Трещина в душе

**ГЛАВА 11 — Трещина в душе**

Я открыл глаза и сразу пожалел об этом.

Всё тело болело. Не мышцы — а что-то глубже. Словно каждая кость, каждый нерв, каждый кусочек сознания был покрыт тонкими, болезненными трещинами. Я лежал в своей кровати, но она казалась чужой. Слишком мягкой. Слишком безопасной.

Надо мной склонилась мама. Её глаза были красными от слёз и недосыпа. Она держала мою руку так крепко, будто боялась, что я исчезну, если отпустит.

— Элион… милый, ты очнулся… — её голос дрожал. — Как ты себя чувствуешь?

Я хотел ответить, но горло сжалось. Изо рта вырвался только хриплый, слабый звук. Мысли путались. На секунду я почувствовал запах мокрого асфальта и выхлопных газов — воспоминание Теодора. Потом — запах гари и чёрного света из разрушенного мира. А потом — снова аромат лаванды и магических благовоний этой комнаты.

Три разных запаха. Три разных жизни. И все они пытались существовать в одном маленьком теле.

— Мама… — тихо прохрипел я.

Она заплакала. Тихо, почти беззвучно, прижимая мою руку к своей щеке.

Рядом стоял мастер Элдрин. Его лицо было серым от усталости. Отец стоял у двери — прямой, как всегда, но в его глазах я впервые увидел настоящий страх. Рейн сидел в кресле у окна и молчал, но его взгляд был острее обычного.

— Приступ длился почти сутки, — тихо сказал Элдрин. — Мана в твоём теле стала… хаотичной. Ядро будто пыталось разделиться на части. Я никогда такого не видел. Мы едва тебя стабилизировали.

Я закрыл глаза.

*Разделиться.*

Это слово ударило сильнее, чем боль.

---

Когда все наконец вышли (мама ушла последней, и то только после долгих уговоров), я остался один.

Комната была тихой. Слишком тихой. Я лежал и смотрел в потолок, где был нарисован золотой лев — символ рода Веларион. Но сейчас этот лев казался мне чужим.

Я попытался уснуть.

И вместо сна провалился внутрь себя.

---

Там не было света.

Только тёмное, бесконечное пространство, разбитое на трещины. Словно огромный кусок стекла, который уронили с огромной высоты, а потом попытались кое-как склеить.

Я стоял посреди этого пространства — маленький, трёхлетний мальчик в ночной рубашке. Но я чувствовал себя и старше, и младше одновременно.

Из одной трещины доносился шум дождя. Запах мокрой одежды. Голос матери из другого мира:

— Теодор, ужинать!

Я повернулся. Там, в разломе, мелькали обрывки: серые многоэтажки, экран телефона, ночные смены, одиночество, усталость, обычная человеческая жизнь. Жизнь, которая закончилась под колёсами машины.

Из другой трещины шёл запах гари и крови. Там стоял он — Элион из будущего. Двадцатичетырехлетний, измотанный, с тёмными кругами под глазами. Он смотрел на меня устало, почти с жалостью.

— Ты не выдержишь, — тихо сказал он. Голос был моим, но гораздо более тяжёлым. — Мы не можем существовать вместе. Трое в одном. Это невозможно.

Я почувствовал, как внутри меня что-то рвётся.

Нынешний я — маленький Элион Веларион — стоял между ними. Я тянулся к обоим. К обычной жизни Теодора. И к тяжёлому долгу Элиона из будущего. Но чем сильнее тянулся, тем сильнее трещины расходились.

Боль стала невыносимой.

Я закричал. Не голосом — всем сознанием.

И тогда появилось **Оно**.

Не фигура. Не голос. Просто Присутствие.

Огромное. Старое. Спокойное. Оно не было ни добрым, ни злым. Оно просто было. Как скала посреди шторма. Как клей, который пытался удержать разбитое стекло от окончательного распада.

Я почувствовал, как оно мягко, но властно начинает стягивать трещины. Не залечивать — просто не давать им разойтись дальше. Оно не говорило. Но я понял.

«Ты нестабилен.»

«Три личности не могут долго сосуществовать.»

«Если ничего не изменить — ты разрушишься.»

Я почувствовал холодный ужас.

Это существо… оно было тем, что удержало мою душу во время переноса. Именно оно не дало мне разорваться на части, когда душа Теодора и остатки души Элиона столкнулись. Оно склеило нас. Но склеило плохо. Временно.

Теперь цена становилась очевидной.

---

Я резко открыл глаза в своей кровати.

Сердце колотилось. По лицу текли слёзы. Я даже не заметил, как начал плакать.

Теперь я понял.

Я — не просто реинкарнатор.

Я — ошибка.

Неправильное существо, которое должно было умереть ещё при переносе. Меня держит на плаву нечто, чего я даже не понимаю. И если я ничего не сделаю, однажды это всё рухнет.

Теодор исчезнет.

Элион из будущего поглотит меня.

Или мы все просто развалимся на куски.

Я сел в кровати, обхватив колени руками. Маленькое тело дрожало.

Мать тихо вошла в комнату. Увидела, что я не сплю, и сразу подошла, обняла меня.

— Всё хорошо, мой хороший… мама здесь.

Я прижался к ней и впервые за долгое время заплакал по-настоящему. Не как наследник. Не как носитель чужих воспоминаний. А как ребёнок, которому очень страшно.

Но даже в этих слезах я уже думал.

*Прежде чем спасать этот мир… мне нужно понять, кто именно будет его спасать.*

Я не могу быть тремя разными людьми.

Я должен стать одним.

Иначе однажды меня просто не станет.

---

**Конец главы.**