Глава 15.1

Из-за суматохи прохожие быстро собрались вокруг.

Толстяк, вероятно, не мог позволить себе потерять этого человека или он был поражен реакцией Цэнь Фэна, так как его выражение лица менялось несколько раз, и в конце концов он ничего не сказал, а просто строго взглянул на него.

Цэнь Фэн отвернулся от мужчины и бросил взгляд на Сюй Чжайсин, которая все еще безучастно смотрела на него. Он повернулся, подобрал гитару с земли и положил ее обратно в чехол.

Сюй Чжайсин, наконец, пришла в себя, поправила растрепанные волосы и, поджав губы, спросила:

— Брат, ты помнишь меня?

Цэнь Фэн посмотрел на нее, а затем закинул чехол с гитарой за спину.

Она сжала угол своего пальто и немного нервным голосом произнесла:

— Прошлой осенью ты играл здесь на гитаре и купил мне чашку молочного чая...

Ее голос становился все тише и тише, а на лице появилось выражение досады.

«Я была слишком импульсивна! Позволила своему кумиру увидеть эту мою сторону, теперь все хорошие чувства исчезли... У-у-у…»

Цэнь Фэн засунул руки в карманы брюк, а затем слегка наклонился и внимательно посмотрел на девушку перед собой.

Она была хорошо одета, ее лицо выглядело круглым с шарфом на шее, намотанным до самых губ, и меховой шапкой на голове с двумя лисьими ушами, которые качались туда-сюда из-за ночного зимнего ветра.

Только половина ее лица была открыта, а ресницы покрылись мелкими снежинками. Ее светлые глаза были ясными и при улыбке изгибались в форме полумесяца.

Заметив ее удрученный взгляд, он негромко пробормотал:

— Помню.

Ее глаза загорелись, маленькое личико еще сильнее раскраснелось, а голос был полон неприкрытого волнения:

— Брат, я давно тебя не видела, позволь мне на этот раз угостить тебя чаем с молоком?

Снег все еще шел.

Его пальцы, засунутые в карман брюк, дрожали, и прошло много времени, прежде чем он слабо ответил:

— М-м-м…

Сюй Чжайсин обрадовалась и последовала за ним в магазин молочного чая, расположенный неподалеку. Она посмотрела на вывеску меню, повернула голову и спросила:

— Брат, что ты любишь пить?

Конечно, она знала его вкусы, но все равно старалась узнать его мнение.

Цэнь Фэн взглянул на темную улицу и небрежно ответил:

— Неважно.

Услышав его, Сюй Чжайсин очень смело крикнула:

— Босс! Две чашки карамельного молочного чая с красными бобами! Десять процентов сахара! Горячий!

Ее кумир любил есть сладкое, особенно молочный чай. Хотя карамель и красные бобы уже были очень сладкими, но ему это нравилось.

Ресницы Цэнь Фэна слегка дрогнули, и он посмотрел на нее сверху вниз.

Сюй Чжайсин заплатила за чай с молоком. Подавив трепет в сердце и стараясь вести себя нормально, она вставила соломинку и сделала глоток.

«Я соскучилась по вкусу соленой пищи».

В это время года даже чай с молоком был не так хорош.

Она пила, поглядывая на Цэнь Фэна, который с неизменным выражением лица кусал соломинку, и нерешительно поинтересовалась:

— Брат, это вкусно?

— Вкусно.

Сюй Чжайсин: «Как и ожидалось от очень сладких бобов!»

Он сказал, что вкус хороший, и когда она снова выпила, то поняла, что чай действительно не так уж и плох.

Сердце Сюй Чжайсин было наполнено медом, она держала чай с молоком и следовала за молодым человеком, отставая на один шаг. Пройдя небольшое расстояние, шаги Цэнь Фэна остановились, и он обернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Не идешь домой?

Затем она вырвалась из сладких мыслей и поспешно отступила.

— Да, конечно!

Хотя она хотела спросить его о многом, сказать ему, чтобы он позаботился о себе и не усугублял свое положение, но девушка не могла открыть рот и озвучить свои мысли.

Цэнь Фэн отвел взгляд.

— Спасибо за чай с молоком.

Сюй Чжайсин покачала головой и постаралась, чтобы ее голос был легким.

— Не за что! Тебе лучше вернуться, на улице холодно!

Цэнь Фэн кивнул и развернулся, чтобы уйти, но не успел он сделать даже пару шагов, как позади раздался добродушный девичий голос:

— Брат, я приду сюда завтра вечером, чтобы послушать, как ты поешь.

Он не ответил.

Когда парень вернулся в общежитие, все его соседи по комнате уже спали.

Место, где он сейчас жил, было общежитием, которое компания организовала для стажеров, всего четыре человека, живущих по отдельности. Цэнь Фэн не стал включать свет, когда подошел к своей комнате, когда одна из дверей в коридоре открылась.

Инь Чан был в пижаме, его волосы были в беспорядке, красивые черты лица выглядели безобидно, и его голос прозвучал, когда он включил свет в коридоре.

— Брат, почему сегодня ты пришел так поздно?

Проигнорировав его, Цэнь Фэн открыл дверь своей спальни и вошел. Он положил гитару, снял одежду и сменил обувь.

Инь Чан последовал за ним, посмотрел на него через дверной проем, и наконец заговорил, приняв решение.

— Я сегодня слышал от брата Ню из компании, что он собирается устроить тебе неприятности. Говорят, что начальство очень недовольно тобой за то, что ты опаздываешь и рано уходишь, не принимаешь всерьез тренировки, а вместо этого идешь выступать на улицу.

Он неодобрительно посмотрел на Цэнь Фэна.

— Брат, почему ты так изменился в этом году? Неужели ты больше не хочешь дебютировать?

Цэнь Фэн уже переоделся в домашнюю одежду и накинул полотенце на шею. Его обнаженные руки и икры четко выделялись на фоне мягкого и худого Инь Чана.

Он бросил на него легкий взгляд.

— Ты закончил? Если да, то выйди.

Инь Чан поперхнулся, его лицо покраснело.

Он обменивался «добрыми» словами с Цэнь Фэном не по доброй воле. Юноша был молод, и его глаза не могли скрыть неприязни, они были переполнены злобой, не говоря уже о том, что его лицо уже выдавало его обиду.

Однако Цэнь Фэн оставался безучастным, он отошел от двери и направился в ванную, чтобы принять душ.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)