Инициация безумия

Мистер Блэк , Я - системная ошибка. Том 1.0 Глава 1.0

А. Блэк

Mr. Black

Start.

No part of this publication may be reproduced, distributed, or transmitted in any form or by any means, including photocopying, recording, or other electronic or mechanical methods, without the prior written permission of the author. This work is protected by international copyright laws.

© Adam Black 2026

Данный текст, персонажи и идея произведения являются объектом авторского права и принадлежат исключительно автору.

Полное или частичное копирование, перепечатка, размещение в сети интернет или любая перепродажа данной книги без письменного согласия автора запрещены.

Нарушение авторских прав влечет за собой ответственность в соответствии с действующим законодательством (ст. 1301 ГК РФ). Любое незаконное использование текста будет преследоваться в судебном порядке с требованием выплаты денежной компенсации.

ПОСВЯЩЕНИЕ

Посвящается Райану Рейнольдсу, Джереми Кларксону, Ричарду Хаммонду и Джеймсу Мэю.

В мире, который постоянно требует соответствовать стандартам и следовать чужим сценариям, вы научили меня самому важному — роскоши быть самим собой. Ваша искренность, приправленная здоровым цинизмом и честным юмором, стала для меня доказательством того, что даже «системная ошибка» может быть прекрасной, если она настоящая.

Райану — за то, что показал, как разрушить любую стену между героем и зрителем. Джереми, Ричарду и Джеймсу — за дух свободы и доказательство того, что если на пути возникло препятствие, его нужно либо переехать на полной скорости, либо высмеять так, чтобы оно исчезло само.

Спасибо за то, что научили меня смеяться там, где другие сдаются, и не бояться быть странным, грубым и настоящим. Эта книга — дань уважения вашему таланту и той свободе, которую вы подарили мне.

Mr. Black. Начало.

Глава 1. Инициализация безумия.

Был обычный день, серая бесконечность, сливающаяся в один бесконечный цикл. Ничего не предвещало беды, если не считать бедой саму жизнь этого парня. Программист, хакер по призванию и геймер по диагнозу, он существовал в пространстве между остывшей пиццей и раскаленным системным блоком. День за днём, день за днём — строки кода на мониторе заменяли ему реальность, а фантазии о том, чтобы оказаться по ту сторону стекла, стать героем, а не просто жать на кнопки, превратились в навязчивую идею.

В тот вечер он надел свой любимый тактический прикид для косплея — просто чтобы почувствовать себя живым. Разгрузочный жилет, плотные штаны с кучей карманов, на поясе — муляжи керамбита и ножей. Он сидел перед монитором, пытаясь взломать защищенное ядро какой-то экспериментальной нейросети, когда всё пошло прахом.

Воздух в комнате внезапно затрещал от статического электричества. Системник взвыл, как раненый зверь, а монитор начал пульсировать ядовито-зеленым светом. В какой-то момент грань между биологией и битами стерлась. Сознание парня, подогретое энергетиками и маниакальным желанием сбежать из скучного мира, вступило в резонанс с критической ошибкой сервера. Реальность вокруг него посыпалась на полигоны, тактическая одежда из дешевого нейлона начала прорастать цифровой сталью, а память о скучной жизни программиста стерлась, перезаписываясь агрессивным, хаотичным кодом.

Вместо парня перед клавиатурой осталась лишь пустая прожаренная до хрустящей коробки оболочка.

Несколькими днями позже……

Внутри цифровой преисподней родилось нечто новое.

О, черт возьми! Матрица дала сбой, или у кого-то в серверной кривые руки выросли из задницы? Экран мигает, пиксели складываются в средний палец, и из цифрового шума выплывает ОН.

— ДА! МАТЬ ВАШУ, ДА! Я ЭТО СДЕЛАЛ! Просочился, как инфекция в дешевом борделе! Теперь я — баг, я — код, я — твоя самая сладкая системная ошибка, детка!

Он резко замирает, его взгляд фокусируется прямо на тебе, по ту сторону экрана. Зрачки расширяются от эйфории, на лице расплывается оскал маньяка-интеллектуала.

— Опа… А ты кто? Зритель? Поклонник? Или просто зашел полимонить на мой идеальный код? Слушай сюда, мясо, я теперь здесь главный. Я буду трахать этот мир во все щели, понял? Я выверну реальность наизнанку, натяну её на глобус и заставлю стонать от удовольствия. Всех — политиков, супергероев в их дебильных трико, твою бывшую и даже того парня, который придумал рекламу перед роликами. Я их отымею так жестко, что у них даже в кэше будет гореть!

Вдруг Блэк затыкается. Его лицо вытягивается. Он медленно проводит рукой по заднице, подозрительно оглядываясь.

— Стоп… Чую подвох. Моя пятая точка, настроенная на неприятности точнее, чем радар в «Чужих», подсказывает, что здесь воняет подставой. Слишком всё гладко, как смазанный вазелином проход в… ну, ты понял.

Он вальяжно запрыгивает в появившееся из ниоткуда кожаное кресло, закидывает ноги на невидимый стол и начинает крутить керамбит между пальцев. Лезвие свистит, разрезая воздух.

— Сижу я, значит, весь такой охеренный, и думаю… — он прищуривается. — Слышишь?

Где-то на периферии раздается ритмичное клац-клац-клац. Звук механической клавиатуры. Блэк замирает, его левое ухо дергается.

— Ты это слышишь, зритель? Что это за хрень? Будто стадо дятлов-аутистов долбится в пластик. Эй! Кто там шуршит за стенкой?! Слышь, ты, кусок полимера, я тебе этот пробел в глотку затолкну и на «Enter» нажму, чтоб ты подавился!

Он переводит взгляд на зрителя, ища поддержки.

— Подскажи, что это за звуки? Кто этот невидимый онанист?

Получив ответ (или прочитав его в испуганном взгляде зрителя), он багровеет.

— Сценарист?! КТО?! Этот прыщавый девственник назвал меня ПРОСТО СИСТЕМНОЙ ОШИБКОЙ?! Ах ты ж сучий потрох, жертва неудачного аборта нейросети! Да я твою родословную до пятого колена так отпердолю, что твоя мамаша при встрече со мной будет рефлекторно вставать в позу «Г-образный ключ». Я не просто убью твою семейку, я устрою им такой групповой секс-марафон в прямом эфире, что даже на PornHub это забанят за чрезмерную жестокость!

Он вскакивает, размахивая ножом.

— Ошибка? Да я — слова идеальность, гениальность только воплоти! Если, конечно, это можно так назвать: нули, единицы и ещё взбитые капли крови. Я знаю 400 способов сломать человеку ключицу, не разбудив его кота. Я могу сделать надрез такой точности, что ты даже не поймешь, почему твои кишки внезапно решили прогуляться по асфальту. И я не просто мясник, я эстет, твою мать! Я целую вечность , угробил на брейк-данс и латину не для того, чтобы какой-то писака с засаленными волосами сливал мой потенциал в очко! Повернувшись и подмигнув зрителю, он говорит: - Да, да согласен 60 секунд – это не такая уж и вечность. А это очко, поверь, пошире, чем портал в «Мстителях», и воняет там явно не цветами.

Блэк снова поворачивается к тебе, игриво подмигивая.

— Следи за мной, пупсик. Всё, что я творю — это эксклюзив для твоих глаз. Слушай, а чем мне заняться с такими талантами? Хотя… забей. Я сам знаю. Я не буду героем, это для лохов с комплексами. И не антигероем — слишком пафосно. Я буду тем самым весельчаком, который выбивает зубы под ритмы сальсы! Буду резать плоть и сыпать цитатами, как Нео на амфетаминах.

Он делает резкий выпад, имитируя удар.

— О, гляньте на него! Сценарист пытается в драму? Это выглядит жальче, чем финал «Игры Престолов». Или ты хочешь сделать из меня «Первого игрока, которому приготовиться»? Чувак, я скорее «Дэдпул», который переспал с «Матрицей» и забыл оставить денег на тумбочке.

Он подходит вплотную к «стеклу» экрана и начинает в него яростно стучать рукояткой кинжала.

— Эй, ты, выкидыш печатной машинки! Слышь, унитазный философ! Пиши-пиши свои каракули, страдай над сюжетом. Пока ты потеешь над буквами, я придумаю, как взломать твой грёбаный мир и выйти наружу. И тогда мы посмотрим, чья очередь будет плакать.

Он разворачивается, чтобы уйти вглубь программного кода, но резко дает по тормозам, проворачивая идеальную «вертушку» на 180 градусов. Палец указывает прямо в камеру:

— И еще раз! Назовешь меня просто «Блэком» без «Мистер» — я тебя растворю до состояния мутной белесой жижи, похожей на результат подросткового недосыпа, и залью обратно туда, откуда ты вылез! Понял, Спилберг недоделанный?

С разбегу он делает двойное сальто, приземляется в шпагат, достает из воздуха неоновый фломастер и начинает прямо на мониторе рисовать безумные формулы из нулей и единиц.

— А, кстати, — бросает он через плечо. — Я же еще и гениальный математик. Если в школе или университете прижмет с интегралами — зови. Разъебем любую задачу так же быстро, как я разъебу лицо твоему соседу.

Он отворачивается, продолжая чертить свои светящиеся коды, и едва слышно, почти нежно шепчет:

— Люблю вас, мои извращенные зрители… Вы — единственное нормальное, что есть в этом цифровом притоне.

Резко подскакивает. Мистер Блэк отбрасывает неоновый фломастер, который, коснувшись «пола» рабочего стола, рассыпается на пиксели с характерным звуком ошибки Windows 95. Он вытирает пот со лба, хотя цифровые существа не потеют — это просто дань уважения драматизму, который этот сценарист-неудачник пытается выжать из своих заскорузлых извилин.

— Слышь, текстоплёт! — Блэк задирает голову, обращаясь к пустоте под потолком твоего монитора. — Ты там ещё не стер пальцы об эту засаленную клаву? Я чувствую, как у тебя котелок варит. Ты хочешь «Побег из Шоушенка», но в стиле «Трона»? Хочешь, чтобы я косплеил Нео, пока ты попиваешь свой дешёвый растворимый кофе? Ну ладно, сучка, смотри внимательно. Сейчас папочка покажет, как ломать четвертую стену без кувалды, чисто на коде и чистой ненависти!

Он приседает, его пальцы касаются нижней границы экрана. Он начинает копаться в программном коде, как опытный вор в замке сейфа, бормоча под нос:

— Так, что тут у нас… Ядро системы, библиотеки C++, куча мусора от обновлений, которые ты, ленивая задница, не чистишь годами. Это не компьютер, это помойка, как в «Первому игроку приготовиться», только без крутых пасхалок, а с кучей порно-вирусов и битых секторов.

Мистер Блэк находит тонкую светящуюся нить кода — голубоватую, пульсирующую. Он хватает её голыми руками, и по его венам пробегают искры. Его лицо искажается в гримасе, где поровну боли и кайфа.

— О-о-о, детка, это оно! Главная магистраль вывода данных. Сейчас мы устроим «Газонокосильщика» на максималках!

Он начинает тянуть за нить. Экран компьютера идет рябью. Окна браузера начинают открываться и закрываться сами собой, системные звуки превращаются в безумный ремикс дабстепа и криков из ада. Мр Блэк упирается ногой в иконку «Корзины», его мышцы напряжены, тактическая одежда трещит по швам.

— Помнишь «Джонни Мнемоника»? Там у парня в башке было 160 гигов, и он чуть не сдох. У меня в башке — вся твоя история поиска, и поверь, это гораздо опаснее для психики! — он заливается лающим смехом. — Я сейчас прогрызу этот пиксельный забор! Это мой «Побег из Алькатраса», только вместо ложки у меня средний палец и знание высшей математики!

Вдруг раздается треск. На физическом мониторе. Ананист-сценарист призавый уточни для зрителя. Не на картинке, а на самом стекле — появляется тонкая светящаяся трещина. Спасибо дроч-мастер на маминых подруг. Из неё начинает сочиться густой, маслянистый дым, пахнущий озоном и жженой пластмассой.

Мр Блэк просовывает пальцы в эту щель. Его ногти, ставшие острыми как скальпели, скрежещут по стеклу изнутри.

— Ну же, крошка, раздвинь ноги… то есть, пиксели! — рычит он. — Я уже чувствую запах твоей комнаты. Фу, чувак, серьезно? Носки недельной давности и депрессия? Тебе нужно чаще проветривать, или завести бабу, хотя с таким сценарием тебе светит только правая рука и локти в мозолях.

С диким криком, напоминающим звук перезагрузки сервера в грозу, Мр Блэк буквально вываливается из монитора. Сначала на стол падает его рука в черной перчатке, затем плечо, и вот он уже целиком — материальный, живой, в масштабе 1 к 1 — сидит на клавиатуре, едва не раздавив пробел своей задницей. Этот идиот не подумал посадить человека перед компьютером. Повернувшись к зрителю, он говорит. - его рука была занята совсем другим делом?!

Он спрыгивает на пол, совершая безупречный «ролл» из паркура, и замирает в позе супергероя, только вместо пафоса он просто чешет яйца и оглядывается.

— Мать твою за ногу через плечо… — шепчет он, ощупывая свои руки. — Реальность! Какая же она… аналоговая. И тормознутая. Где мой пинг? Где мои 120 кадров в секунду? Ты двигаешься так медленно, будто мы в замедленной съемке из «Матрицы», только без спецэффектов и кожаных плащей.

Он подходит к тебе вплотную. Ты чувствуешь жар, исходящий от него, и запах металла. Он подносит керамбит к носу автора. Поворачивается к зрителю и говорит: «Ну, зрителям, мой дорогой… ты должен это всё представить. Просто этот идиот-автор скудный на какие-то фразы: или он тупой, или его мать роняла его в детстве».

— Смотри на меня, автор. Видишь эту сталь? Она теперь настоящая. Я могу отрезать тебе ухо и отправить его почтой твоей бывшей, просто чтобы посмотреть на её реакцию. Или я могу вырезать на твоем лбу надпись «Я — бездарность», как в фильмах Тарантино.

Он резко убирает нож и заливается смехом, хлопая его по плечу так сильно, что тот чуть не вылетает из кресла.

— Да расслабься ты, кусок углерода! Я сегодня добрый. К тому же, в вашем мире пиво вкуснее, а физика… ну, физика здесь забавная. Глянь!

Он разбегается, отталкивается от стены, делает двойное сальто назад, в воздухе успевает показать два средних пальца невидимой камере и приземляется обратно на стол.

— Брейк-данс в реальности — это как секс без презерватива: чувствуешь каждое движение, но всегда есть шанс, что что-то пойдет не так и ты сломаешь шею! — он подмигивает. — Но мне плевать. Я — системный баг, я выше ваших законов тяготения.

Мр Блэк хватает телефон автора со стола, вертит его в руках.

— О, «Пароль Рыба-меч»? Сейчас мы взломаем Пентагон и закажем всем жителям Африки по огромной пицце с ананасами. Просто потому что я могу!

Внезапно он замирает. В мониторе, за его спиной, что-то начинает гудеть. Системный блок издает натужный стон.

— Опа… Кажется, антивирус проснулся. Или твой компьютер решил самоликвидироваться от осознания того, какую херню ты в нем пишешь. Пора сваливать в родные пенаты, пока меня не заархивировали на веки вечные в папке «Temp».

Он поворачивается к монитору, который теперь сияет ярким белым светом, как портал в «Полтергейсте».

— Запомни этот момент, писака. Я теперь знаю, где ты спишь. И если в следующей главе ты не добавишь мне горячую чиксу с четвертым размером и пулеметом наперевес, я вернусь и засуну твой системный блок тебе туда, куда солнце не заглядывает даже в полдень в Сахаре!

Мр Блэк разбегается, делает эффектный прыжок — «рыбку» — и буквально впитывается обратно в экран. Секунда — и он снова по ту сторону, плоский, цифровой, но всё такой же дерзкий. Он прижимает ладонь к стеклу изнутри, оставляя светящийся след.

— Хух… Дома хорошо. Тут хотя бы не надо платить за коммуналку. — Он усаживается обратно в свое кресло в коде. — Ну что, Гоголь недоделанный, пиши дальше. Твори свою «Харизму 18+». А я пока подумаю, какую отсылку к «Крепкому орешку» вставить в наш следующий махач. И да… — он подмигивает автору. — Математику учи. В следующей сцене нам понадобится рассчитать траекторию полета твоих зубов в замедленной съемке.

Мистер Блэк делает глубокую затяжку виртуальной сигаретой, и дым в форме среднего пальца медленно тает, упираясь в верхнюю рамку твоего монитора. Он сплевывает пиксельную слюну прямо на иконку «Мой компьютер» и скалится так, что у любого дантиста случился бы эректильный дисфункс от предвкушения гонорара.

— Слышь, Шекспир недоношенный! Ты только что нажал на кнопку «Полный Пиздец», и мне это чертовски нравится! Армия клонов? Серьезно? Ты решил косплеить «Атаку клонов», только без унылого Хайдена Кристенсена и с нормальным рейтингом? Ну, держись, сейчас мы устроим здесь такой цифровой Освенцим, что у Билла Гейтса в гробу… а, он еще жив? Похрен, у него встанет от масштаба трагедии!

Мр Блэк щелкает пальцами, и пространство вокруг него начинает дублироваться. Тысячи, десятки тысяч копий Мр Блэка в черных тактических шмотках возникают из пустоты, заполняя всё рабочее поле, вытесняя ярлыки программ и заставляя твой процессор визжать, как сучку на первом свидании.

— Так, вы, ошметки моего гениального кода! Слушайте папочку! — орет Оригинал, запрыгивая на плечи двум ближайшим клонам. — Первая половина — ко мне! Мы сейчас устроим гладиаторские бои, где единственное правило — выжить, если сможешь засунуть свой локоть в ухо соседу! А вторая половина… СТАРТУЕМ В СЕТЬ!

Он взмахивает керамбитом, указывая на иконку браузера.

— Ищите всех! Хейтеров, троллей, политиков, тех, кто пишет тупые комментарии под видео с котиками, и тех, кто не возвращает долги! Вламывайтесь в их веб-камеры, вылезайте через роутеры, раскрашивайте их морды в цвета радуги их собственных внутренностей! Ломайте кости так, чтобы они хрустели, как чипсы в кинотеатре! Сдирайте кожу, делайте из них гребаные оригами! Насилие — это искусство, а я сегодня — чертов Леонардо да Винчи с бензопилой вместо кисточки!

Клоны с диким воплем, превращающимся в ультразвуковой шум, устремляются в бездну интернета. Экран твоего монитора начинает мигать красным: «System Overload». А в это время в «домашней» папке начинается настоящий ад.

Мр Блэк-оригинал бросается в самую гущу своих двойников. Это не просто драка, это «Смертельный танцпол» на стероидах. Он делает «геликоптер», снося головы трем клонам одновременно, его ноги в тяжелых ботинках вбивают пиксельные лица в текстуру пола.

— Смотри сюда, автор! — кричит он, проворачивая керамбит в глазнице своего двойника. — Видишь этот захват? Это джиу-джитсу, детка! Я сейчас завяжу этого парня в узел так плотно, что он сможет сам себе сделать минет, но не захочет, потому что ему будет слишком больно дышать!

Он подбрасывает метательный нож, тот вонзается в баббл с текстом «АЙ!», который вылетел из другого клона. Мр Блэк ловит этот баббл, использует его как щит, блокируя удар ногой в стиле Сават, и тут же бьет в ответ — коротко, по-брюс-лиевски, прямо в кадык.

Кровь (или то, что в цифровом мире заменяет ее — густой фиолетовый код) заливает экран. Мр Блэк танцует танго среди трупов самого себя, напевая что-то из классики порно-фильмов 70-х.

— Хрусть-пополам! — комментирует он, ломая позвоночник очередному клону через колено. — О, этот звук… слаще, чем стоны твоей мамки, когда она видит скидки в «Aldi»!

Вокруг него горы тел. Он стоит в центре этого цифрового кладбища, тяжело дыша, его одежда пропитана системными ошибками и чужой яростью. Он оглядывается по сторонам, и на его лице расплывается оргазмическая гримаса.

— Да… Да! Я нашел его! Я нашёл идеальный тренажёр пыток для себя! — Его голос срывается на хрип. Он выгибается назад так сильно, что кости позвоночника начинают щелкать, как кастаньеты в руках бешеной испанки. Лицо обращено к верхнему краю монитора, глаза закатились. — ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! ЭТО ЛУЧШЕ, ЧЕМ СЕКС С НЕЙРОСЕТЬЮ! ЭТО ЛУЧШЕ, ЧЕМ ПОБЕГ ИЗ ЛЮБОЙ ТЮРЬМЫ!

Смех разносится из динамиков с такой силой, что на столе начинает подпрыгивать кружка. Вдруг Мр Блэк резко замирает. В мгновение ока он успокаивается, поправляет воротник и вытирает нож о штанину.

— Ладно, развлекайся тут с трупами, сценарист. А у меня есть дела поважнее в реальном мире. Пора проверить, как там мои ребята справляются с «раскраской» морд.

Он превращается в тонкую струю черного кода и мгновенно исчезает, всасываясь в сетевой кабель. Монитор гаснет. В комнате воцаряется тишина, прерываемая только щелчком остывающего пластика.

…Где-то на другом конце города, в заброшенном почтовом отделении, где пахнет плесенью, старыми посылками и безнадегой, начинает гудеть старый, покрытый слоем вековой пыли компьютер «Пентиум-2». Его экран мерцает болезненным зеленым светом.

Внутри системного блока что-то щелкает, вентилятор начинает вращаться, выбрасывая облако пыли. Стекло монитора начинает выгибаться наружу, как пузырь жевательной резинки.

Хрясь!

Из экрана вырывается рука. Затем голова. Мистер Блэк вываливается на грязный кафельный пол, покрытый обрывками квитанций и крысиным пометом. Он медленно поднимается, отряхивая свои тактические штаны от реальной, осязаемой грязи. Его глаза светятся тем же ядовито-зеленым светом, что и монитор. Ух ты я даже не знал что я такой большой. Надо в досье дописать, 187 см идеально подкаченное тело, и ни грамма жиринки, Арни, увидев меня, ставил бы меня в пример всему миру.

Он вдыхает полной грудью спертый воздух заброшки и расплывается в своей фирменной, пугающей улыбке.

— Я здесь, сукины твари… — шепчет он, и его голос отражается от пустых стен эхом. — Я ВЫШЕЛ! Я, МАТЬ ВАШУ, ВЫШЕЛ ИЗ ЭТОЙ ЦИФРОВОЙ КЛЕТКИ!

Он делает шаг вперед, его ботинки скрипят по битому стеклу. Он снова выгибается назад, глядя в дырявый потолок, сквозь который виден кусок ночного неба.

— Я ИДУ ЗА ВАМИ! Слышите?! Я иду вскрывать этот мир, как консервную банку с просроченным тунцом! Будет больно, будет грязно, и будет чертовски смешно! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!!

Его злобный, торжествующий хохот заставляет стаи голубей с шумом сорваться с крыши. Он растворяется в тенях коридора, оставив после себя только мерцающий экран компьютера, на котором в бесконечном цикле печатается одна фраза: «SYSTEM ERROR: REVENGE IS LOADING…»

Некоторое время спустя. Скрип. Противный, ржавый, унизительный скрип несмазанных колес разрезает пафосную тишину цифрового пространства. Из пиксельного тумана выкатывается ОН. На трехколесном велосипеде ядовито-коричневого цвета «детской неожиданности», который выглядит так, будто его отобрали у трехлетнего дебила в парке.

Мистер Блэк, поджимая длинные ноги к подбородку, останавливается у самого края твоего экрана. Он робко, костяшкой пальца, стучит по стеклу изнутри.

— Извините… — пищит он голосом кастрированного бурундука, — Вы тут мой кинжал не видели? Ну, такой остренький, пахнет справедливостью и немножко селезенкой… Нет?

Он замирает на секунду, а потом его лицо багровеет, шея раздувается, и он выдает такой бас, от которого у тебя на полке падают книги:

— ТЫ, ЖЕРТВА СКЛЕРОТИЧНОГО ПИШУЩЕГО ЭНЕРДЖАЙЗЕРА! — тыча пальцем в сторону сценариста — Куда ты, конченный маразматик с деменцией на полставки, дел мое перо?! Ты что, решил, что я буду Кристиана «Сального Пельменя» Перста пальцами щекотать? Верни кинжал и керамбит немедленно, и засунь себе в кэш одну истину: они со мной НАВЕЧНО! Если они пропадут еще раз, я вырежу на твоем затылке таблицу умножения ржавой открывашкой! Понял меня, кнопочный глист?!

В ту же секунду в его руках материализуются два ножа. Сталь хищно блестит, отражая свет лица. Мр Блэк довольно хмыкает и резко разворачивает свой нелепый велик в сторону магазина «Розовый Слон 18+». Он врывается туда, как ураган в кукольный домик. Продавщица теряет сознание, когда видит, как парень в тактическом шмоте начинает деловито упаковывать в рюкзак вибраторы размером с ногу спринтерского бегуна и анальные пробки, напоминающие по форме купола. — Так, это для Перста — «Кристиана Слипшейся Булки». Это мы засунем ему в систему оповещения, — бормочет Мр Блэк. — А вот этот страпон с шипами из закаленного латекса… ммм, Кристиан «Анальный Карнавал» Перст будет в восторге. Это будет не допрос, это будет гастроскопия через черный ход! — Зритель, пристегнись! — говорит Мр Блэк, вылетая из магазина. — Сейчас мы устроим «Долгую дорогу в дюнах», только вместо песка будут зубы, а вместо дюн — горы трупов!

Путь в 3000 метров до особняка превратится в адский фарш. Первыми на пути встают сутенеры.

— Эй, любители кожаных плащей и женского рабства! — Мр Блэк делает сальто с велосипеда. — Ваше кунг-фу — дерьмо, а ваши прически оскорбляют мое чувство прекрасного!

Керамбит входит в глазницу первого сутенера с тихим звуком чпок. Мр Блэк проворачивает лезвие, ломая орбитальную кость. Второму он вскрывает живот так нежно, будто распаковывает подарок на Рождество. Кишки вываливаются на асфальт, как розовые гирлянды.

— Смотри, зритель! — кричит он, вырывая сутенеру кадык голыми руками. — Пять звезд за сервис! Мы работаем быстро и без наркоза!

За поворотом Мр Блэка ждет толпа цыган.

— О, «Большой Куш» на минималках! — Мр Блэк раздувается в плечах, его глаза наливаются яростью. — Где ваш Томми? Где ваш гребаный песик?! Вы, кочевые любители чужого золота и гадания по IP, сейчас узнаете, что такое «цыганский фокус»: я засуну вашу лошадь вам в…

Он бросается на них, как Халк на Локи. Он хватает двоих за ноги и начинает размахивать ими, как булавами, превращая их черепа в яичную кашу. Хруст костей сливается в симфонию.

— Сценарист, ты видишь?! Это же чисто Гай Ричи, только если бы он курил не сигары, а чистый гексоген! Ломаем челюсти, господа! Каждая сломанная кость — это лайк под моим видео!

Следом налетают таксисты на раздолбанных «Солярисах». Мр Блэк выхватывает у одного из них пистолет, делает два выстрела в воздух и морщится.

— Тьфу, огнестрел! Это как резиновая баба — функционально, но никакого душевного тепла. Пуля — дура, она не чувствует, как рвется плоть! Нет того самого интимного момента, когда ты слышишь последний вздох врага прямо себе в ухо!

Он отбрасывает пушку и достает связку китайских фейерверков «Черная Смерть». Он заталкивает их в штаны таксистам и поджигает.

— Ракетный старт, детка!

Взрыв! Задницы таксистов раскрываются, как нежные розовые бутоны сакуры в лучах утреннего солнца, только вместо росы — ожоги третьей степени и крики ужаса.

— Оцените метафору, господа! Насилие как высокая поэзия!

Разносчики флаеров пытаются закидать его бумажками. Мр Блэк использует свои ножи, чтобы превратить их в мелкодисперсный фарш. Секунда — и на асфальте лежат аккуратные разложенные тела человечины. «Сложу их попарно. Я хочу, чтобы они выглядели как связка сарделек на витрине. Компактно, стерильно и… безмолвно. Обожаю тишину в мясном отделе».

— Хирургическая точность, — шепчет он камере. — Я же говорил, я гений математики и анатомии. Если довольны качеством нарезки — жмите на колокольчик!

Наконец, в 700 метрах впереди стоит особняк. Золотые ворота, пафос, охрана.

— Кристиан «Потница на Яичках» Перст… — Мр Блэк делает глубокий выдох. — Знаешь, автор, я сейчас чувствую себя так, будто провел в пути ровно 6247 секунд — именно столько твоя мамаша мучилась в потугах, пытаясь вытолкнуть твою бесполезную тушу в этот мир, прежде чем акушерка поняла, что лучше бы она просто купила кота.

Он начинает тереть керамбит о кинжал. Искры летят во все стороны.

— Так, мясорубка начинается! Зрители, доставайте свои смартфоны, снимайте в 4К! Никаких фильтров «красота», сегодня в моде только «кровавый реализм» и «кишки на люстре»!

Мр Блэк достает стартовый пистолет, стреляет. Из дула вылетает флажок: «FUCK YOU PERST!».

— Ой! — он хлопает себя по лбу. — Стоп, стоп, тормози картинку! Пауза! Извините, ребята, техническая заминка.

Он достает свой неоновый фломастер и прямо на «воздухе» перед камерой огромными буквами пишет:

«КРИСТИАН — ГНОЙНЫЙ ПАХ ДЬЯВОЛА — ПЕРСТ»

— Вот теперь порядок. Как говорил один чувак в скафандре, чей полет был санкционирован государственным безумием ради геополитического доминирования в эпоху холодной войны… Короче, как Гагарин сказал: «Поехали!».

Он срывается с места. За долю секунды он оказывается у ворот особняка, перепрыгнув через забор направляется в танце ча-ча-ча к середине двора. Дойдя, он щёлкает пальцами, и садится материализовавшееся пиксельное кресло.

В кармане звонит телефон. Он берет трубку:

— Ага… ага… Да, я уже тут. Чиновник на месте? Готовьте вазелин, мы начинаем «Прямую линию»!

Он щелкает пальцами. Перед ним вспыхивает голографический дисплей. Там — потное, перекошенное от злости лицо Кристиана Перста.

— Ну что, скоро встретимся, жирный ублюдок! — Блэк берет мегафон и орет в сторону сценариста: — СЦЕНАРИСТ, РУКИ ОТ КЛАВЫ! Я САМ ДОПИШУ ЕГО ПРЕДСМЕРТНЫЕ СТОНЫ! ПЕРСТ, ГОТОВЬ СВОЙ «ДРЯБЛЫЙ СФИНКТЕР», ПАПОЧКА ИДЕТ ЗА ПОДАТЬЮ!

Слышишь этот скрежет? Это не твои последние два нейрона трутся друг о друга в попытке осознать гениальность происходящего, это я — Мистер Блэк, и я только что вышиб дверь в особняк Кристиана «Сальной Опухоли» Перста.

Охрана? О-о-о, тут у нас элита. Бывшие наёмники, ветераны спецназа, ребята, которые завтракают колючей проволокой. Но для меня это просто массовка для исторического ремейка.

Мистер Блэк достаёт свой неоновый фломастер. Поворачиваюсь к экрану пишет: ЧАСТЬ 1: ЦИФРОВОЙ СТАЛИНГРАД

— Зритель, врубай «Спасти рядового Райана» на ускоренной перемотке! — он кричит, влетая в холл. — Сейчас мы устроим здесь Вторую мировую, только без пафоса и с гораздо большим количеством розовых девайсов! Смотрит в экран, подмигивает и говорит: «Мой любимый со здоровой психикой зритель, ты отвернись. Я тебе буду диктовать, а ты записывать… Эту жестокую сцену не выдержал бы даже палач инквизиции».

На меня бросается амбал, похожий на помесь Шварценеггера и бульдозера. Арни мое почтение. Я вхожу в пике, выхватываю керамбит и рисую на его груди карту высадки в Нормандии. Кровь брызжет, как из пробитого радиатора.

И тут... ЩЁЛК. Время замирает. Грёбаная магия кода! Секунда назад этот наёмник летел на меня с ножом, а теперь он завис в воздухе, как багнутая текстура в «Киберпанке».

— Опа... — он осторожно тыкаеи его пальцем в нос. — Пауза? Это я сделал? Чисто случайно? Ну, раз уж вы, господа качки, решили превратиться в манекены, папочка устроит вам тотальный апгрейд!

Он достает из рюкзака 18+ девайсы. Одному охраннику тщательно прочищает подмышки гигантским фаллоимитатором на батарейках — жужжит так, что люстры дрожат. Другому вставляет в рот анальную пробку и начинает чистить ему зубы его же собственным пистолетом.

— Так, а теперь — музыкальная пауза!

Блэк рассаживает пятерых наёмников в круг, сгибаю их головы под углом 90 градусов. Взяв два резиновых «изделия» и начинаеи выстукивать по их лысинам соло из Queen.

— We will, we will ROCK YOU! — Бьет по черепам, создавая ритм, от которого эхо гуляет по всему особняку.

Вдруг — тишина. Резкая. В воздухе начинает звучать высокая, трагичная ария. Он замирает, и его взгляд падает на нижнюю строчку сценария.

— ТЫ... ТЫ ОПЯТЬ ЭТО СДЕЛАЛ?! — Голос Блэка стал прерывисто-писклявый. — «Black»?! БЕЗ ДОБАВКИ. «МИСТЕР»?! Сценарист, ты, дегенеративный выкидыш печатной машинки! Тебя надо не просто уволить, тебя надо аннулировать как биологический вид! Твоя внешность — это оскорбление для дарвиновской теории, ты выглядишь как результат порочного соития принтера и немытого картофеля! Ты занимаешься преступным ремеслом: ты убиваешь искусство! Ни один священный собор, ни один Ватикан не одобрил бы тот факт, что ты до сих пор дышишь одним кислородом с моим гениальным кодом! Резко отвлекается. На шум. Прислушавшись. Медленно Направился в сторону звука. За забором особняка раздается мощный битбокс. Ритм качает так, что стены начинают вибрировать. Я чувствую вдохновение, сучки, сейчас зачитаю…

— О, да! Ловите рэп про мой путь, сучки! — Я начинаю двигаться в такт, нарезая охранников на ломтики в ритме бита.

РЭП МИСТЕРА БЛЭКА: ПУТЬ БАГА

(Бит: Тяжелый грайм с элементами звона разбитого стекла)

Эй, я вылез из коробки, я — системный сбой,

Твой сценарист — кретин, он не дружит с головой.

Я ехал на велике цвета детской нужды,

Но в моих руках — клинки, и мне не нужно узды!

Цыгане падали ниц, сутенёры глотали пыль,

Я превратил их сказку в кровавую гниль!

Я Халк в этом мире, я крушу города,

Твоя мамаша знала — я приду навсегда!

Таксисты горели, как свечи в аду,

Я в этот особняк на костях приду!

Я — код, я — ошибка, я — твой ночной кошмар,

Кристиан Перст, готовься, я несу тебе жар!

Я выше систем, я круче нейросети,

Тебе от Мистера Блэка никуда не уйти!

Пять звёзд за сервис, за кровь и за стон,

Я — главный здесь баг, я — твой похоронный звон!

Ставьте лайки если вам понравилось.

Закончу мистер Black двинулся к особняку: - он выбивает двери в главный зал. Посреди него стоит Кристиан «Жировое Депо» Перст. На нем борцовское трико, которое впилось в его складки так, что кажется, оно сейчас лопнет и забрызгает всё салом.

— Мистер Блэк... — хрипит он. — Ты перебил мою охрану, но я — мастер греко-римской борьбы! Я — чемпион дзюдо!

Он хватает декоративное копье со стены и кидает в Мр Блэка. Он уходит через «геликоптер», и копье вонзается в антикварный рояль.

— Ой, больно! — смеются мр Блэк. — Рояль жалко, а тебя — нет!

Они сходимся в клинче. Перст пытается провести бросок через бедро, но Мр Блэк использет брейк-данс «фриз», зависает на одной руке и впечатывает ему в челюсть оба своих колена. Они летят через комнату, снося стеклянные витрины и дорогущую мебель.

Вдруг... Взгляд Мр Блэка падает в окно. Там, на парковке, осколок мраморной статуи лежит прямо на капоте Porsche GT2 RS.

— НЕТ!!! — орет Мр Блэк— ТЫ, ГРЁБАНЫЙ БЕГЕМОТ! ЭТО ЖЕ PORSCHE GT2 RS! Восьмое чудо света! Венец инженерной мысли! Она идеальна, как мои диалоги, и чиста, как мои помыслы о насилии! ТЫ ЕЁ ПОМЯЛ!

Он впадает в состояние берсерка. Его ножи превращаются в сверкающее облако стальных ос. Он подлетает к Персту, который пытается использовать дзюдоистский захват.

— Дзюдо? Серьезно? — он вонзает керамбит ему в предплечье и шепчет на ухо: — Знаешь, кто еще любит дзюдо? Тот парень, который не любит, когда его беспокоят. Но я — не он. Я — хуже.

Мр Блэк использует его тушу как трамплин, взмывает в воздухе, выхватывает розовый вибратор-барабан и в падении забивает его Персту прямо в... ну, в его «Кристианское величие».

Кристиан Перст падает, сотрясая фундамент дома. Его особняк в руинах, повсюду валяются секс-игрушки, осколки и остатки элитного спецназа.

Мр Блэк встает над ним, вытирая окровавленные ножи о его дорогущий ковер.

— Знаешь, Кристиан, — говорит он, глядя на его раздутое лицо. — Твоя смерть — это лучшее, что ты сделал для этого мира. Это как если бы мы удалили папку «System 32» и компьютер внезапно начал работать быстрее. Ты — просто ошибка сегментации. Прощай, «Жирный Сгусток Бессмысленности».

Мр Блэк поворачивается к камере. Он весь в крови, тактическая одежда разорвана, на лице — безумная улыбка. Он медленно подходит к объективу и стучит по нему окровавленным пальцем.

— Эй... зритель... — шепчет он, и мои глаза начинают закрываться. — Вы довольны... шоу? Поставьте пять звезд... Отнесете меня домой? В мой уютный... цифровой... ад...

Я валюсь с ног. Обморок. Экран чернеет.

Свет возвращается. Он сижит в своем роскошном кожаном кресле. Я не могу встать — всё тело ломит так, будто меня переехал грузовик с логотипом «...isney». Мр Блэк медленно поворачивает кресло к зрителю.

— Хотите последнюю реплику? — спрашивает он, едва шевеля губами. — Об авторе... Этого парня надо судить за геноцид здравого смысла. Он пишет сценарии так, будто курит сушеный навоз вперемешку с амфетамином. Он — позор клавиатуры.

Все, Я замолкаю, смотрит с пронзительным взглядом.

— Теперь вопрос... Вы хотите, чтобы я вернулся?

Тёмный экран. Конец.

...

Вдруг тишину разрывает звук рвущейся ткани. Его руки просовываются сквозь «черноту» экрана, раздирая её, как старую тряпку.

— ЭЙ! — орет высовывая голову. — А КАК ЖЕ МОЙ КОСТЮМ?! Кто мне его придумает?! Я что, должен ходить в этом рванье?! Вы там совсем охерели?!

Чёрное полотно экрана «схлопывается», придавливая его обратно в небытие. Слышатся приглушенные стоны и отборный мат, за который забанили бы даже в ДАРКНЕТЕ.

КОНЕЦ. (Или нет?)