Не дадите ли сигаретку?

    — Извините, Владимир Евгеньевич! — нервно сказал я. 

    — Я б на твоём месте либо начал оправдываться, либо для начала поздоровался. — спокойно произнёс ИВПС, — У тебя мозги на месте, дружок? Это не школа и за сломанную в раздевалке дверь ты предупреждением не отделаешься.

    — А это здание налоговая бы не миновала. — парировал я, зная, что мы останавливаемся на частной территории, а не в госучреждении. Я подозревал, что эта развалюха не была приспособлена для коммерческих целей и уж точно не проходила проверку безопасности. 

— Если б дошло до серьезных разбирательств, я имею ввиду. — пауза в нашем диалоге подозрительно затянулась после моей своевольной фразы. Да и толпа позади, к моему счастью, притихла, в ожидании зрелища. 

Мы отошли в сторону комнат учителей, и я невольно задумался ‘Услышал ли ИВПС разговорчики в толпе?..’. Краем глаза я заметил, что в комнатах была и классная дама параллельных ребят, которая при каждой провинности жаловалась родителям… Не хотел я ей попасться. 

Совершенно противоположно моим ожиданием мы свернули в одну из пустых комнат. Видимо, это и была комната ИВПС. Я застыл на месте и вытянулся как в армии, оставалось только бодро зашагать и козырнуть местному лейтенанту. Но шагать было некуда — Владимир Евгеньевич прикрыл дверь, что означало, пока он не разрешит я это помещение не покину. Пока наш историк наливал себе водки из фляги, чтобы обработать дверное ранение, я хотел начать разговор, но, придавленный авторитетом впереди стоящего человека, проглотил свои безвкусные шуточки. 

Пауза затянулась, однако начать разговор я так и не решился, поэтому начал рассматривать эту комнату. Все вещи были разложено аккуратно, со вкусом. На двухэтажной кровати белье было чуть помято, но не расправлено, даже к 23 часам учителя так и не отдыхали в горизонтальном положении. Я почувствовал запах сала с хлебом и сигарет. Нет, здесь не было накурено, но обитатели этой комнаты явно не пренебрегали табаком. 

— Тебе не надоело молча стоять? — после долгого молчания спросил меня Владимир Евгеньевич, прикладывая ко лбу холодную пепси колу. 

— Никак нет! Чем я мог бы Вам помочь? — произнёс я. 

— Кхм. Ты уже натворил достаточно. Не хочешь объяснить своё неподобающее поведение в столь поздний час? — эта фраза вернула меня в реальность и я вспомнил о действии и диктофоне, который записывал выполнение одного глупого желания у меня в кармане. 

— Владимир Евгеньевич, нам разрешили не спать до полуночи, вот я решил воспользоваться этим временем и пройтись по коридору. А вас я встретил абсолютно случайно и, к сожалению, при таких … э.. обстоятельствах. — ответил я пытаясь натянуть на лицо невинную ухмылку. 

— Случайно.. сбивал мусорные баки, пнул дверь…

— Я их не сбивал, а..! — пытался оправдаться я, но строгий взгляд учителя меня остановил… буквально, сковал, я не мог произнести больше ни слова. 

— Знаешь, а это не случайность, а последствия раздолбайства и непристойного поведения. — отрезал ИВПС. — Свободен. 

Я был шокирован и застыл на месте пытаясь переварить информацию. Меня отпускают без разбирательств? Ничего не произойдёт?

— ***ский, чего застыл. На выход! — сказал историк с напускной строгостью. 

Владимир Евгеньевич редко называл меня по фамилии, но никогда не делал этого, чтобы отчитать. Я понял, что не слишком учитель был и зол на меня. Поэтому я решил воспользоваться оттепелью в настроении ИВПС и нанести финальный удар:

— Владимир Евгеньевич, я тут подумал. У вас сигаретки не найдётся? — улыбнулся я. 

Моментально и с грохотом я оказался за дверью, расслышав только парочку латинских чертыханий. Из двери я вылетел прямо на одного из зевак, который подслушивал наш разговор. Я на автомате сунул какую-то вещицу штаны, так же быстро как подросток прячет порнушку, когда мама заходит в комнату. Неожиданно я был рад, что кто-то подслушивал наш диалог. Разумеется, неприятно, когда за тобой наблюдают, но зато скидывать всю диктофонную запись этого приключения в чат мне не придётся. 

Я до сих пор не верил в своё счастье. Меня не отчитали, не позвонили родителям и не снизили оценку по поведению. С легкой душой и выполненным действием я, походкой победителя, зашел в нашу комнату. Выслушав восторженные отзывы я отлучился в уборную, чтобы проверить какой-то свёрток, который я нащупал при выходе из комнаты ИВПС. 

Пошарив в карманах я вновь удивился. В руках у меня была пачка сигарет. А снаружи назревала проверка вещей, о которой я даже не подозревал.