть Великих Легионов заключили пакт о взаимном ненападении. Вот только...»
Утай на мгновение прервалась, а затем стала печатать медленнее.
«UI> Если после слияния имя Нега Небьюласа исчезнет, я все-таки расстроюсь. И мне кажется, легионеры Проминенса испытывают то же самое.»
— Ага… это точно, — Тиюри посмотрела в постепенно проясняющееся небо. — Я вступила в Нега Небьюлас каких-то три месяца назад, но успела сильно привязаться к Легиону. Я тоже считаю, что мы должны одолеть Общество Исследования Ускорения, и всегда рада новым друзьям, но… я совру, если скажу, что не нервничаю. С другой стороны я… хочу всегда радоваться жизни вместе с дорогими мне людьми там, где мне комфортно…
Харуюки невольно вгляделся в лицо подруги детства.
Когда-то Харуюки говорил ей, что источником энергии «Зова Цитрона», спецприема Лайм Белл, служит желание вернуться в прошлое. Что тот звук, который раздается при включении техники, как две капли воды похож на звонок из той начальной школы, куда она ходила вместе с Харуюки и Такуму.
Скорее всего, Тиюри и по сей день лелеяла в глубинах души желание вернуться, если это вообще возможно, в ту пору, когда они втроем копались в грязи до самого вечера… в ту пору, когда она не боялась приступов болезни ее отца. Возможно, те изменения, что несли в себе слияние Легионов и битва с Обществом, давили на нее гораздо сильнее, чем предполагал Харуюки.
— ...Все будет хорошо, Тию, — обратился Харуюки к подруге, сидевшей за Утай. — Даже если наш Легион и переименуют после объединения, ничего важного не изменится… Мы вместе с Проми победим Общество Исследования Ускорения, растопчем их планы, а затем будем стремиться пройти Брейн Бёрст до конца вместе с Черноснежкой-семпай. Так же, как и сейчас.
Тиюри несколько раз моргнула, а затем как всегда весело улыбнулась.
— М-м, ты прав! И нам с тобой все еще нужно стать сильнее!
— А-ага, это точно, — немного неуверенно ответил Харуюки.
Утай хихикнула и напечатала:
«UI> Арита-сан, я считаю, вам нужно взять себя в руки и выбрать уже бонус шестого уровня!»
— У… д-да, пожалуй… Мне и Граф-сан про это говорил…
«UI> ...И что вам сказал Граф-сан?»
Утай уже читала доклад Черноснежки, а значит, знала, что Харуюки и Фуко встретили в Имперском Замке Графит Эджа. Поэтому Харуюки опустил вступление и перешел к словам черного мечника:
— Э-э… что если я чем-то в себе недоволен, надо либо тренироваться, либо взять бонус за уровень. Правда, я не знаю, недоволен ли я чем-нибудь в Сильвер Кроу…
В ответ на завершающие фразу слова Харуюки Тиюри сокрушенно покачала головой, а Утай улыбнулась.
«UI> Хоть я и советую пропускать мимо ушей девяносто процентов слов Граф-сана, этот совет попадает в те самые десять процентов. Если кажется, что развитие дуэльного аватара уперлось в стену, один из вариантов — как раз выбрать что-нибудь другое в бонусах. Например, я тоже планирую в ближайшее время улучшать навыки ближнего боя.»
Харуюки внимательно прочитал сообщение Утай и крепко задумался.
До сих пор Харуюки следовал совету Черноснежки и всегда выбирал в бонусах одно лишь улучшение способности к полету. На втором уровне он долго колебался, когда увидел в вариантах привлекательный спецприем, но на последующих уровнях жал на кнопку усиления полета без особых сомнений.
Так почему же теперь, на шестом уровне, он так глубоко задумался?..
— ...Граф-сан и учитель Фуко сказали, что врага, которого не победить одному, можно одолеть вдвоем… а если не получается вдвоем — то втроем… — пробормотал Харуюки, опуская взгляд на собственные руки. — Но я думаю, бывают и такие ситуации… в которых нужно победить одному во что бы то ни стало. И я хочу обрести силу, которая хоть немного поможет мне в такие минуты. Может быть, я ошибаюсь?..
«UI> Вы задаете вопрос, который во все времена не давал покоя бёрст линкерам с дуэльными аватарами вспомогательного типа», — сразу же отозвалась Утай, и Харуюки ошарашенно поднял голову.
Он посмотрел налево и увидел хитрые улыбки Утай и Тиюри. Если подумать, Ардор Мейден — аватар вспомогательного типа, специализирующийся на огневой поддержке, а Лайм Белл — еще более вспомогательный аватар, способный атаковать лишь самыми простыми ударами.
— А… п-простите меня, Тию, Синомия.
Харуюки свесил голову, и Тиюри прыснула.
— Тебе не за что извиняться. Ну да, как сказала Уи, иногда я думаю: «Вот бы и мне побольше силы»… Но мне нравится мой аватар, и сражаться вместе с вами я люблю больше чем одна. В одиночку соревноваться я могу и в реальности на занятиях в секции, а в Ускоренном Мире мне достаточно и командных сражений.
Утай взглянула в лицо Тиюри и быстро напечатала:
«UI> Вы отлично мыслите, Тиюри-сан!»
— От ваших слов мне кажется, что я раздуваю из мухи слона … — пробормотал Харуюки, а затем медленно кивнул. — Но я хорошо понял, что хотела сказать Тиюри. Главное — понять, чего ты от себя хочешь… Черноснежка-семпай с самого начала говорила мне, чтобы я спрашивал своего аватара.
«UI> Именно так. Нужно как следует подумать, хорошенько помучиться, разобраться, чего на самом деле хочешь, и идти по этому пути.»
— Ага… спасибо, Синомия, Тию. Я определюсь с бонусом к завтрашней битве. И еще… семпай в докладе не написала одну вещь. Граф-сан просил передать тебе кое-что, Синомия.
Утай озадаченно склонила голову, а Харуюки передал ей слова, которые доверил ему Графит Эдж перед побегом из Замка:
— «Надеюсь на твою помощь, когда буду прорываться через северные врата, Денден».
Эти слова заставили Утай ненадолго расширить глаза. Но затем она поджала губы.
«UI> Пора бы ему прекратить называть меня Денден», — напечатала она, и устремила взгляд в небо.
Вслед за ней глаза поднял и Харуюки. Сквозь просветы в облаках пробивались золотистые лучи, ярко освещая влажный воздух.