Глава 1.0

— Кейн, ты меня слушаешь?

Женский голос пробудил Кейна от его мыслей.

— Да, Кэти, я тебя слушаю.

— Для тебя я Кэтрин.

Эта женщина по имени Кэтрин была уже в годах, но все еще выглядела молодо для своих лет. Ее темное пальто, узкие джинсы и ярко-красная рубашка придавали ей весьма привлекательный вид.

Это была глава города, который жители любезно называли Свалкой. Подумав об этом, Кейн усмехнулся.

— Чего смеешься?

— Я тут пытаюсь убедить тебя не совершать самоубийство, а ты смеешься?

Слова Кэтрин задели Кейна, и он снова сосредоточил свое внимание на ней.

Разведя руки, Кейн ответил:

— Это не самоубийство, я просто иду домой.

— Насколько я знаю, ты не идиот, — с раздражением проговорила Кэтрин. — У нас тут апокалипсис случился, а ты идешь домой?

— Да, мне не хватает моего мишки, — с ухмылкой ответил Кейн.

После его слов в Кейна полетела любимая пепельница Кэтрин. Рефлексы Кейна спасли его, но пепельница с грохотом разбилась об стену.

— Ты что делаешь? — с притворным замешательством спросил Кейн.

В той же позе, что и Кейн ранее, Кэтрин развела руки и спокойно объяснила:

— Подумала, если сильно ударить тебя по голове, приведу тебя в чувства.

Кейн в ответ на ее слова молча обернулся, посмотрел сначала на разбитую керамическую пепельницу, а потом на вмятину в стене, которую она оставила.

— Твои методы, <кашель>, скажем так, довольно экстремальны.

— Какие люди, такие и методы.

Откинувшись на стул и подняв голову к потолку, Кэтрин продолжила спокойным голосом:

— Ты правда собираешься идти?

— Да, — с лучезарной улыбкой ответил Кейн.

— <Вздох>, ты мне хотя бы объясни, почему ты так рвешься домой?

На мгновение из глаз Кейна пропала та непоследовательность, которая была ранее, но сразу же вернулась обратно. Если бы Кэтрин не знала этого собирателя так долго, то не заметила бы этих мелких изменений.

— У меня дома есть одна вещь, которую я обязан забрать.

— Мишка? — с улыбкой спросила Кэтрин.

— Смешно, — покачал головой ответил Кейн. — Нет.

— А что же?

Пусть Кэтрин и было уже за 40, но ее любопытство с возрастом не пропало, и она напирала на Кейна, как паровоз, желая знать ответ.

— Фотография.

— И все? — с недоумением спросила Кэтрин.

— Да, и все.

Другой на месте Кэтрин стал бы смеяться, но Кэтрин выразила лишь удивление.

После катастрофы, когда погибли не просто люди, а целая цивилизация, такие простые вещи, которые напоминали о былых временах, были для людей ценнее любых богатств, и Кэтрин это очень хорошо знала.

Посмотрев на старую выцветшую фотографию, Кэтрин вернула свой взгляд Кейну.

— Я устал, Кэтрин, уже 10 лет мы пытаемся выжить.

— <Вздох>, я устал, я просто хочу домой, снова увидеть семью.

— Пусть и на куске бумаги.

После ответа Кейна в кабинете Кэтрин было настолько тихо, что если бы упала иголка, это было бы самое громкое происшествие в этом кабинете.

Кэтрин решила прервать наступившее молчание, но, взглянув на Кейна, она поняла, что не сможет переубедить его.

— Возвращайся обратно целым, — с грустной улыбкой, которая явно не подходила ей, пожелала Кэтрин.

— Конечно, не могу же я допустить, чтобы ты оказалась права.

Посмотрев на скривленное от удивления лицо главы города, Кейн выбежал из кабинета и, довольный тем, что получил разрешение, начал собираться.

Опускаясь по лестнице, Кейн попрощался с охраной и вышел из здания. Обернувшись, Кейн увидел перед собой простой двухэтажный дом, по которому то тут, то там были видны различные трещины, некоторые из которых были залиты бетоном, что создавало весьма странный рисунок в серых тонах.

Повернув голову, Кейн пошел на местный рынок города. Пусть Кейн и говорил, что это город, но по-настоящему это была небольшая деревня, основанная во времена начала катастрофы 10 лет назад в старом разрушенном городе, окруженная стеной из смеси бетона и различного мусора, поэтому город и назвали Свалкой.

Остановившись, Кейн проверил список, который сам составил перед походом к Кэтрин:

Патроны, 3 барабана;

Вяленое мясо;

Вода;

Травы для отпугивания тумана;

Топливо для керосиновой лампы;

И более мелкие покупки.

Идя к единственному магазинчику в городе, Кейн шел как можно медленнее. Это было не первое его посещение, и с хозяином местного магазинчика он был хорошо знаком. Именно поэтому Кейн не очень хотел туда идти. Ведь из-за их хорошего знакомства хозяин занял ему денег, которые Кейн уже давно не возвращал. Пусть деньги сейчас для него и не имели большого значения, но Кейн все равно не хотел возвращать долг. Ведь увидеть перекошенное от раздражения лицо хозяина было довольно-таки весело, пусть ему и могло за это влететь. А долг все равно надо будет вернуть. Но это стоило того, размышлял Кейн, постепенно ускоряя шаг.

Зайдя в старый на вид магазинчик, над входом которого висела пожелтевшая картонка с неуклюже нарисованным на ней мешочком с вещами внутри, Кейн огляделся. Магазинчик выглядел как старый продуктовый магазин с полками под стеклом, в которых раньше хранились продукты. Теперь же ассортимент стал явно больше — здесь можно было найти все: от куска хлеба до оружия и патронов к нему.

— Хозяин, вы тут?

— выкрикнул Кейн.

В ответ он услышал копошение под стойкой. С улыбкой, предвкушая реакцию хозяина на новость о долге, Кейн подошел к стойке. Но на удивление Кейна, из-за стойки выглянул не угрюмый хозяин, а молодой парень в круглой шляпе, которую в старых сказках обычно носят ведьмы. Да и весь его наряд напоминал наряд какого-то мага из сказок. Единственное, что выбивалось из образа, — это монокль в золотой оправе, надетый на правый глаз.

— Ахаха, извините, я уронил бумаги и не заметил вас. Вам что-то нужно?

— с улыбкой спросил мужчина.

— А где хозяин?

— с опаской спросил Кейн. Пусть в городке и было бессмысленно что-то красть из-за его размеров, но все же находились дураки, которые воровали вещи у местных, а потом сбагривали их за ворота. Некоторые возвращались и отбывали свое наказание, остальным же везло куда меньше. Иногда таких находили мертвыми за пределами города, а самых неудачливых убивали уже в виде извергов.

Поэтому, пусть воровство и было редкостью, местный хозяин никогда не отходил от прилавка в рабочее время. Как он говорил:

— Если кто-то умрет только потому, что украл пару моих вещей, я буду чувствовать себя неуютно.

Вернувшись в реальность, Кейн осмотрел незнакомца уже более внимательно.

— Можете, пожалуйста, не пялиться на меня так,

с неловкой улыбкой проговорил мужчина.

— Хозяин отошел из-за проблем с поставками, а меня попросил посторожить прилавок, чтобы ничего не случилось.

— А почему он тогда просто не закрыл магазинчик на время ухода?

с подозрением спросил Кейн.

Пусть такие ситуации уже и случались, но если мужчина запаникует, Кейн был готов показать ему, что воровать — это нехорошо. Может, еще и долг спишут за добрый поступок. Думая в таком ключе, Кейн начал надеяться, что мужчина окажется вором. Ведь если это так, реакция хозяина будет невероятно веселой.

— Не знаю,

помотав головой, ответил мужчина, а после достал записку.

Кейн сразу расслабился, увидев бумагу в руках мужчины.

— Хозяин дал мне эту записку.

Текст записки был прост:

(Отошел по делам, оставил этого актеришку присматривать за магазином, пока меня нет. Он будет обслуживать всех, кроме Кейна, пока тот не вернет мне долг).

Услышав текст, Кейна чуть не перекосило.

«Ахаха, вот злобный старик», — подумал он.

— А вас как зовут?

— с любопытством спросил мужчина.

— Кен,

— без раздумий и с широкой улыбкой соврал Кейн.

— Приятно познакомиться. А меня зовут Нома. Как вы видите по моей одежде, я один из актеров в нашем театре.

Кейн удовлетворенно кивнул. И правда, кроме актера, кто станет носить такую дурацкую одежду?

— Вам что-нибудь требуется?

— с улыбкой спросил Нома, возвращая Кейна к вопросу о подготовке к его маленькому походу.

Выходя с нагруженным рюкзаком припасов, Кейн посмотрел на начинавшие пустеть к вечеру улицы.

До катастрофы это было бы приятное зрелище: множество людей, закончивших свои дела, расходятся отдыхать в свои дома, идя к своим семьям. Сейчас же это было похоже на бегство. Все спешили домой с наступлением ночи.

Из-за местного тумана, который опускался на мир с наступлением темноты, люди стали бояться ночи. Пусть в городе и было безопасно, но страх все еще жил внутри них. Ведь если не повезет и попадешь в туман, тебя ждет судьба хуже смерти. Туман проникнет в тебя, извратит твое тело и душу и превратит в изверга — мерзкую тварь, похожую на животное своими повадками.

Проходя к гостинице, где он сейчас жил, Кейн заметил местный бар — старый пошарпанный частный домик из красного кирпича со старыми двойными деревянными окнами. Не было ни вывесок, ни обозначений, но все местные знали этот бар. Ведь только его владелец умел делать виски. Если в других заведениях все, что можно заказать, это самогон, то здесь был самый настоящий виски. Никто не знал, как он его делает, но вкус всегда был отменным.

Постояв у входа, Кейн толкнул дверь и зашел в бар.

Это его последний день, так что можно и потратиться в последний раз.

Зайдя внутрь, Кейну в нос попал сладкий запах местного алкоголя. Посетителей было много, и, чтобы поговорить, им приходилось перекрикивать друг друга. В комнатах старого дома стояли столы на маленькой ножке. Люди же сидели на табуретках, сделанных вручную местным умельцем. Каждая комната была занята столами и людьми: одни просто пили и развлекались, другие играли в карты. Справа от проходного коридорчика была отделена зона под барную стойку.

Кейн решил не искать свободный столик и просто уселся за стойку, заказав свой виски.

На утро:

— Голова… Как же болит голова…

— Больше никогда не буду пить.

Солнце из-за туч освещало спальню Кейна, шум с улицы разбил его сон, как стекло.

[Может, вообще сегодня никуда не идти? Я так-то и не тороплюсь.]

Ворочаясь в постели в безуспешных попытках поспать еще немного, Кейн окончательно проснулся.

— Как достало! Я даже поспать нормально не могу, шумоизоляция тут отвратительная, — с раздражением проговорил Кейн.

Вставая, он осмотрел свою комнату в одном из старых, еще сохранившихся домов. На стенах его комнаты были трещины и подтеки желтого цвета, пол был сделан из бетона, на котором стояли кровать и один стол со стулом. Напротив кровати стоял старый двухстворчатый шкаф.

— Уже встал?

Кейн слегка опешил от того, что в его личной комнате с ним кто-то заговорил, а потом вспомнил, как вчера напился и нашел странную говорящую жидкость в бутылке. Раньше бы он и не приблизился к столь неестественной вещи, но в нынешние времена это уже не было самым странным явлением за последние 10 лет.

— Напомни, а ты кто вообще? — с осторожностью спросил Кейн.

В красной жидкости один за другим появились белые клыки, образовав довольный оскал.

— Догадайся.

Стиль речи существа его раздражал, но в отместку Кейн решил сам назвать его, раз оно не хотело представляться.

— Ладно, ты теперь Джин.

На мгновение жидкость в бутылке пошла волнами, но затем успокоилась.

— Джин?

— Да, Джин. А что? — с ухмылкой ответил Кейн.

Кейн всегда был немного странным: его мало что заботило, и все, кто его знали, могли сказать, что он был невероятно спокоен и никогда не показывал ярких эмоций. Но кто бы мог подумать, что он своим поведением введет в ступор даже жидкость.

— Хахаха, а почему именно Джин? Хотя я не против.

— Так ты же в банке.

— Вот и Джин в банке.

Столь серьезные доводы ввели Джина в ступор, и он на мгновение замолк.

— Веселый ты парень. Может, откроешь бутылочку, а я исполню все твои желания?

[Даже идиот на такое не поведется.]

— Нет, ты и так хорошо смотришься.

[Это что за хрень я с собой притащил вчера?]

В панике Кейн пытался вспомнить все события прошлого вечера.

[Я, конечно, вчера много выпил, но где я в городе нашел эту бутылку?]

[Хех, совершенно ничего о вчерашних событиях не помню.]

[А бутылку просто оставлю на столе, Катя как-нибудь разберется. А может, я вообще сошел с ума, и бутылки тут нет. Если так, то и беспокоиться не о чем.]

Успокоив себя, Кейн встал с постели и, стараясь не обращать внимания на банку, стал собирать свои вещи.

Сегодня был последний день аренды, и ему пора уходить.

Кейн собрал свою сумку, среди вещей в которой были револьвер, травы, еда, вода и старая небольшая керосиновая лампа.

Посмотрев в ростовое зеркало, он увидел себя: метр восемьдесят, длинный коричневый плащ, черная водолазка, брюки того же цвета и ботинки, какие раньше носили военные. Лицо с острыми чертами, зеленые глаза и волосы цвета грязи.

— Надо бы постирать одежду, ну или хотя бы почистить, а то как бездомный. А хотя, подождите-ка, я ведь и есть бездомный.

Усмехнувшись со своих слов, Кейн улыбнулся. Не то чтобы он был психом, которому нравятся оскорбления, просто такие вот юмористические комментарии не давали ему впасть в депрессию. Кейн взял за правило стараться находить во всем хоть что-то смешное.

— Вздох. Ладно, мне пора идти.

И только он сделал шаг, как услышал:

— Ты ничего не забыл?

Кейн так старательно пытался забыть о существовании Джина, что действительно забыл о нем.

— Ну, что ты, пусть мы и провели ночь вместе, но давай расстанемся на хорошей ноте, — слегка смущенно ответил Кейн.

— Решил меня тут оставить после всего, что было?

— Не получится, — с улыбкой проговорил Джин.

После этих слов Кейн тоже ухмыльнулся.

— Проверим, — сказал он и хлопнул дверью.

Пройдя через выход, он даже не смотрел на остальных людей в отеле. Кейн только попрощался с сотрудниками. Последние пару дней он тратил все свои деньги, снял лучший номер, который был. Если бы не это, он бы спал далеко не один, да и не на кровати, а на полу, в кучке с другими людьми.

Вчерашний день он провел в баре и даже не помнил, как вернулся в номер. Пройдя через город, Кейн дошел до некоего подобия стен из смеси мусора и бетона. Стоя перед воротами, он помахал рукой охраннику, подавая знак, что выходит.