Морг Камю (3)

«Видимо, в клане Морг не учат детей не завидовать чужим вещам?»

Атмосфера снова изменилась, когда Викир произнёс это, входя в комнату.

Выражение лица Адольфа, которое до сих пор выражало едва уловимую улыбку, стало жёстче.

Камю тоже сердито посмотрела на Викира.

У Хьюго, с другой стороны, было то же тонкое выражение лица, которое до этого было у Адольфа.

«…….»

«…….»

Столкновение двух гордых гениев.

Сверхновые обоих семейств, которые, как говорят, появляются раз в столетие, столкнулись друг с другом в центре комнаты.

Викир внимательно посмотрел на стоявшую перед ним Камю Морг.

Рыжие волосы, глаза, сверкающие как рубины, острый нос, пухлые щёчки, несколько веснушек и такое свежее выражение лица.

‘Я знаю, это же Камю Морг?’

‘Детское лицо и лицо взрослой версии очень похожи.’

Если добавить грудь, убрать детскую энергичность и подождать ещё немного времени… Викир видел знакомое… лицо.

‘Железнокровная Императрица Дома Морг. Камю Морг?’

Человек, который был известен как беспрецедентный гений семьи Морг, престижном доме, породившем множество великих магов на протяжении всей своей истории.

В дополнение к своим мощным магическим навыкам, у неё была красивая внешность, которая пленяла сердца всех мужчин светского общества, и она также хорошо умела использовать эту красоту.

Влияние Камю было таково, что даже носатые высокопоставленные члены королевской семьи находились у неё под каблуком, что вскоре сделало её олицетворением власти.

Она, не колеблясь, несколько раз выходила замуж по расчёту, и каждый раз престиж Дома Морг значительно возрастал.

Женщина, которая на пике своих сил сама одолела всех монстров и варваров в Красно-Чёрных горах, и заживо сожгла на копьях, создав тем самым знаменитую границу крови и пепла.

«Эй, что ты только что сказал?»

… Но это история далекого будущего. Сейчас она всего лишь 8-летний ребенок.

Камю своим высоким голоском задала Викиру вопрос.

«Почему это рубиновая шахта твоя!? Она моя!"

Увидев это, Адольф рассмеялся, а Хьюго нахмурился.

Однако Викир одним предложением отверг протест Камю.

«Надо же, проделала такой путь, лишь бы закатить истерику».

Хьюго рассмеялся при виде этого, а Адольф нахмурился.

Тем временем.

Понимая, что её оружие “детства” неэффективно, Камю стиснула зубы.

Поэтому она изменила своё поведение и вернулась к своей изначальной логике.

Ледяная энергия начала струится вокруг девушки.

Камю, потерявшая невинное выражение лица, заговорила холодным голосом.

«Поскольку ты, кажется, очень недалёкий, позволь мне логически объяснить, почему эта рубиновая шахта принадлежит семье Морг».

Камю достала карту, проанализировала и объяснила топографию шахты.

«Единственный вход в шахту, где можно добывать рубины, находится на нашей территории. Другими словами, клан Баскервиль не имеет прав присваивать себе всю шахту. С точки зрения семьи Баскервилей, было бы выгоднее передать нам права на разработку рубиновых жил под поместьем и получать часть арендной платы за землю».

Она единственная дочь знатной магической семьи, которая никогда не становилась жертвой логики.

Даже взрослые люди попадали в тупик из-за её логических способностей, а как насчёт её сверстников?

Однако вскоре гордости Камю пришлось столкнуться с проблемами.

«Минерал под названием рубин часто используется как магический материал. У Баскервилей нет причин их добывать. Арендная плата? Должно быть, это большая трагедия для Дома Морг, что в нашей семье нет идиота, который открыл бы поместье, чтобы заработать гроши».

У Камю появилось пустое выражение лица, услышав ответ Викира .

Впервые в жизни она встретил оппонента, на которого не подействовала её “логика”.

Разве большинство мужчин этого возраста не скучны и глупы? Камю, должно быть, немного растерялась.

… Тем временем.

Словесная война между Камю и Викиром касалась не только восьмилетних детей.

И Адольфу, и Хьюго не оставалось иного выбора, кроме как с интересом наблюдать, поскольку оба правильно указывали на логику Дома Морг и Дома Баскервилей.

Камю прищурилась и сказала:

«Потрясающе. Впервые вижу такого ребёнка, как ты. В моей семье нет сверстников, которые могли бы со мной поговорить».

«Давай выйдем ненадолго на улицу».

«…Прошу прощения. Я уже много раз бывала с инспекцией поместий. Что, по твоему мнению, ты знаешь о моей жизни?»

«На самом деле, меня не интересует твоя жизнь. Рубины — это проблема. Если хочешь сменить тему, сделай это самостоятельно».

Вопреки презрительному настрою Викира, взгляд Камю становился всё более озорным.

Классическое и очевидное чувство: «Ты первый мужчина, который так безразличен ко мне!»

Камю является прямым потомком Дома Морг и пользуется огромным уважением.

Что же ей нужно было сделать, чтобы получить такое откровенное презрение от своих сверстников?

Более того, время уже нельзя повернуть вспять и сегодняшнее унижение останется с ней ещё на долгое время.

В ней разгорелась гордость, которая до этого ни разу не была ущемлена.

«Вход в шахту находится на территории Дома Морг! Тогда, конечно, права на добычу принадлежат Морг!» — спорила Камю.

«Под территорией Баскервилей простираются подземные жилы. Так что права на добычу скорее принадлежат Баскервилям».

«Баскервилям плевать на рубины!»

«Всё верно. Меня интересует только моя территория. Так что не суйся. Это трудно понять?»

По всей видимости договорится было невозможно. А так как взрослые, стоящие за детьми, мало чем отличались от самих детей, то и намёка на разрешение спора не было.

в это время.

Рубиновые глаза Камю засияли.

«Хорошо. Я позабочусь, чтобы ты наконец усвоил, кому принадлежит рубиновая жила!»

Камю взяла со стола кисть и тушь.

И начала рисовать на полу.

Большой круг в центре которого оказался Викир и большой круг центром которого являлась сама Камю.

Два круга касались друг друга.

В конце концов Камю разделила два круга, сделав стену из большого листа бумаги.

(Бумажная стена была настолько велика, что двум слугам приходилось держать её с обеих сторон!)

Вскоре Камю за бумажной стеной заговорила.

«Эта сторона — твоя земля, а эта сторона — моя».

«…….»

Викир ничего не ответил.

*Ссора двух восьмилетних детей.

*В это время.

*Буу-ук !

Бумажная стена была порвана.

Камю прорвала бумажную стену и вставила руку.

Пухлая белая ручка пронзила бумажную стену и вошла на территорию Викира.

«Итак, чья это рука?» — спросила Камю у Викира

Услышав это, выражение лица Адольфа прояснилось.

С другой стороны, выражение лица Хьюго было хмурым.

Аналогия Камю была ясна.

Несмотря на то, что её рука пересекла границу, право собственности на руку по-прежнему принадлежит ей, поэтому рубиновая жила тоже принадлежит ей.

«… Хм. Чья это рука?»

Викир не был так уж и лёгок на подъём.

*кивок!

Сильная рука, невероятная для восьмилетнего ребенка, крепко сжала белое пухлое предплечье.

Прежде чем Камю успела закричать «Ай!», первым заговорил Викир.

«Теперь она моя».

В этот момент от Викира исходило огромное чувство устрашения.

Это не чувство устрашения от давления испускаемой маны, а сила, исходящая из самого существования.

Это была подавляющая сила, которую могли высвободить только опытные охотники, прошедшие через эпоху разрушения.

Сила была настолько мощной, что даже Адольф и Хьюго на мгновение вздрогнули. Конечно, не было нужды упоминать Камю, которой было всего 8 лет.

«…Чт-что?»

Камю попыталась стряхнуть руку, но это было бесполезно.

*Бу-ук-

Бумажная стена порвалась, и Викир дёрнул Камю за руку.

Расстояние между двумя детьми было настолько близким, что кончики их носов соприкасались.

«……!»

На мгновение взгляд Камю дрогнул.

'Я впервые вижу другого ребёнка так близко. И то даже не своего, а противоположного пола.'

Лицо мальчика, не относящегося к её семье, которого она впервые увидела, было одновременно невероятно незнакомым и загадочным.

Чёрные волосы, чёрные глаза, белая кожа. И запах тела, который совершенно отличался от всего, что она когда-либо чувствовала, и тихий звук дыхания, который почти не было слышно.

На мгновение Камю почувствовала потрясение, которое, казалось, снесло её разум.

Это был слишком незнакомый опыт для восьмилетнего ребенка, у которого было мало опыта путешествий за пределы семейного дома.

‘А ты выглядишь мило.’

Камю на мгновение забыла о серьезности ситуации и задумалась об этом.

‘Вот почему?’

‘Я совершила ошибку, покраснев и отойдя от важной темы.’

«Твоя, почему я твоя!? Ох, это смешно!»

Адольф и Хьюго наблюдали за этой сценой с выжидающими лицами.

«Кхум!».

«Хм, хм».

Свежие эмоции восьмилетних детей вперемешку с важными дипломатическими вопросами создали невероятно неловкую атмосферу.

… Прямо тогда.

Викир нарушили атмосферу.

«Кто сказал, что ты моя?»

В то же время хватка Викира, который еще не отпустил руку Камю, усилилась.

Он потянул её на себя.

Прежде чем она успела закричать от удивления, другая рука Викира двинулась.

«Твоя рука - моя».

Закончив говорить, Викир вытащил из-за пояса что-то, словно молнию.

Это был кинжал с кованным чёрным лезвием.

Это было шокирующее зрелище, которое заставило Камю, Адольфа и даже Хьюго, у которого всегда было невозмутимое выражение лица, вздрогнуть.