Гнев

Я не знаю, кто мои родители. Возможно, они мертвы, но Третий никогда мне о них не рассказывал.

И снова нужно искать место для ночлега. В детском приюте каждый ребёнок пытается задушить меня, когда я сплю. Все вокруг твердят, что я убийца, хоть мне только шесть лет. Но им, похоже, все равно.

Вон там, возле берега, стоит старый деревянный домик — там и переночую. Я вошёл в домик; дверь была открыта, окон здесь нет.

*Звуки фейерверков*

Кажется, уже двенадцать, и уже наступил мой день рождения. И одновременно праздник, который празднуют все жители Конохи — праздник победы над Девятихвостым Лисом.

С днём рождения, Наруто...

Я проснулся из-за того, что почувствовал запах чего-то горелого. Я открыл глаза и увидел страшную картину. Пятеро мужчин смотрят на меня из двери, а затем, когда видят, что я проснулся, закрывают её.

Сначала я не понял, что произошло, но потом до меня дошло... Они хотят сжечь меня в этом доме.

Я немедленно выбегаю к двери, но, как и ожидалось, она была закрыта. Они заперли её снаружи.

Я вижу, что красное пламя почти окутало весь дом, и теряю сознание. Я умру. Умру, и никто не будет горевать обо мне. Возможно, я сейчас буду с родителями...

Я очнулся в странном месте, похожем на канализацию. Слышно лишь, как падают капли воды, но я ощущаю какое-то странное чувство, будто я здесь не один.

Я чувствую, что это место куда-то ведёт...

Я иду до конца этого тоннеля. Кажется, у него нет конца, но вот я уже оказался посреди огромной комнаты с огромной клеткой. Мне на долю секунды показалось, что в ней сидит кто-то огромный. Казалось, я видел чьи-то огромные глаза... Но этого не может быть...

— Ещё как может.

Едва я услышал этот голос, как стал искать источник, но я знал, что этот звук исходил из этой клетки. И всё-таки я взял себя в руки и ответил:

— Кто здесь?

— Ты что, слепой? Не знаешь того, из-за которого тебя ненавидят все эти годы?

— Я не знаю, о чём вы...

— Хватит валять дурака! Кушина и Минато должны были всё тебе рассказать...

— Кто такие Кушина и Минато?

— Ты серьёзно ничего не знаешь?

— Ничего...

— Твои родители — Четвёртый Хокаге Минато Намикадзе и его жена Кушина Узумаки, прежняя джинчурики Девятихвостого Лиса, а именно — меня.

Эти слова прошли сквозь Наруто и словно пронзили всё его тело. Его отец — Четвёртый Хокаге, а мать — джинчурики Девятихвостого.

Третий Хокаге никогда мне об этом не говорил. Он всегда твердил, что мои родители умерли, спасая жизнь Наруто.

Но теперь, когда он услышал правду, в нём будто расбушевались две стихии — ненависть и желание прикончить их, причинить им те страдания, которые он испытывал шесть лет.

Но он сдержался от подробных расспросов о родителях, а вместо этого спросил вещь поважнее:

— Я умер?

— Можешь считать, что да. Но ты мне нужен живым, поэтому я дам тебе часть своей силы, чтобы ты вернулся в настоящий мир.

— Силы?

— Силы. Моей демонической силы, той, что уничтожает всё на своём пути.

— Хорошо, а как ты мне её дашь?

— Неважно.

На мгновение мне показалось, что помимо Лиса и его, в этом месте есть ещё кто-то...

Странное ощущение, будто я летаю, но я не могу летать, поэтому нужно открыть глаза...

После того как я открыл глаза, я увидел четверых людей — тех самых, что пытались сжечь меня. Но где же пятый? Я поворачиваю голову чуть левее и вижу тело. Мёртвое тело того, кто был с ними.

— П-п-прошу... п-пощади...

— У-умоляю...

Видеть четверых мужчин, которые молят о пощаде, было очень странным зрелищем, но во мне вдруг появилась очень страшная мысль...

— Аматерасу.

Эти слова вырвались сами по себе, будто их говорил не я... Были слышны мучительные стоны жертв.

Но презрение и ненависть всегда возвращаются к таким, как они. И мне было нисколько не жалко их.

Гнев был необратим.