Исход битвы

ЗА НЕДЕЛЮ ДО ПОХОДА В ПОДЗЕМЕЛЬЕ

Финн без стука толкнул дверь и вошёл в кабинет верховного жреца — так, словно это была не обитель духовной власти, а таверна за углом. По привычке почесал затылок, вдохнул знакомый запах пергамента и ладана, окинул взглядом полки с фолиантами — корешки древних книг поблёскивали в свете масляной лампы. Широко улыбнувшись, он поднял руку в небрежном, но дружелюбном приветственном жесте.

— Привет, Каэрон, вызывал? — бодро бросил он.

Каэрон оторвался от свитка, усмехнулся — в глазах мелькнула искорка теплоты — и отложил перо.

— Как всегда без церемоний, Финн, — мягко улыбнулся он. — Да, вызывал. Присаживайся, есть разговор.

Финн прошёл к столу, отодвинул стул с резной спинкой и сел, с любопытством поглядывая на жреца.

Каэрон сложил руки на столе, на мгновение задумался, словно подбирая слова, а затем серьёзно продолжил:

— Спасибо, что пришёл, Финн. А теперь к делу. Впереди поход в подземелье, и нам понадобится твоя помощь.

Жрец вопросительно приподнял бровь, ожидая ответа. Финн кивнул, засунул руку в карман и достал три кристалла — те едва заметно мерцали в полумраке кабинета, пульсируя в такт его сердцебиению. Он положил их на стол перед Каэроном.

— Вот, — произнёс Финн. — Не забудь их зарядить магической энергией. Если мы наткнёмся на сильного противника, обычного клинка может не хватить.

Каэрон осторожно взял один кристалл, поднёс к свету, разглядывая переливы магической энергии внутри.

— Заряжу сегодня же, — заверил он, возвращая кристалл на стол. — К завтрашнему утру они будут готовы.

— Отлично, — облегчённо выдохнул Финн. — Тогда встретимся у западных ворот на рассвете.

Он поднялся со стула и направился к двери. У самого порога Финн обернулся. Его голос стал жёстким, а взгляд потемнел:

— И вот ещё что, Каэрон. Впредь обходись без эльфийских посланников. Никогда больше не посылай их ко мне.

Каэрон поднял глаза, его улыбка погасла. Он откинулся на спинку кресла, внимательно глядя на Финна.

— Извини, — произнёс он серьёзно. — В следующий раз пошлю кого‑нибудь другого.

— Благодарю, — кивнул Финн, и его лицо немного расслабилось. Он вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.

В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ:

Финн оцепенел от звука холодного голоса и резко обернулся, выставив меч. Его взгляд был острым и сосредоточенным. В нескольких шагах от них, на фоне клубящегося дыма и магических всполохов, стояла женщина в остроконечной шляпе. Роза на её палочке пульсировала зловещим светом, словно живое сердце тьмы.

— Не думала, что среди этих ничтожеств найдётся такой интересный экземпляр, — произнесла она с насмешливой улыбкой.

Финн сжал рукоять меча крепче. Сталь под пальцами казалась ледяной, а в воздухе нарастало напряжение — магия вокруг женщины сгущалась, образуя едва заметный вихрь из тёмных частиц.

«Она, видимо, маг третьего ранга», — оценил Финн по густоте магического вихря вокруг неё. Боковым зрением он уловил далёкую вспышку пламени — возможно, кто‑то из союзников прорывался к ним. Мимолётно взглядом он заметил, как девушка у сломанной колонны вздрогнула и подняла глаза, в которых читался страх.

Не отрывая взгляда от колдуньи, Финн бросил через плечо:

— Ты ещё можешь сражаться?

Девушка сглотнула, медленно поднялась, опираясь на обломок камня. На краткий миг она замерла, словно собираясь с силами, и кивнула. Её голос дрожал, но в нём звучала решимость:

— Да. Пока во мне есть хоть капля сил — я не сдамся.

Колдунья рассмеялась — холодно, издевательски. Мгновенно всё замерло, а затем она подняла палочку, и роза на ней вспыхнула алым светом. В тот же миг из‑под земли с шипением вырвались чёрные лозы, покрытые шипами. Их стебли извивались, словно живые змеи, оплетая камни и колонны, подбираясь к ним.

— Щит! Сейчас же! — бросил Финн, делая шаг назад.

Девушка вскинула руку без промедления, её жезл вспыхнул зелёным светом. Через долю секунды вокруг них вспыхнул, а затем замерцал полупрозрачный барьер, отражая блики алого света.

Лозы с шипением ударились о барьер. Они бились, извивались, пытались найти брешь. Их тёмные стебли трепетали, словно наполненные ядовитой силой, а шипы скребли по магической преграде, высекая полупрозрачные искры.

— Держи щит! — крикнул Финн, не отрывая взгляда от колдуньи.

Женщина в шляпе нахмурилась. Её улыбка погасла, уступив место холодной ярости.

— Какие же вы настырные, — процедила она. — Что ж, посмотрим, сколько вы ещё продержитесь.

Она сделала сложный жест палочкой, и роза на ней засияла ещё ярче. Лозы начали сплетаться в гигантскую сеть, охватывая барьер со всех сторон. В воздухе запахло гнилью и серой — запах тёмной магии становился всё сильнее.

Девушка за спиной Финна застонала от напряжения. Барьер дрогнул, на его поверхности появились тонкие трещины.

Он метнул взгляд через плечо: девушка стояла, вцепившись в свою палочку так, что костяшки пальцев побелели, её плечи дрожали от усилия. Слеза скатилась по её щеке, но она не ослабила хватку.

«Ещё немного — и щит рухнет», — мелькнуло в голове у Финна. Краем глаза он уловил движение в клубах пыли — не просто отблеск пламени, а что‑то более яркое, целенаправленное. Но времени разбираться не было.

Не сводя глаз с колдуньи, он левой рукой нырнул в один из боковых карманов своего плаща. Резким движением Финн достал кристалл. Раздался хруст — хрупкая оболочка треснула, и мгновенно по его руке пробежала волна энергии. Чёрные перчатки с белыми рунами на костяшках вспыхнули мягким, пульсирующим светом. Руны засветились одна за другой, словно ожившие символы древнего языка, а вокруг меча, который он держал в правой руке, вспыхнуло голубое пламя.

Колдунья на мгновение замерла, её глаза сузились — она почувствовала всплеск магии.

«Для начала я смету лозы — их связь с её силой уязвима, — мысленно рассчитал Финн. — А когда она потеряет контроль над ними, у меня будет миг для рывка. Этого должно хватить». Он глубоко вдохнул, сосредоточившись. Три… два… один…

— Сейчас! Убирай щит — и бегом к колонне, за обломками будет безопаснее! — резко выкрикнул он.

Девушка, услышав приказ, на мгновение затаила дыхание — было видно, что ей страшно убирать щит, пока вокруг кишат чёрные лозы. Но она доверилась Финну. Стиснула зубы, на мгновение закрыла глаза, собираясь с силами, — и опустила палочку. Полупрозрачный свет вокруг них мгновенно погас.

В ту же секунду лозы рванулись вперёд, шипя и извиваясь, но Финн уже действовал. Он взмахнул мечом, и голубое пламя, окутывающее клинок, вырвалось вперёд широким дугообразным ударом. Энергия, высвобождённая из кристалла, нашла цель: с резким треском лозы начали рассыпаться в пепел, словно сгоревшая бумага.

Колдунья отшатнулась, её лицо исказилось от ярости, а пальцы судорожно сжались вокруг палочки.

— Ты!.. — прошипела она. — Выродок человека и дворфа! Как ты осмелился?!

Финн сделал шаг вперёд, не опуская меча. Голубое пламя всё ещё играло на лезвии, отбрасывая призрачные блики на его лицо. Его взгляд стал холодным, цепким, как у хищника, выследившего добычу.

— Я тебя не убью, — произнёс он ровным, твёрдым голосом. — У меня к тебе ещё много вопросов. И поверь, ты расскажешь мне всё, что знаешь.

На долю секунды воцарилась тишина — лишь треск затухающих магических всполохов нарушал её. И вдруг из клубов пыли, клубившихся вдалеке, вырвался огненный феникс. Птица, сотканная из чистого пламени, с пронзительным криком врезалась в колдунью, сбив её с ног. Та, потеряв равновесие, упала на спину и проскользила по каменному полу.

— Ты слишком долго с ней возишься, — раздался низкий, насмешливый голос.

Финн стремительно развернулся. Перед ним стояла высокая фигура в белоснежном плаще. На груди, чуть выше сердца, отчётливо выделялась вышивка — переплетённые серебристые линии, образующие символ рода «Искристых Теней»: три изогнутые стрелы, пронзающие круг, напоминающий вспышку молнии.

На губах эльфа играла лёгкая улыбка, но глаза оставались холодными и сосредоточенными. Финн узнал его мгновенно. Лицо исказила гримаса ярости и узнавания.

— Эльрин, — произнёс Финн, но хватка на мече не ослабла, а наоборот, стала жёстче. — Ты же знаешь, я не люблю, когда мне мешают.

Эльрин слегка приподнял бровь, его улыбка стала шире. Взмахнув плащом, он небрежно стряхнул с рукава пепел от сгоревшей лозы.

— О, я вовсе не мешал, — невозмутимо ответил он. — Скорее, подстраховал. Но признаю, ты был близок к победе.

Финн быстро оглянулся. Девушка, обессилев, опустилась на обломок колонны. Её палочка покатилась по полу, а лицо было бледным от магического истощения.

— Она держалась до конца, — глухо произнёс Финн.

— Она же из «Серебряного Щита»? — уточнил Эльрин, бросив короткий взгляд на девушку. — Я слышал, их клятвы связывают крепче цепей.

— Да, — кивнул Финн.

Колдунья зашипела от боли, с трудом приподнялась на одно колено, тряся головой, будто пытаясь прийти в себя. Её пальцы слегка подрагивали, готовя заклинание. На мгновение её взгляд метнулся к Эльрину, затем скользнул по залу. Она огляделась, тяжело дыша, и по её лицу пробежала тень отчаяния. Пальцы судорожно сжимали палочку — она явно готовилась к новой атаке, но силы были на исходе.

В дальнем конце зала, среди обломков колонн, показались фигуры в светлых мантиях — последние из белых магов, ещё способных сражаться. Они решительно направлялись к месту схватки.

— Проклятье… — прошипела колдунья, сжимая кулаки. — На этот раз я отступлю.

Её пальцы замелькали в сложном жесте, губы зашептали заклинание. Воздух вокруг неё задрожал, наполняясь фиолетовыми всполохами, которые начали формировать неровный круг — портал, пульсирующий, словно рана в ткани мира.

Финн сделал шаг вперёд, поднимая меч:

— Не так быстро!

Эльрин жестом остановил его:

— Пусть уходит. Наши силы и так на исходе.

Колдунья бросила на них яростный взгляд. Одной ногой она резко оттолкнулась от земли, подпрыгнула назад и приземлилась в клубящуюся тень за её спиной в виде портала. На мгновение она замерла там, силуэт на фоне фиолетового свечения, и прошипела:

— Мы ещё встретимся!

Портал вспыхнул ярче, затем схлопнулся с глухим хлопком, и колдунья исчезла.

В нижней части зала подземелья, где только недавно было противостояние магов, повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Финна и слабым треском затухающих магических всполохов.

Финн медленно опустил меч, но не вложил его в ножны. Он обернулся к Эльрину, взгляд его был холодным и настороженным:

— Ты всегда появляешься когда тебя не просят.

Эльрин слегка усмехнулся, откидывая капюшон. Его серебристые волосы блеснули, а длинные заострённые уши — в отблесках угасающего пламени.

Финн подошёл к девушке, присел рядом:

— Как ты?

Она подняла на него глаза — в них всё ещё читался страх, но теперь к нему добавилась усталость и облегчение.

— Жива, — голос её звучал хрипло, но твёрдо.

Эльрин подошёл ближе, достал из кармана плаща небольшой флакон с золотистой жидкостью:

— Выпей. Это вернёт часть сил. Не сразу, но через несколько минут ты почувствуешь себя лучше, — произнёс он.

Девушка приняла флакон дрожащими пальцами. На мгновение замерла, вглядываясь в мерцающую жидкость, словно пытаясь уловить в ней отблеск надежды. Затем, собравшись с духом, сделала осторожный глоток. Тёплая волна энергии прокатилась по телу, разгоняя остатки магического истощения. Она глубоко вздохнула, расправила плечи и провела ладонью по лицу, смахивая следы усталости.

— Спасибо, — тихо ответила она, с благодарностью взглянув на Эльрина.

Финн выпрямился, окинул взглядом поле боя — битва постепенно затихала. Маги в

белых одеяниях помогали раненым подняться, проверяли, кто ещё может стоять. Некоторые из союзников уже обменивались короткими фразами, проверяя, все ли целы. Воздух наполнялся запахом гари и пота, смешиваясь с остатками магической энергии, которая всё ещё витала в подземелье, мерцая редкими искрами.

Вдруг послышались размеренные шаги. Все обернулись: со стороны возвышенности, в сопровождении других магов, шёл верховный жрец Каэрон. Его белоснежная мантия с вышитыми на ней серебряными рунами мягко струилась за спиной, а в руках он держал посох — тот едва заметно светился, источая волны успокаивающей энергии.

Подойдя ближе, Каэрон окинул взглядом поле битвы: изувеченные колонны, обугленные следы магических атак, измождённых бойцов. Он провёл рукой по виску, подавляя усталость — было видно, что он всё это время поддерживал магов силой духовной поддержки, направляя потоки светлой энергии. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась глубокая усталость.

— Рад видеть, что вы целы, — произнёс Каэрон, подходя ближе. — Кто была та женщина?

Финн нахмурился, вспоминая детали схватки.

— Судя по силе магии — маг третьего ранга, — ответил он вслух. — Но они явно не были готовы к нашему появлению.

Девушка встала, слегка покачнулась — силы ещё не восстановились полностью. Финн мгновенно отреагировал: его рука мягко, но уверенно подхватила её под локоть, помогая удержать равновесие. Она благодарно кивнула, сделала шаг вперёд, опираясь на поддержку, и выпрямилась, стараясь выглядеть увереннее.

— Роза на её жезле мне очень знакома, — произнесла она.

— О, неужели? — Эльрин приподнял бровь.

— Это символ дома Вел’Тарин, — девушка бросила на него короткий взгляд. — Они считают себя хранителями «чистой» магии, а всех остальных — еретиками. Их маги носят такие же розы на жезлах, как знак принадлежности к ордену.

Финн хмыкнул:

— Понятно. Ещё одни фанатики с манией величия.

Каэрон подошёл ближе к девушке и посмотрел на неё усталым, но внимательным взглядом:

— Как зовут тебя, дитя?

— Лира, верховный жрец.

Каэрон слегка склонил голову, вглядываясь в её лицо:

— Ты из «Серебряного Щита», Лира. Но я не припоминаю, чтобы твоё имя было в списке экспедиционной группы.

Лира на мгновение замялась — её пальцы непроизвольно коснулись медальона под мантией.

— Ладно, — вмешался Финн в их разговор. — Пора возвращаться в академию.

— Ты прав, Финн, — подтвердил Каэрон, сделав шаг назад.