Вечность

Осенняя пора. Время Хэллоуина, что означает большой кутёж среди люда людского любого возраста. Кто-то остается дома, кто-то гуляет, зарабатывая колледованием, пряности и радости. Забавно, но именно в этот день кладбище не балует гостями, столь частыми в любое другое время.

В самом уголке, где находится сторожка сторожа, расположилось глухое место без крестов, но с могилами. Место настолько необычное по своей природе, что сторож имеет неудовольствие каждый раз там находится, поминая лихом каждую ночь, в попытках не выглядывать наружу. Впрочем неудивительно.

- Каждый год одно и то-же! Чувствую и этот не вылезет за всю ночь. - всплескивает руками молодая девушка сидящая на одном из могильных холмиков. Яркие желтые короткие волосы, темная кожа и совершенно не подходящий ей наряд в виде японского кимоно на пару с татуировками в виде драконов на руке и ноге. На поясе два меча - образный наряд, не иначе. - Эй! Слышишь? - обращается она к сторожке, где светится желтым единственное окошко. Сдавленный вой был ей ответом. 

-Да оставь ты его, блин. Из-за тебя он с прошлого года сюда ходить боиться. - возмутилась ее соседка по холмику, но без холмика. Девушка явно старше предыдущей: светлые, можно сказать седые, волосы. Старомодный наряд на ней смотрится даже подходяще к празднику - викторианский коричневый жилет с брюками и серой рубашкой. На руке ее находились часы в золотом обрамлении и подобный монокль на ее глазу. Разве что тёмно-пепельная кожа указывали на либо очень хороший грим, либо на ее неестественную природу. 

Первая мадам огрызнулась и скорчила гримасу, выудив из под себя костлявую ладонь неизвестного мертвеца и с отвращением отбросив ее в сторону окна сторожки. Та, звонко стукнувшись о стекло, упала на землю, а свет в сторожке закономерно погас. Стали слышны неразборчивые молитвы. 

Энн, девушка которая бросила ладонь, закатилась смехом. Оливия, ее соседка из, очевидно, Викторианской эпохи, раздраженно кляла ее античными проклятиями. В стороне сидела их третья подруга - Мадлен и медленно перебирала свои фиолетовые волосы руками, словно расческой. Диспут ее подруг будто бы её не беспокоил. 

- Мадлен, скажи ей! - обратилась Оливия за помощью, не переставая при этом ругаться так, что уши сворачивались в трубочку. Мечтательный взор Мадлен пал на Оливию. - Она здесь всего лишь год. Будет тебе.. - молвила она как бы Оливии, а как бы себе. Роль старшей сестры для её соседок укоренилась в ней самым естественным образом, хоть она никогда по своей воле не принимала участия в их разногласиях.

Мадлен была самым старшим призраком среди этой небольшой компании. Да, именно призраком. Ей, как и её соседкам, не повезло остаться без надлежащей погребальной церемонии. Это означает, что от тела либо ничего не осталось, либо его закапывали уже не целым. 

Для Мадлен шла уже первая тысяча лет на этом кладбище. А ведь когда-то она была обычной девушкой феодального среднего века, со светлыми волосами и светлой кожей. На дворянское происхождение указывало ее золотое ожерелье и черный киртл и именно из-за её статуса когда-то она была сожжена, так как тогда чуть ли не каждую прекрасную деву казнили таким образом, считая их ведьмами. Вот потом и удивляйтесь от чего в Европе красота девушек может вызывать вопросы спустя поколения. 

 Благодаря воле случая, спустя века, во время викторианской эпохи, Мадлен обрела подругу - Оливию. Оливия прекраснейший алхимик и не признанный инноватор своего времени, в ходе очередного эксперимента, проиграла природе химической реакции и взрывом разнесла себя и свое имущество. Её призрак обрёл свое место в точке смерти, также как и Мадлен.
Год назад дуо познакомилось с последним соседом - Энн. Она не стала жертвой огня или неудачного случая. Её сгубила кровожадная и насильная сторона человека, в лице тех, кто находит усладу в надругательстве над другим. Закономерным образом её телесная оболочка находится поблизости от её соседок - ни дать ни взять в шаге от предыдущих мест гибели, на что указывает безымянный холмик на кладбище, в самом его углу. 

- О, смотри!! Все-таки сегодня кого-то хоронят! - воскликнула Энн, растопырив руку в сторону каких-то огней на входе, попутно прикрываясь от комков грязи летящих в ее сторону от Оливии. 

- Балда, это дети наверное. Как обыч.. - начала было Оливия, но осеклась. Шествие было и правда похоронное. Люди в черных одеждах шествовали к другому краю кладбища, в горе и трауре. Три девушки провожали их взглядом. 

Траурное общество прошествовало к раскопанной могиле. В тишине и с лишь с едва слышимым голосом пастора, церемония началась. Хоронили явно кого-то немолодого и очень важного. Людей было очень много. - Как вы думаете.. - едва слышно начала Энн - ..может и нам когда-нибудь так повезет? - пока три девушки в очередной раз наблюдали за золотым воспарившим призраком девушки с розовыми волосами, проважаемым его приближенными. Повисло тяжелое молчание: Оливия поджала губы и отвернулась. Мадлен не изменилась в лице. - Ложись-ка ты спать.. - Оливия устроила Энн у себя на коленях, стараясь отвлечь то-ли себя, то-ли Энн. Энн не ответила, но послушно устроилась - взгляд ее, однако, был устремлен дальше чем может простираться горизонт. Наступила тишина. Лишь облака вспыхнули угасшим блеском вознесенной души.

Этой же ночью Энн проснулась. Продрав глаза она села и осмотрелась. Оливия и Мадлен успели заснуть, привалившись друг на дружку. Состояние её было просто не к черту - спать на Оливие было мягко, но не так чтобы очень.

Внезапно раздались шаги. Энн повернулась на звуки, пытаясь расправить упирающиеся лицо и настроить взгляд. На неё бежал маленький мальчик и едва она вообще поняла что происходит, он забежал за её спину всхлипывая и дрожа. Энн потупилась - она проснутся не успела, а тут такое. Она медленно повернулась к мальчику. -Пацан, ты это чего? -

- Я.. и-испугался. - с заиканием и всхлипами ответил он, держась за нее. Энн такой ответ только смутил.

- Кого ты испугался? - нахмурилась она. Близкий контакт с каким-то малышом её не очень-то радовал - прибежал, вцепился и еще испугался на кладбище. 

- Там.. п-привидения.. они.. они.. - продолжил он уже с меньшим страхом, но все еще трясясь.

- Нет там привидений -

- Е-есть.. -

- Нет. -

- Есть.. -

Энн цыкнула со вздохом - парень горазд её накалить. - Ты их видел? -

- Н-нет.. я убежал.. -

- Не видел? - она только сильнее сморщилась в конфузе. - Окей.. эм… а ты вообще что делаешь тут? Особенно ночью. -

- Друзья говорили, что знают про привидения здесь.. Я тоже хотел посмотреть и мы пошли вместе. Я заблудился в тумане и.. и.. я услышал страшные звуки.. -

- Глупышка.. - произнесла Оливия, которая тоже успела проснуться. - Грош цена таким друзьям. Тут нет привидений, а твои друзья просто тебя напугали. - ласково произнесла она.

- Но звуки были страшные.. - все еще неуверенно проговорил мальчик. 

- Ты должно быть сильно испугался. - уже продолжила Мадлен. - С нами тебе нечего бояться. - улыбнулась она. Похоже она не спала в принципе, наблюдая за знакомством. Она потрепала мальчика по голове и спросила 

- Как тебя зовут? - 

Мальчик перестал трястись и наконец ослабил хватку, все еще держась за Энн. - Ойль. - 

- Какое красивое имя. - вновь улыбнулась Мадлен. - Я Мадлен, а моих подруг зовут Энн и Оливия. - представилась Мадлен.

- И не правда-ли Энн вредная? - сместила фокус Оливия. Энн скорчила гримасу, шикнув на Оливию, от чего Ойль захихикал. Постепенно трио смещало страх мальчика, заменяя его на любопытство. 

- Тётя Энн, а почему ты такая черная? - 

- Я ела много шоколада. И я тебе не тётя. -

- А почемы вы тут втроём? -

- Мы.. гуляем. - 

- А почему тётя Оливия такая? -

- Какая? -

- Старая.. - Оливия аж охнула от такого комплимента.

- Она.. смотрела много мультиков и постоянно ела мороженное. -

- Это что? - сконфузилась Оливия. 

- А вы не боитесь призраков? - Ойль ставил личный рекорд по вопросам в секунду.

- Когда мне страшно.. - Мадлен водрузила его перед собой, видя любопытство мальчика - ..я обращаюсь к тому что я люблю и что мне нравится. В этом месте не так страшно когда видишь его красоту. - она подняла взгляд на небо. Ойль проследовал за её взглядом. Безоблачное небо простиралось над ними, озаряясь бессчетным количеством звезд и созвездий. - Говорят.. - вкрадчиво и мягко начала Мадлен - ..что для каждого человека уготовлена своя собственная звезда. -

- И для меня? - спросил завороженный Ойль.

- И для тебя. - потрепала она его.

Так и повадилось: Ойль посещал их каждую ночь, делясь с ними новостями за прошедший день. Ему также нравилось слушать завораживающие истории Мадлен, рассуждения об алхимии от Оливии и нравоучения от Энн, ведь в их лицах он видел настоящих друзей. Троица также не чаяла в нем души, хоть Энн бы в этом никогда не призналась.

В один из таковых дней, трио как обычно готовилось ко встрече: Энн и Оливия щебеча о том о сём, наблюдали за закатом. Мадлен как всегда расчесывала свои волосы, находясь где-о в своих мыслях. День медленно уступал ночи…

- Наверное опять притаранится, веселый, как никогда - предвосхищая, пробубнила Энн.

- В отличии от тебя - решила пошутить Оливия.

Ночь вступила в свои права. Ойль все не шёл. 

- Да где-же он? - заволновалась Оливия.

Ночь прошла, а затем еще и еще одна. На третьей неделе кряду трио в очередной раз прождало до самого утра, так и не повидавшись с Ойлем. Мадлен повернулась к своим соседкам.

- Мне кажется, что с Ойлем что-то не так - многозначительно произнесла она. 

- Да нет, наверное он просто не смог или заболел. Все будет в порядке. - Энн не думала, что что-то могло стрястись. - Он маленький ребенок, что может с ним случится?

Дни шли, а Ойль всё не появлялся. Трио следило за каждым гостем кладбища, будь то очередные похороны или пришедшие навестить своих покойных родственников. Но он всё не шёл. Трио держало оптимистичный настрой, несмотря на то, что Ойля не было. Оливия и Энн обсуждали, как могли у Ойля обстоять дела и гадали, когда-же мальчик снова сможет поделиться с ними новыми и необычными историями из его жизни. Прошла еще одна осень. Духи и призраки воспаряли один за другим, день за днем, пока в один день, вверх не воспарил дух маленького мальчика.. 

Что-то в девушках надломилось. 

Говорят что после определенных случаев, время как будто бы кто-то ставит на скоростной конвейер и даже тогда оно имеет свойство тянутся как резина, пролетая незаметно, оставаясь тягостным на душе. Повседневность как жвачка, что потеряла вкус. Однако стоит обернуться и вся повседневность осталась где-то там, позади и резко взывает к себе как забытый сон.
Спустя почти столетие, трио так и не воссоединилось из-за того случая. После тех похорон, в Энн что-то сломалось и она закрылась в себе. Обида и боль загнали её в молчаливый траур и она замолчала навсегда. Оливия еще держала крошечный осколок надежды на то, что Ойль жив, что Энн еще оправится и что все будет хорошо, не прекращая попыток поддержать Энн, держа её у себя. Оливия и сама не особо верила в то, что она говорит, но другого выбора она не видела. Мадлен-же хоть и погрузилась в печаль, но проведя много времени в одиночестве, она пропустила это событие через себя, зная что будет так, как и было раньше. Тем не менее, она продолжала заботиться об Энн, вместе с Оливией.

Кладбище опустело и превратилось в пустырь, а позже в равнину, а еще позже в очищенное природой место, которое все забыли и покинули, кроме оставшихся Мадлен, Оливии и Энн, будучи невольными хранителями. 

Ветер развевал волосы Мадлен, пока её взгляд был устремлен, как всегда, далеко вперёд и даже дальше. Шумели ели и листва. Время было к Хэллоуину, что означает большой кутёж среди люда людского любого возраста. 

На голову Мадлен абсолютно бесцеремонно уселась сова и взглянула на сидящих Оливию и Энн в её руках. Она, наклонив голову, внимательно их изучала. Мадлен подняла взгляд и осторожно сняла её с головы и взяла в руки, даже не удивившись тому, что сова такая социальная. Сова аккуратно сошла на землю и неуклюже про-косолапила к ладони Энн. Оливия и Мадлен проследили за ней, пока Энн все также лежала безучастно и никак не реагировала, словно бы давно уже покинув это место.

Сова ущипнула ее ладонь клювом. - Ай. - впервые воскликнула с болью Энн и мгновенно села, впервые почувствовав за столько лет хоть что-то. 

Сова довольно начала ухать и посмотрела на Энн. Она выудила из своих перьев старую золотую сережку и положила перед её перед Энн. Оливия подобрала её и еле слышно произнесла.

- Энн, повернись. -

Та, послушно повернулась. Оливия осторожно повесила её на ухо Энн, заполнив недостающее место. Все трое посмотрели на сову, которая переводила взгляд то на одно лицо, то на другое. 

- Что-же ты так долго.. Ойль.. - прошептала Энн, смахивая слезы, покрываясь золотым сиянием вместе с Мадлен и Оливией.

В самом уголке, где находилась сторожка сторожа, располагалось глухое место без крестов, но с могилами. Место было настолько необычное по своей природе, что сторож имел неудовольствие каждый раз там находится, поминая лихом каждую ночь в попытках не выглядывать наружу. Впрочем неудивительно.. ведь это было давно и забыто, когда последние три золотых призрака воспарили в ночное безоблачное небо.