Глава 33.0

До монастыря мы добирались ещё полдня. Альберт каждые три секунды жалобно смотрел на Тоню и спрашивал, не чувствует ли она присутствие людей. Как ни странно, она отвечала на каждый вопрос и голос не повысила ни разу. Поражаюсь её выдержке.

Когда девочка вместо привычного "Ничего не чувствую!" ответила "Почти дошли!", мы все выдохнули от облегчения. Терпеть расспросы горе-разведчика сил больше не было.

На первый взгляд, место было совершенно пустым. Сплошные деревья, пара скал в округе да дятлы, долбавшие по стволам с особым остервенением. Но вот если приглядеться... Слегка напрячь глаза и залезть в душу этому лесу... Становилось видно всë-всë-всë.

Огромное здание высотой метров пятнадцать, терем из десятка сортов деревьев. Стояла сия махина перед нами, приглашая войти, но не так, словно мы здесь хозяева или желанные гости... Скорее, с некой жалостью и теплотой, будто мы нищие душой, которым требуется буханка хлеба из концентрированной мудрости.

- Ну так что, Тоня? Мы пришли? - Альберт разбил своей глупостью мой фарфоровый сервиз глубокомыслия.

- Ты не видишь?! - пришлось повысить голос. Эти повторяющиеся реплики доведут любого.

- Что он должен был увидеть? - Лика подошла ко мне и внимательно заглянула прямо в глаза.

Ей-богу, словно я идиотка какая...

- Все ясно... Потерпите минутку.

Я со всем своим накопившимся недовольством подошла к терему и с титаническим усилием распахнула дверь. Сзади послышались возгласы удивления.

Эффектом я довольна.

- А почему остальные ничего не видели? - Рой с недоумением разглядывал обитель монашек.

- Скрываются, как могут, - я пожала плечами.

- Но я... Я тоже ничего не заметила! Это же лес! - Тоня насупилась. Ей было непривычно уступать кому-то во внимательности, особенно на своей территории.

- Ходи в храм почаще, - я вновь пожала плечами.

- Мы заходим? Или еще подождем? - Итан вставил слово.

Я улыбнулась, глядя в темноту терема, и сделала шаг вперед. Пора закончить этот фарс, хочу вернуться обратно в столицу как можно быстрее.

Внутри была уютная полутьма. Сначала я думала, что придется просить факел у Роя (перед этим чуть было не сделала свои светильники по привычке), но оказалось, что тёмным помещение виделось только снаружи.

Остальные ребята входили не так охотно. Дольше всех тормозила Тоня. Ей явно было неприятно, что в лесу есть что-то, неподвластное её чутью.

- Есть кто-нибудь? - Рой крикнул в тишину.

Молчание. Ясно, здание настолько большое, что здешние монашки могли попросту нас не услышать...

- Постойте, - Тоня схватилась за нож на поясе. - Я что-то чую!

Мы напряглись. С чего бы девчонке хвататься за оружие здесь? В месте, где живёт несколько десятков целительниц?

- Это здесь! - девочка ткнула ножом в сундук на другом конце комнаты.

Альберт без колебаний принялся за замок, ему потребовалось минуты три, не больше. Вместе с Роем они откинули крышку (скрип был отвратителен) и уставились в недра сундука.

- Почему вы... Внутри? - голос Альберта дрогнул. Жаль, не вижу его лица, там наверняка забавная гримаса.

- Я д-думала, нас у-убьют... - из сундука вылезла женщина лет тридцати. Одета она была совсем скромно, типичный наряд монахини, покрывающий все тело за исключением лица. Только... Только синяк под её левым глазом меня напрягает...

- Ну что вы! - Лика полетела исправлять ситуацию. Ну да, исправлять, определенно, было что. - Мы здесь по поручению короля...

Следующие полчаса прошли довольно скучно. Лика и Рой объясняли монашкам, что мы здесь вообще забыли и почему нельзя отбирать наше оружие. Я за это время успела помолиться и обойти зал, в котором происходили переговоры.

В итоге оказалось, что из-за разбойников в округе монахини привыкли прятаться каждый раз, как к ним приходит кто-то новый. А наш отряд как раз очень похож на очередных неприятелей. Поэтому мы и нашли женщину во чреве сундука.

- Я могу пройти к алтарю? - я влезла посреди разговора, не желая больше терпеть эту тягомотину. Ну правда, очередные споры про лук Роя или то, куда нам нельзя ходить... В общем, слушать этот бред снова и снова выше моих сил.

Монахиня как-то странно на меня посмотрела, а затем кивнула, слегка нахмурившись. Она не имела права мне отказать, это неотъемлемое право любого жителя королевства. За исключением рабов, конечно.

Я улыбнулась, возможно, слегка высокомерно, из-за этой маленькой победы. Если посмотреть честно на эту ситуацию, то монашки никакого права нам отказывать не имеют. Монастырь под личной защитой короля, так что мы, как его официальные силы, можем делать все, что прописано в бумагах с печатью властей.

К сожалению, оппозиция короля состоит только из дворян и, возможно, гильдий ремесленников. Все остальное в его руках, насколько мне известно.

А жаль, было бы забавно, если бы маги были отдельной силой со своим влиянием... Может, организовать такую?

Я злобно захихикала, направляясь в соседний зал со своими младшими товарищами. Им тоже осточертело слушать беспочвенные препирательства.

Алтарь был довольно обычный. Огромная женская фигура из светлого камня в центре, вокруг четыре ящера в разных позах. Земляной дракон лежит за своей матерью, окружив её своим хвостом, водный заискивающе смотрит ей в глаза, облизывая материнскую руку, огненный рядом встал на дыбы, готовый её защищать. А воздушный... Он сидит на её плечах и что-то шепчет в ухо.

Сделано достойно, характеры драконов переданы довольно точно. Только печалит, что такая красота спрятана в этой глуши. Надо будет заглянуть в храм в столице, узнать, что там сделали...

Я плавно опускаюсь на колени и молюсь снова. Нет, я не соврала: я правда хотела побывать у алтаря ради этого. Просто удобно, что так можно ещё и по монастырю пройтись. Двух зайцев, как говорится.

Тоня с Итаном смотрят на меня как-то странно. Я никак не реагирую. Сейчас я делаю то, что нужно, там, где нужно. У меня в кои-то веки нет ни капли сомнений. Временами кажется, что я здесь уместнее, чем некоторые монашки. Наверное, я так думаю, потому что презираю большую их часть.

Не могу понять, откуда во мне это чувство. Этот монастырь - их дом, они посвятили свою жизнь богине и её детям. Но все равно есть ощущение, что для них это лишь игра, словно они не понимают, чему служат на самом деле, будто до них доходит лишь самая толика, и её совсем не хватает, чтобы осознать хоть что-то.

Я вздохнула. Открыла глаза. Недовольно (и может, слегка высокомерно) взглянула на девушек, косившихся на меня из-за угла. Я повертела головой по сторонам и увидела ребят, которые пытались мне подражать. Забавно и мило. Их незнание и неуверенность были нормальны, для них характерны другие вещи. Тоня - лесное и кровавое, Итан - точное и холодное. Они хороши в своих сферах, там с ними мало кто сравнится.

А вот монахинь я простить не могу. Какое-то животное отторжение. Они ничего плохого не сделали. Может, сделали гораздо больше хорошего, чем я. Но нет, принять их я не могу.

В таких расстроенных чувствах я продолжила ходить по обители своей богини. Запутавшись окончательно, я могла лишь злобно зыркать, шептаться с друзьями и осматривать монастырские залы.

Мы зашли гораздо дальше, чем мне разрешила монахиня. Честно говоря, мне все равно, что она там разрешит. Я чувствую, что гораздо ближе к богине, чем все они, и это ощущение даёт безграничную уверенность. Странно? Да. Самонадеянно? Конечно. Продолжу ли я ходить, где мне вздумается? Естественно!

Наши гуляния прервались с возвращением старших. Они были немного злые, уставшие и без оружия. Вероятно, общий язык с монашками найти не получилось, но нас хотя бы не выгнали. Уже победа.

Очевидно, убрать пришлось лишь то оружие, которое носится на теле. Скрытые клинки и прочая пакость остались при нас. Не могу представить случай, в котором Тоню бы убедили вытащить все её ножики.

Монахини решили отвести нас в комнаты для послушниц и паломников, что удручало. Проведем мы здесь не одни сутки.

Комнатушки были небольшие, но чистые. Что-то подсказывает, что у монахинь условия не лучше.

Мы бросили свои вещи в этих комнатках и смогли наконец обойти монастырь не исподтишка и пригибаясь под тяжестью нелегального прибывания, а вполне себе спокойно и по правилам.

Обход всем составом ничего нового не дал. Здание с очень скромной и даже бедной обстановкой, вся роскошь осталась в большом зале со статуями. Я почувствовала лёгкое разочарование, честно говоря. Не так много мест, где можно увидеть что-то, что относится к моей покровительнице, но даже там интересного чертовски мало.

Когда старшие захотели осмотреть все еще разок и получше, мы с Тобой отпросились пойти разложить вещи в наших новых комнатах. В очередной раз обходить мрачные тёмные коридоры в поисках абсолютного ничего особо не хотелось.

Мы каким-то чудом с первой попытки дошли до нужного места, хотя, как я уже говорила когда-то, запомнить дорогу для меня - одно из самых сложных дел.

Тоня и я молчали, так что подошли к нашим комнатам мы довольно тихо. Вдруг подруга напряглась и стала указывать дрожащим пальцем на дверь. Она была приоткрыта!

Я раскрыла глаза максимально широко от удивления и ухватилась за дверную ручку. Тоня показала три пальца, затем два...

Когда последний палец опустился, я резко дернула за ручку и тут же увидела, что творилось в нашей комнате.

Одна из монашек одернула руки от наших сумок. Затем девушка встала, поправила платье и без единого слова покинула комнату.

- Стой! - Тоня опомнилась первая.

Только монахиня уже скрылась.

- Ты запомнила её лицо? - спросила я, наконец сделав вдох.

- Я почти ничего не заметила. И вообще, они тут все одинаковые! - нотка обиды в голосе девочки.

- Вряд ли она действовала по своей воле... Тогда не важно, кто это был, не думаешь?

- Я не думаю! Я знаю, что здесь шпионы или воры! - рыжулька стиснула зубы и сжала руки в кулаки.

- Мне кажется, первое в несколько раз хуже.

После этих глубоких разговоров мы принялись изучать, что конкретно успела облазить монашка. Надо же будет выдать ребятам хоть какой-то отчет об этом происшествии.