Недогадливым в демонические культы лучше не вступать
После того как «экзаменаторы» отдали приказ, будь ты Чи Сюйлун или какой-нибудь другой «лун», оставалось лишь послушно встать в очередь.
Если разозлить экзаменаторов, можно ли вообще думать о вступлении в демонический культ? Как бы хорошо они ни процветали снаружи, разве могли они сравниться с мощью демонических культов?
У демонических культов есть непостижимый глава культа и множество сильных членов. А что есть у нас? Только мы сами, и высшая культивация среди нас — всего лишь продвинутая стадия Закладки фундамента.
Ни один из кандидатов не узнавал троих экзаменаторов, но это было понятно. В конце концов, демонические культы были куда более загадочным существованием, чем бродячие демонические культиваторы; они редко показывались на людях, так что ничего удивительного в том, что их никто раньше не видел. Хотя отбор начался на два часа раньше объявленного времени, никто не стал задавать вопросов.
Наверное, это часть испытания: пришедшие заранее показывают свою преданность демоническому культу, а те, кто придёт ровно вовремя, будут признаны недостойными вступления.
Лу Ян сидел, закинув ногу на ногу. Он достал кисть и бумагу, указал на первого человека.
— Говори, почему ты хочешь вступить в демонический культ? Какую ценность можешь нам принести? Каковы твои личные цели и планы? Какие у тебя ожидания по содержанию?
— А? — первый человек остолбенел от внезапного шквала вопросов. Это вопросы экзамена для вступления в демонический культ? Разве они не должны спрашивать о моей культивации, техниках культивации и о том, какие злые дела я совершил?
Не получив ответа, Лу Ян нетерпеливо махнул рукой.
— Что значит «а»? Если ты от одних наших вопросов язык проглотил, то, когда власти схватят тебя в будущем, ты что, выложишь им всё о демоническом культе?
— Ты не прошёл. Возвращайся.
Второй кандидат был главарём небольшой банды. За те несколько раз, что он попадал в тюрьму, его банду и жену несколько раз забирали подчинённые, и ему несколько раз приходилось возвращать их обратно. Это делало его довольно опытным главарём.
— Я Ню Ман, глава банды Цинлун. Я хочу вступить в демонический культ из-за лучших перспектив. Мои идеалы и философия демонического пути очень близки философии вашего демонического культа, и я уверен, что отлично впишусь в культ. Если мне дадут возможность вступить в ваш демонический культ, я непременно буду усердно творить зло и помогать культу становиться сильнее. Я вижу будущее, где мы вместе достигнем новых высот!
— Мой личный план прост: что бы демоническому культу ни понадобилось от меня, я сделаю это без жалоб. В конце концов, только когда демонический культ силён, я тоже могу быть сильным!
— Демонический культ уже даст мне место, где я смогу закрепиться, так как же я могу ещё просить содержание? Это я должен подносить дань культу!
Добравшись до кульминации, Ню Ман даже взмахнул кулаками, выражая решимость преодолеть все препятствия и встретить светлое будущее.
Звучал он очень подготовленно; в конце концов, именно так он учил банду Цинлун.
— Ты не прошёл. Возвращайся.
— Почему? — Ню Ман был возмущён; он считал свой ответ почти идеальным.
Лу Ян сурово отчитал его, чувствуя, что Ню Ман подвёл людей демонического пути.
— Что такое демонический путь? Это эгоизм, а ты так рвёшься служить демоническому культу, ничего не ожидая взамен. Как такой человек может быть демоническим культиватором? Как член демонического культа ты обязан всё время замышлять мятеж и свержение начальства! Можно ли вообще назвать демонический культ демоническим, если внутри нет междоусобиц?
— К тому же ты ведь сказал, что сделаешь всё, что нужно демоническому культу? Так вот сейчас демоническому культу нужно тебя отсеять. Проваливай!
Ню Ман ушёл подавленным, а те, кто стоял за ним, ощутили, будто их кругозор расширился. Такова, значит, философия демонического культа. Как и ожидалось от экзаменаторов: у них глубокое понимание демонического пути.
— Следующий, — позвал Мэн Цзинчжоу.
— Я Чи Сюйлун. Моя культивация — стадия Закладки фундамента.
Чи Сюйлун специально подчеркнул культивацию, надеясь, что экзаменаторы воспримут его всерьёз.
— Расскажи, какие злодеяния ты совершил.
На эту тему Чи Сюйлуну было что сказать.
— В детстве меня утащили волки и вырастили среди себя. Когда мне было десять, я убил этих волков костяным ножом и спустился с гор, а потом грабил всё, что хотел. Я сохранил эту привычку даже после того, как попал в город. Стоило мне чего-то не хватать — я крал. Констебли гнались за мной, но я был слишком быстр, чтобы кто-то мог меня поймать, и продолжал красть прямо во время бегства. Когда крал, я ещё и брал заложников, а всех, кто вставал у меня на пути, убивал.
Чи Сюйлун гордился своими поступками. После всего зла, что я совершил, как я могу не подойти демоническому культу?
Мэн Цзинчжоу покачал головой.
— Сейчас праведный путь занимает верх, поэтому нам, демоническому пути, приходится держаться в тени. Твои действия слишком броские и рано или поздно обернутся против тебя. Посмотри на себя: сколько людей знают, кто ты? А теперь посмотри на нас троих — кто-нибудь нас узнаёт? Видишь, вот в чём разница!
— Это не трусость. Это заранее продуманное сокрытие. Это мудрость прятаться на виду!
Ман Гу с любопытством взглянул на Лу Яна и Мэн Цзинчжоу. Почему мне кажется, что брат Лу и брат Мэн так хорошо знакомы с демоническим путём?
Чи Сюйлун был глубоко вдохновлён. Он понял, что недооценивал сложность демонического пути, и ушёл по собственной воле.
— Меня зовут Шэнь Цзиньи, — с улыбкой представился бледнолицый учёный. Услышав предыдущие вопросы и ответы, он решил, что понял подход экзаменаторов.
Ман Гу окинул его учёный вид взглядом. Он, наверное, тоже конфуцианский культиватор!
Был один вопрос, который давно его мучил и на который даже Четвёртый старейшина не смог ответить. Ман Гу воодушевлённо спросил:
— Если слова «нян» и «ма» звучат похоже и оба относятся к женщине, можно ли называть «гунян» «гума»?¹
Вопрос застал Шэнь Цзиньи совершенно врасплох. Несмотря на сорок лет жизненного опыта, он впал в оцепенение. Пока Ман Гу молчал, Шэнь Цзиньи думал, что этот экзаменатор слева выглядит простодушным и обычным. Он не ожидал, что Ман Гу с ходу бросит такой неожиданный мяч.
Однако Шэнь Цзиньи не стал прямо признавать, что не знает ответа.
— Я убийца, а не конфуцианский культиватор.
— Убийца? Ты изучал уголовное право? — с интересом спросил Лу Ян.
— Немного изучал, — скромно ответил Шэнь Цзиньи. На самом деле он изучал уголовное право очень подробно, особенно потому, что убийце нужно понимать, как избегать закона.
— Тогда я спрошу тебя кое о чём. Уголовное право определяет убийство так: «умышленное лишение жизни образует состав этого преступления».
— Значит, самоубийство образует состав умышленного убийства?
Шэнь Цзиньи получил второй неожиданный мяч.
Увидев, что Шэнь Цзиньи не может ответить, Лу Ян разочарованно махнул рукой.
— Ты даже на вопросы из собственной области не смог ответить. Возвращайся.
Всего за пять минут Шэнь Цзиньи пережил величайшее поражение в своей жизни. Разве нормальный человек способен придумать такие вопросы? Неужели в демонический культ могут вступить только таланты, у которых мозги устроены иначе, чем у обычных людей?
---
Поскольку отборочные испытания были важным делом, глава филиала мог быть спокоен только если лично за ними присмотрит. Ради этого он специально планировал прибыть на час раньше, чтобы подготовиться.
По дороге к месту проведения глава филиала увидел, как один за другим уходят люди с яростным видом, бормоча что-то вроде: «Собеседование и правда тяжёлое», «В демонический культ вступить непросто», «Так вот она, истинная суть демонического пути», «Через тридцать лет приду попробовать снова», — словно они достигли просветления.
Глава филиала погрузился в размышления. Я ведь ещё даже не прибыл. Так кто, чёрт возьми, проводит отбор?
А затем он увидел, как троица Лу Яна вершит суд с всевластным авторитетом.
### Примечание
1. В оригинальном тексте «нян» — старинный ласковый способ обратиться к матери — значит примерно то же, что и более современное «ма». Вопрос строится на том, можно ли «гунян» — молодую девушку — назвать «гума» — тётушкой: «гу» взято из «гунян» и соединено с «ма», получается «гума».