Глава 1.0

– Гиппогрифье дерьмо! – охарактеризовал ситуацию Драко, глядя в трансфигурированное зеркало. – Мерлин всемогущий, за что?

На него смотрела хорошенькая такая блондинка. С ухоженными платиновыми волосами, льдисто-голубыми глазами и до ужаса высокомерным лицом. Вот только этой блондинкой был никто иной, как он сам.

Да-да, Драко Люциус Малфой, которого, похоже, прикончил таки хагридов Клювик, отныне обитал в теле девы. Как говорится, на всё воля Магии. Скажите спасибо, что жив. Вот только сам пострадавший был настроен не слишком оптимистично: Оно и понятно, учитывая перспективы.

В этот момент раздался хлопок, и перед ним возник домовик в идеально чистой наволочке с гербом рода Малфой. Лопоухое создание обрадованно просияло:

– Хозяйка Дездемона очнулась!

Драко закашлялся, издав то ли хрип, то ли писк.

«Дездемона?!» – на его лице было написано чистейшее изумление. – «Ну спасибо, матушка, удружила.»

Вскоре состоялся разбор, устроенный добрым, как адский цербер, папашей. В результате него Драко и выяснил, как попал в это тело. Будущий жених Дездемоны, старший брат Теодора, открыто изменял ей с маглокровками, не скрывая, что терпеть не может невесту. Разумеется, той это не нравилось. Однако хитрости в юной волшебнице было значительно меньше, чем блэковского темперамента. Она решила вскрыть класс, где миловались любовники, вот только Эллиот Нотт набросил не защитные чары, а родовое проклятье, от которого у неё вскипела кровь в прямом смысле слова.

– Ты Малфой, а не тряпка для ног, – каждый раз говорил ей отец, недовольно кривясь при взгляде на свою дочь. – Этот брак будет выгоден роду. Не сумеешь заставить супруга уважать тебя – значит недостойна фамилии. Поди прочь с глаз моих.

Что сказать, здешний Люциус был настоящим тираном.

«Так», – размышлял бывший Драко, сидя на полу своей спальни. – «План минимум – избавиться от дракклова женишка. План максимум – позаботиться о своём будущем.»

***

– Ты изменилась, Малфой, – с удивлением произнёс шрамоголовый. О да, его... Вернее, её коварный и злобный план включал в себя Гаррика Потти. Что поделать, без Мальчика-Который-Не-Сдох (в отличие от него, ха-ха-ха), ей будет в сотню раз тяжелее. А тут может и перепасть от геройских щедрот, не без этого.

– Я вообще-то с трудом не отошла в мир иной, – мелодично сказала блондинка. Поправила локон, выбившийся из причёски. – Итак, гриффиндурок, предлагаю тебе заключить сделку, выгодную нам обоим.

– О как, – удивился брюнет. – И каковы же условия?

– Ну, – Дездемона притворно задумалась. – Я сливаю тебе информацию и всякие слухи, которые ходят в наших кругах, а ты принимаешь меня в свой клуб неудачников. Интересует?

Поттер растянул губы в усмешке.

– Раскусила, чертовка, – довольно констатировал он.

– Да ты не особо скрывался.

Этот всенародный герой отличался в лучшую сторону. Тёмный, ехидный, расчётливый, прячущий всё это за маской недалёкого простачка-маглолюбца. Неизвестно, что там думал директор, но об этого Поттера он явно обломает хотелку.

– И почему ты не на Слизерине? – задумчиво пробормотала волшебница.

– С трудом уговорил старую шляпу отправить меня к грифферам. Угрожал полить её кислотой. Зато молчит, колпак дракклов, – Гарри презрительно фыркнул. – Боится за свою недожизнь.

«Угрожающий Поттер?» – с весельем подумала Малфой. – «Это что-то новенькое, мне нравится.»

***

Она ждала явления своего наречённого, как дементор претендента на поцелуй. Ради этого дела Малфой засела в гостиной, вытащив клятую вышивку. Дожили: Он, Драко Малфой, ещё совсем недавно наследник чистокровного рода, вынужден взяться за пяльцы! Впрочем, мама Нарцисса считала, что истинный Лорд с большой буквы должен уметь вообще всё. И Венгерского хвосторога укротить, и гобелен вышить, ага. Что ж, хоть где-то этот навык сгодился.

Дездемона мирно занималась своим дамским делом и настолько погрузилась в себя, что едва не пропустила явление жениха недостойной. Эллиот, подобно ангелу смерти с презрением на лице, смерил её долгим взглядом. Малфой вскинула бровь.

«А вот и мой Отелло пожаловал... Интересно, что он сжевал, раз его настолько перекосило?»

– Ничего не хочешь мне объяснить? – тоном «покайся, грешница» произнесла сия личинка волшебника. Даже чары не поставил, засранец. Возжелал публично унизить её? Что ж, ей же лучше. Она, не отрываясь от вышивки, вернула ему этот взгляд.

– Нет. А разве должна?

– Какого Мордреда две трети Хога видели тебя, премило болтающей с Поттером?! – ух, сколько злости! Прямо оскорблён в лучших чувствах.

– С каких это пор вас, наследник, стало касаться, с кем и о чём я беседую? – и фирменное выражение крёстного в духе «Д'Артаньян среди коровьих лепёшек». У Эллиота дёрнулся глаз. Что, не ожидал, идиот?

– Ты – моя невеста!

– И что? Вы ясно даёте понять, что плевать хотели на свою и мою репутацию, так почему же меня должны интересовать ваши истерики, м? Меня не волнует, где, с кем, и как вы предавались разврату, однако избавьте меня от ваших амурных историй. И не приписывайте окружению невозможность удержать член в штанах.

Гостиная выпала, да-с. Дездемона со спокойным лицом вышивала ромашки и розы. Где-то глубоко в её разуме хихикал, даже ржал, Драко Малфой, так некстати (для Эллиота, конечно) попавший в тело его благоверной.

Хотел растоптать её гордость, бросив на потеху толпе? Что ж, получи в той же мере.

***

Разумеется, её коварнейшее высочество на этом не остановилось. По-крупному вредить она не могла, но вот мелкие пакости, о... Такой полёт для фантазии!

Для начала наследника Нотта едва не заглотил его же сундук, когда тот полез за чернильницей. Право, сущая мелочь – денёк под Костеростом у Помфри. Затем ему не повезло на уроке зельеварения – ядреная малиново-красная жидкость, попавшая ему на лицо, едва ли напоминала бадьян. А Малфой тихонько хихикала, сидя с Поттером под мантией-невидимкой: Должна же от очкарика быть хоть какая-то польза.

О, она развернулась во всю свою чёрную душу. Подложенные Нотту в сумку тентакли, лёгкие чары, заставляющие его разговаривать фразами из книжек для взрослых. Зелье от «доброй» невесты, перекрасившее кожу и волосы в насыщенный тёмно-зелёный. Патриотично так, в цветах факультета.

– Ты страшная, Малфой, – ухохатывался герой Гриффиндора. – Напомни мне никогда не злить тебя, даже случайно.

– Всегда можешь попробовать. Заодно испытаю какое-нибудь экспериментальное зелье.

***

– Ты! – возопила страшненькая Уизлетта на весь большой зал. – Оставь в покое моего Гаррика, стерва!

– Да я, вроде, и не претендую, – пожала плечами волшебница. Но Джиневра её словно не слышала, продолжая верещать, будто резаная.

– Ты рушишь наши счастливые отношения! Ненавижу! Из-за тебя Гарричка даже не смотрит на меня так, как раньше!

Малфой размеренно завтракала, мысленно представляя, как обрушивает ей на голову люстру.

– Может быть, дело не столько во мне, сколько в том, что нужно следить за собой? Берёшь пример с Грейнджер, Джиневра? Или с братца, который не моется месяцами?

– А-а-а! – перешла на ультразвук Уизлетта. – Ты всегда всё портишь! Ненавижу! Ненавижу-у!

– Довольно, – наконец заткнул её Поттер. Он не повышал голос, и тем сильнее оказался эффект. Это прозвучало неожиданно... Внушающе. Угрожающе. Даже Дездемона прониклась.

– Не позорь себя и меня.

– Но, Гарри... – попыталась вставить дурища.

– Я сказал, довольно. Ты не поняла что-то, Джинни?

Малфой погрузилась в себя. Такой Поттер ей даже нравился: Властный, опасный, безжалостный... Его определённо стоило держать как можно ближе к себе. Во избежание.

***

– Эллиот Нотт – идиот, – произнёс соткавшийся из воздуха шрамоголовый, присаживаясь на подоконник. – Не ценить такую невесту...

– Ещё немного и я решу, что ты ко мне подкатываешь, гриффиндурок.

Поттер неопределённо хмыкнул, заставив её насторожиться.

«Так», – подумала Дездемона, на всякий случай отсаживаясь подальше. – «Мне что-то не нравится, вот что превратился этот театр абсурда.»

– По-отти, – ехидно протянула волшебница. – Ни за что не поверю, что ты воспылал ко мне страстью. Я не настолько наивна, как обе дурищи Гринграсс.

– Какая же ты всё-таки стерва, – довольно усмехнулся герой.

– Я знаю. Спасибо за комплимент.

– Ты... Отличаешься, Малфой, – осторожно произнёс гриффиндорец. – В лучшую сторону, правда.

– Многие с тобой не согласятся.

– Проблемы пустоголовых кретинов. Мне нужно закрепиться в магмире, возродить почти умерший род, тебе – избавиться от навязанного замужества. Выгодная сделка, не так ли?

– И чем ты лучше старшего Нотта?

В его глазах вспыхнул огонь.

– Я докажу миледи серьёзность намерений, – клятвенно заверил герой.

«Что ж», – подумала Дездемона, глядя вслед Гарри Поттеру. – «Такой вариант отделиться от рода я действительно упустила из вида.»

***

Малфой смотрела на письмо с гербом Ноттов. Отказ от помолвки. Разрыв. С приличной компенсацией роду за причинённые ей неудобства.

– Что ты с ним сделал? – спросила она у гриффиндорца. Тот ухмыльнулся, обнажая острые зубы.

– Не буду утомлять леди подробностями, тем более столь... Неаппетитными.

Она прикинула дальнейшие варианты. Что сделает Люциус после таких новостей? Выдаст её за Теодора? Навряд ли. Скорее, спешно устроит помолвку с каким-нибудь старикашкой, сослав её подальше. Как мило. Сраный Поттер, всё просчитал!

– Не спрашиваю, как у тебя с актёрскими данными, – стиснула зубы она. – Бери ноги в руки и тащи свою жопу к директору.

– Что? – офигел гриффиндорец. – Зачем это?

– Строить влюблённых кретинов и требовать поженить нас «прям щас»! Думаю, он будет в восторге от сменившей сторону Малфой.

– Тебя изгонят из рода.

– Насрать. Примешь в свой, делов-то, – девушка вскочила со стула. – Но мы должны провернуть всё быстрее, чем до папаши дойдёт. Готов порабощать МагБританию?

– Ведите, моя Тёмная Леди.