4.Бьюти прокачка
Лучший способ впечатлить мужчину: поразить его. Потом можно добавить загадочности, уюта или похоти и страсти.
Я собиралась применить всё и сразу.
Насчёт загадочности у меня было столько идей, что голова шла кругом. От подробного рассказа обо всей жизни Янхэя до раскрытия секрета главного героя. Но пока я решила повременить.
Тай Янхэй в дораме — та ещё гадость когтистая.
Нужно рычаги давления придержать, пока он в личине мастера и не может убивать людей налево и направо.
Это поистине мой шанс. Надо удивлять.
Поэтому я сделала то, о чём мечтала в своей прошлой жизни.
Я покрасила волосы.
Если вы не замечали, большинство героев в дорамах — черноволосые. Это исторически сложившийся факт: китайцам не идут светлые волосы из-за тона кожи. И даже разрез глаз делает солнечную блондинку почти порнозвездой.
Но! И это важно — светловолосые персонажи в дорамах всё-таки встречаются.
Это злодеи, ведьмы и оборотни.
Что-то необычное, невероятное и сильное.
Не обязательно обладать суперспособностями, достаточно того, чтобы другие в это поверили.
А я ещё в реальности хотела себе длинные светлые волосы, чтобы ложились мягкими волнами на плечи, стекали к поясу и тянулись до бёдер.
Нет почти ничего невозможного, если ты маг воды в волшебном мире дорамы.
Почти.
Беда в том, что я была очень посредственным магом. И бьюти-прокачка мне не светила.
Пришлось позвать Цяо.
Подруга в ладоши похлопала, услышав мою идею. Но не похвалить меня она хотела, а духов злых прогнать из моей головы.
Никто в академии ещё не додумался содой с ци голову намазывать и сидеть так половину ночи, чтобы изменить цвет волос.
Соду и шарики гледичии тут использовали вместо мыла, но в основном богачи. Они в Двенадцати Царствах были дорогим удовольствием и считались излишеством, а я на себя соды вывалила четыре пиалы.
Хорошо, что мои родители были дальними родственниками ректора академии — семейство Ю было самым богатым в Царстве Кролика. У нас не просто водились деньги, мы в них купались.
Отец Ланфен наладил торговлю шёлком по всем царствам. И имел свой магазин даже возле Академии, что считалось самым престижным местом после императорских подворьев.
Цяо положила в рот кусочек персика и зевнула. Фонари на улице давно погасили. Но подруга решила остаться на ночь у меня. Ей было интересно, чем закончится эксперимент.
— А мы не перестараемся? — Цяо потрогала пальчиком тюрбан, который я накрутила на голове. Здесь даже полотенца шили из мягких, словно лапки кошек, материалов. — И пахнет плохо.
Цяо уже сложила верхнее ханьфу на тумбочке у медного зеркала и щеголяла в домашнем белье: штанишках и свободной рубашке с верёвочками на поясе.
Мне аромат тоже не нравился, но чего не сделаешь ради красоты неописуемой. Тем более что соду я раздобыла всего пару недель назад. И успела проверить её действие только на одной пряди срезанных волос. Работало, но не так великолепно, как обещала мастер Мин Лань, которая и напитала соду своей ци, чтобы процедура возымела эффект. Получался больше позолоченный цвет, чем белый. А мне хотелось фурора и произвести на злодея стопроцентный эффект.
Теперь страшно было, что не сработает.
— Слышала, «Огненный демон» опять объявился. Говорят, зарезал главу клана Тан, что на юге у Пика Дыхания жил. Теперь торговцы не ходят туда, — Цяо больше всего на свете любила сплетни. — Говорят, он внутри столь же ужасен, как и снаружи.
Конечно, речь шла о моём любимом злодее. Тай Янхэй кого-то постоянно убивал. Но, так как в здешнем мире отсутствовал интернет, новости до Академии доходили медленнее, чем злодеи.
— Цяо, если тебе нравится Ли, пригласи его сама на праздник Весны, — перевела я разговор, чтобы не заострять внимание на злодее. Мне надо было подтолкнуть подругу к боевым действиям, чтобы мой жених не мешал мне соблазнять моего кумира.
— Поникший цветок тоскует от любви,а бессердечный ручей течёт дальше, — фыркнула Цяо.
Это она меня упрекала в том, что на ухаживания Ли я отвечала неохотно и лениво.
Подруга улеглась на мою кровать и закуталась в одеяло, оставив мне половину постели.
Подушек в Академии не было, но я сбила подголовник из одеял, и Цяо обняла его, как игрушку, и ехидно заметила:
— Спать иди, незачем решать за мужчину, кому он достанется.
Ох уж мне это патриархальное неравенство. Девушкам уже даже помечтать нельзя о том, чтобы избавиться от ухажёра!
Я растянулась рядом с подругой, решив, что волосы смою утром. Пусть осветляются. У Ланфен они были чёрные, как сама ночь, и густые, как заросли крапивы на кладбище. Но здесь их сравнивали с бамбуковым лесом. По мне, так крапива ближе.
Я грустно вздохнула, вспомнив, как выпадали волосы после химиотерапии. Даже если облысею, одолжу парик у Янхэя.
— Жена как шея, только она решает, куда повернуть голову мужа, — назидательно пробормотала я, вспомнив поговорку из своего прошлого.
Цяо хохотнула:
— У нашего императора целых три жены и шесть наложниц. Либо у него одна голова на девяти шеях, либо у нас в девять раз больше императоров, чем мы думаем! — Подруга сладко зевнула.
Цяо и в дораме была доброй и хорошей девушкой. И я бы очень хотела для неё счастливого финала с тем, кого она любит.
Согласна, наши нормы неприменимы в данной концепции вселенной.
Но что-то же я могу изменить?
***
Пахло от меня наутро просто ужасно. Кислотой и водорослями, то есть морем и солью, по дорамным метафорам.
Жуть просто. Цяо вылетела из моего домика, зажимая нос и смеясь.
«Срочно надо привести ци в порядок», — попрощалась она.
А я зажгла благовония, чтобы выкурить дух сомнительной красоты из помещения, и отправилась в купальни — наводить красоту.
Солнце ещё не протиснулось сквозь горы, и в долине стоял полумрак. Я должна была явиться к Тай Янхэю в час дракона. У меня было примерно два часа до этого.
Я неторопливо окунулась в горячую воду, погрузилась с головой, пропуская через себя воздух и потоки ци. В воде даже моя небольшая сила чувствовала себя благодатно.
Горячие источники били прямо из земли, их огородили бамбуковыми стенами с вьющимся по ним виноградом. Рядом падал один из самых больших водопадов в долине. Озеро, которое он создавал, использовали для окунаний.
Купальни делились на мужские, женские и привилегированные. В последние ходили только преподаватели и важные гости.
В такой ранний час никого здесь не было.
Ученики вставали рано, но в основном готовились к занятиям и медитировали. Тут сидение в позе лотоса приравнивалось к силовым тренировкам и было важнее чистки зубов. Поэтому я наслаждалась теплом в одиночестве. А ещё любовалась на горы.
Академия располагалась в низине Синь Ян, окружённой со всех сторон горами. По краям склонов ниспадали многоуровневые тонкие водопады: когда струйка, когда целый поток. Они создавали в долине чарующую и мистическую атмосферу. Трудно было привыкнуть к постоянному шёпоту воды, но постепенно этот звук стал незаметным и успокаивающим. Как тиканье домашних часов.
Радужные дуги почти постоянно сверкали среди воды, заставляя людей застывать и слепнуть от неземной красоты.
По преданию, именно отсюда начиналась лестница к Небесам, по которой поднимались небожители пятой ступени, ставшие богами.
В дораме лестница была чуть севернее, на Пике Печали, и поливали её кровью в финальных сериях, но этого этапа я постараюсь избежать.
Академия занимала огромное пространство. В середине долины стояли павильоны для встреч и учений. Вокруг первым диаметром жили мастера и важные гости Академии.
Вторым кругом шли домики для обучающихся, коих в академии было более пяти сотен.
И у каждого был собственный домик. Если жилплощади не хватало, учеников селили по двое, но всегда в хорошем одноэтажном строении с покатой алой крышей.
И последний круг — это жители долины. Простые люди, помогающие Академии.
Торговцы, слуги и актёры.
Добраться до низины Синь Ян было достаточно трудно, путешествие пешком считалось первым испытанием перед поступлением на обучение, поэтому тех, кто приходил, не гнали, оставляя на последнем круге..
Территория Академии охранялась защитными оберегами, расклеенными на стенах всех помещений и по периметру долины. Считалось, что они прогоняют призраков и людей с недобрыми намерениями. Но Тай Янхэй нашёл способ обойти их: он носил на груди кристалл — наследие рода с толикой силы демона, что давало ему возможность скрыть злобу от преподавателей и оберегов.
Мастера Академии не терпели незнакомцев в долине. И каждый оставшийся в ней имел жетон мастера Ляоши — руководителя Академии.
Жаль будет, если Тай Янхэй уничтожит Академию. А ведь именно это он и сделает.
Разрушит тут всё до основания.
Я встала, вытерлась, оделась и медленно направилась домой.
Но не успела и десяти шагов пройти, меня оглушили криком.
— Демон! Призрак! Помогите! — истошно орал женский голос.
***
Конечно же, Ланфен из дорамы бросилась бы на помощь несчастной.
Но я-то умная женщина.
Я подобрала юбки и быстренько засеменила в противоположную сторону.
В Академии полно магов с силой в сто раз больше моей и мужиков с бицепсами в сто раз больше, чем мои.
Хотя, должна признать, накачанных красавцев тут встречалось очень мало.
В этом мире предпочитали изящных юношей с лицами невинных овечек. Это ещё одна причина моего неудержимого фанатизма по Тай Янхэю. Он, в отличие от большинства здешних хлюпиков, обладал рельефной мускулатурой и прессом. Но угадывались они исключительно по силуэтам, злодей почти не оголялся в дораме.
Ничего, я и это исправлю. И потрогаю.
В домике я еле расчесала волосы. Они стали сухими и тонкими, путались, как новогодняя гирлянда, скрещённая с наушниками. Голова страшно чесалась и болела.
Я сгоняла к Цяо и попросила высушить меня. Времени почти не осталось.
Подруга завтракала шариками риса и ломтиками свежего лосося. Она взглянула на меня и расхохоталась.
— Ты бы себя видела! — держась за скулы, чтобы улыбка не оставила преждевременные морщинки на лице, выдохнула она. — Ты похожа на огромный пион!
— Пион — это же хорошо? — уточнила я, подставляя голову под ладони подруги.
Знаю, использовать её в качестве фена не очень прилично, но Цяо тоже ещё не перешагнула первую ступень ци и считалась неудачницей наравне со мной. Ей надо было тренироваться.
— Пион — символ богатства. — Цяо усилила поток воздуха. Нагреть она его не могла. Но с каждым разом у неё получалось всё лучше.
— Ну как? — тряхнула я относительно сухой головой. Гребень всё ещё застревал в прядях. Но огромный гонг на башне храма уже пробил час Дракона, и мне стоило поторопиться.
— Не выразить словами, — Цяо подозрительно хихикнула и подала мне круг медного зеркала.
В жёлтом мутном отражении я увидела страшное лохматое существо с дикими, бесноватыми карими глазами. На личико Ланфен была очень даже хорошенькой: губки бантиком, тонкие бровки. Но не с белым сугробом на макушке.
— Ой, ты ж, сила ионная! — Я прижала пряди на макушке к голове, убрала — волосы опять встали дыбом. — Краса несусветная, — резюмировала с отчаянием.
Вот и надо же так перестараться!
Волосы отказывались «литься по плечам аки струи водопада».
Они магнитились и стояли, как почётный караул на Красной площади. Натурально.
Ладно.
Я быстро собрала волосы в высокий пучок на голове и рванула навстречу своей судьбе.
Ноги не чувствовали росы, а душа рвалась в небо.
То ли паника, то ли радость, то ли сода в голову ударила, и теперь я малость пришибленная ходить буду.
Остановилась перед павильоном Земли, в котором меня должен был ждать Тай Янхэй, поправила ханьфу, разгладила рукава.
Вскинула взгляд на восходящее солнце.
Топнула ногой.
Будем брать не качеством, а количеством. Чем больше эффект, чем больше эмоций.
И рванула ленту с волос.
Перед Янхэем я появилась в лучах поднимающегося солнца. И даже представляю, как выглядела: ореол неземного свечения вокруг тела и антенны волос во все стороны.
Действительно, красота неземная. Иначе как объяснить, что Тай Янхэй подобрался на учительской лавке и скрутил ци атаки, посылая в меня сеть огня.
***
Синь Ян — «красота, жизненная сила».
Ин Цяо – смелая красота.
***
Гледичия – род листопадных деревьев высотой 10–25 м. Прямой ствол и ветви покрыты длинными ветвистыми колючками. Кора бурая и гладкая. Кору гледичии использовали в древнем Китае вместо мыла.
***
Друзья, пока Ланфен преращается в сногшибательную блондинку, приглашаю вас в одну из историй литмоба “Приручить злодея»
Оценить злодея можно здесь:
https://litnet.com/ru/reader/zhena-demona-ponevole-b512520?c=6327261&p=1