Откуда Ты?

Вероятно, потому что их собирались отправить в гладиаторскую школу, чтобы они стали гладиаторами, работа, порученная им, была не слишком обременительной, и на данный момент Чжан Хэн не чувствовал жестокого гнета рабства.

Надсмотрщик не появлялся после того, как они закончили работу, и не поручал им новых заданий, как будто вообще забыл об их существовании, поэтому Чжан Хэн и Варро, два новых раба, без всякого стыда приняли это как должное.

Чжан Хэн взял на себя инициативу, чтобы побольше пообщаться с Варро, желая получить от него как можно больше полезной информации, в конце концов его знания о Древнем Риме ограничивались некоторыми известными историческими личностями и историческими событиями. Варро же отличался от обычных рабов, поскольку до того, как стать рабом, он был полноценным римским гражданином и торговцем, и он был хорошо информирован. В противовес своему крупному телосложению, он был очень приятным человеком. В то же время, возможно, потому что он чувствовал смущение за свои предыдущие слова, он в основном отвечал на все его вопросы.

Учитывая их текущую ситуацию, Чжан Хэн сначала спросил Варро о положении рабов, потому что из его предыдущих слов он смог понять, что хотя рабы и находились на самом дне римского общества, казалось, все еще существовала большая разница в судьбе между разными рабами.

“Это, конечно, правда”. Варро терпеливо объяснил: “Например, остаться в городе обычно было лучше, чем оказаться проданным в деревню, потому что город был относительно богат, и рабы жили в более лучших условиях. Некоторым знатным людям приходилось проявлять к ним доброту, чтобы сохранить свою репутацию, поэтому большинство из них не слишком притесняли рабов, так что вся работа последних сводилась к заботе о своем хозяине, уборке и так далее. Это, конечно, нельзя назвать тяжелой работой, но вот работа на земле – это было совсем другое дело”.

Варро облизал свои слегка пересохшие губы, а затем продолжил: “Когда тебя продают в деревню, либо на ферму, либо в шахту, еда и условия жизни там совсем плохие, потому что хозяева там будут пытаться заставить тебя работать больше, им плевать на твою жизнь, чем больше ты работаешь и меньше ешь, тем больше они зарабатывают. Женщинам-рабыням еще хуже, их заставляют постоянно рожать детей. Каждый рожденный ребенок - это заработок для хозяина, неважно оставит ли он его себе для работы, или перепродаст его с выгодой”.

“Тогда что насчет вложений, о которых ты говорил ранее?” - спросил Чжан Хэн.

“О, это лучшая судьба для раба с определенным талантом, как у меня, можно попросить хозяина вложить сумму денег и открыть своё собственное дело. Пока ты можешь приносить хозяину постоянный доход, твой статус будет естественно расти, тебе не нужно будет служить хозяину, как это делают другие рабы. А если повезет, то сможешь в конечном итоге даже получить свободу, ведь в качестве стимула для рабов многие хозяева устанавливали определенную сумму, и, заработав ее, ты снова восстановишь статус римского гражданина”.

“Звучит неплохо”, - сказал Чжан Хэн.

Варро колебался, а затем добавил: “На самом деле, стать гладиатором ...... - это тоже почти выход, если ты сможешь пройти тестирование и стать гладиатором, твой статус будет немного выше, чем у обычного раба. И если ты сможешь выиграть определенное количество игр на арене, ты также сможешь получить свободу, но все это слишком сложно. Многие гладиаторы, которые сражались на поле боя с большим мастерством, не дожили до этого дня, что уж говорить о нас. Кстати, откуда ты? Я никогда раньше не видел человека с такими чертами лица”.

“Я родом из Великой империи Хань на Востоке”, - сказал Чжан Хэн.

Он не лгал, второй век н.э. – это восточный период династии Хань в истории. В это время династия Хань и Римская империя были двумя самыми могущественными империями, настолько, что в более поздние времена многие люди в интернете, которым нечем было заняться, с увлечением обсуждали, кто бы стал победителем в схватке между династией Хань и Древним Римом, жаркие споры об этом ведутся до сих пор.

Но, к сожалению, до сих пор, хотя в Китае и были найдены такие артефакты, как римские кубки, у археологического сообщества никогда не было единого ответа на вопрос, был ли контакт между Древним Римом и династией Хань, и в какой степени, не говоря уже о том, кто бы победил в схватке между ними. В свою очередь, чем больше обсуждалась тема такого виртуального поединка, тем больше она становилась бесконечной, поскольку ни одна из сторон не могла убедить другую.

Конечно, Варро был в растерянности, когда услышал о Великой империи Хань, он и понятия не имел, где она находится. “Тогда как же ты попал в Рим и стал рабом?”

“Я хотел посмотреть, что находится на западе, поэтому я отправился в путешествие. Когда я направлялся в Персию, по пути я столкнулся с бандитами, которые продали меня работорговцу, вот так я и попал в Рим”. Чжан Хэн небрежно придумал себе легенду, которую не так-то легко было опровергнуть.

“Тогда тебе крупно не повезло, мой друг с Востока”. Варро выдержал три секунды молчания по несчастной судьбе Чжан Хэна. По его мнению, темперамент Чжан Хэна и его ухоженная кожа были доказательством того, что Чжан Хэн был знатным человеком в империи, которую он называл Великая Хань, и, вероятно, человеком не простого статуса.

В конце концов он не знал, что с ним произошло. И зачем ему нужно было отказываться от своей хорошей жизни господствующего класса, чтобы стремиться к странствиям по чужим землям, которые находились так далеко от его дома. Впоследствии он был захвачен бандитами, и не только превратился из знатного человека в раба, не имея никакой возможности вернуться домой, но и, похоже, должен был потерять свою жизнь здесь.

Однако прежде, чем он успел на несколько секунд проникнуться чувствами к Чжан Хэну, он вспомнил, что его собственные страдания ничуть не меньше, поэтому его настроение снова упало. Но благодаря этой связи он почувствовал, что его отношения с Чжан Хэном стали немного ближе, ведь у них у обоих до этого была хорошая жизнь, а затем их постигло несчастье, которое превратило их в рабов.

Варро не мог удержаться, чтобы не похлопать себя по груди и сказать: “Не волнуйся, в будущем, если я верну себе свободу, я обязательно выкуплю тебя с арены, когда заработаю денег, чтобы ты смог вернуться в свой родной город”.

“Тогда большое спасибо”. Чжан Хэн вежливо ответил, но на самом деле не принял обещание Варро близко к сердцу.

Поскольку теперь он знал, что рабы располагались на самом дне римского общества, он определенно не мог позволить себе оставаться рабом всю игру. Уже хорошо было то, что, хотя римское общество и было рабовладельческим, оно не было закостенелым, по словам Варро, раб мог дослужиться до римского гражданства, что имело статус даже выше, чем у перегрина, и даже плебей мог стать богатым и знатным, хотя сделать это было, конечно, сложнее, чем стать плебеем из раба.

Чжан Хэну не нужно было думать об этом на данном этапе, ему просто нужно было сначала избавиться от своего статуса раба.

Они болтали некоторое время, пока не наступило время ужина.

Если честно, ужин был неплох, правда он не был таким разнообразным, как в более поздние времена, основным блюдом были горох и каша, и большой редкостью было так, чтобы в каше было мясо или крабы.

Но Варро не обрадовался этому и шепнул Чжан Хэну: “Похоже, они действительно планируют отправить нас тренироваться в гладиаторскую школу”.

Перевод: Флоренс