Пролог

Он вздохнул.

— Ах... Чёрт...

Была такая армейская шутка.

Говорили, что армия даст тебе место для сна, еду — и никакого выхода.

Ещё говорили — накормят, оденут, и жизнь твою там же заберут.

Каждый корейский мужчина должен был отслужить, и перед призывом они с дурацкой уверенностью хвастались, что пойдут в морскую пехоту... но вернувшиеся лишь содрогались и предостерегали других.

Армия была той ещё дырой.

И самое забавное — все свои радости и горести можно было выразить всего одним словом.

Когда только забирали:

— Чёрт...

Когда кидали на передовую, не закончив подготовку:

— Чёрт?!

Когда стоял в карауле после жестокого боя:

— ...Чёрт.

Когда наконец получал нормальную еду после дней мерзких сухпайков:

— Ч-чёрт!

Когда вчерашний товарищ возвращался в виде трупа:

— Чёр...т...

Когда приходилось подбадривать себя в бесконечной мясорубке:

— Чёёёрт!!!

И наконец...

— Чёёёрт! Всё!

Война, казавшаяся бесконечной, объявила перемирие.

Во всех этих ситуациях не было слова лучше, чем «чёрт».

Возможно, я не смогу перестать его говорить до самой смерти.

Он выдохнул.

— Фу-у...

Бескрайнее поле, которое должно было сиять голубым светом, уже давно стало красным от крови и кусков плоти.

Место, которое можно было описать только как море трупов.

Я стоял там один.

— И что теперь...

Глядя в чистое голубое небо, я задумался о том, что будет после войны.

Но лишь на мгновение.

Кар-р!

Зловещий крик напомнил мне, что нужно делать.

— Фу... Чёрт.

После объявления перемирия первым делом я стал собирать тела товарищей.

Даже если я не знал их имён — они сражались рядом со мной.

Их жизни были слишком ценны, чтобы стать пищей для падальщиков.

— ...

Молча я искал наши опознавательные знаки среди груд тел на пропитанной кровью земле.

Это были мои личные похороны — дань уважения от трусливого выжившего.

— Я понесу ваше будущее.

Я добровольно взвалил на себя эти оковы.

Даже если они этого не хотели.

Мёртвые не могут говорить.

— Конечно, у меня есть свои дела, так что это займёт время. Не злитесь слишком. Надо было выживать.

Я усмехнулся их холодным телам, уголки губ дрогнули.

Если бы они жили... Даже без конечностей, искалеченные... Если бы просто жили...

— Ну, тут не только дождь из ниоткуда...

Красные капли скатились по щекам.

— ...дождь и чёрт.

Я стоял неподвижно, пока ливень омывал меня.

На небе не было ни облачка.

Мы опустили занавес в этой долгой, долгой трагедии.

— Аллен! Ты в порядке?!

Голос старика донёсся с опозданием.

Прошло не так много времени после объявления перемирия.

Глядя на его приближающееся лицо, я пробормотал:

— ...Чёрт.

День выдался отвратительным.