Против правил

На этот раз Гу Сицзю смогла точно всё рассчитать. Она оказалась за пределами пещеры, когда дождь уже стих. Воздух был свежим с запахом влажной травы. Она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем сбежать вниз с горы.

Будучи в пути, девушка продолжала телепортироваться – так она тренировала тело и дух. Чем чаще она это делала, тем проще и быстрее всё получалось.

После ухода Гу Сицзю пещера вернулась в спокойное состояние.

Статую освещал голубой свет, температура опускалась ниже и ниже.

Спустя час раздался потрескивающий звук. Голубой свет в пещере стал ярче – вокруг будто было много светлячков. Еще секунда – и свет превратился в перевернутый конус...

Он окружил статую, и она вдруг встала с земли!

Нет! Это была не скульптура, а живой человек! Прекрасный мужчина!

Он смотрел вниз. Его белые волосы мгновенно потемнели – вниз к лодыжкам будто спускался черный водопад.

Его жест говорил о том, что практика боевых искусств подошла к концу. Он сложил ладони перед грудью, всё еще держа глаза закрытыми. Свет вернулся к стенам пещеры.

Ресницы мужчины потемнели. Его глаза были черными, как смоль, и сияли как звезды.

Открыв глаза, он осмотрелся по сторонам. Он прекрасно видел всю пещеру и быстро понял, что он здесь один.

Та, кто прикасалась к его телу, пока он занимался духовной практикой, уже сбежала!

Никто не смел приближаться к нему, и уж тем более он не ожидал такой наглости, как прикосновение! Она даже сняла с него одежду! Это уму непостижимо! Это было за пределами его понимания...

Он практиковал силу нефритовой статуи, и когда дошел до стадии соединения его духа с природой, ему потребовалось приостановить работу чувств – всех, кроме осязания, чтобы не пропустить внешнюю опасность.

Он знал, что Гу Сицзю зашла в пещеру, но был на том этапе практики, когда нельзя было прерываться. К тому же, он заметил, что девушка не хотела нападать, а потому вместо того, чтобы остановить практику, он ускорил ее процесс.

Неожиданно для мужчины девушка сняла с него одежду и начала прикасаться к его телу!

Он поставил на паузу свое зрение, обоняние, слух и вкус, но не осязание – он чувствовал, как крошечная рука исследовала его тело.

Никогда прежде к нему так не прикасались, он почувствовал что-то особенное, но ему сложно было определить, что именно.

Именно в этот момент прерывать практику было нельзя. Никто не имел права вмешиваться в процесс. Однако неожиданное прикосновение Гу Сицзю чуть не свело мужчину с ума – он застыл, как настоящая статуя.

Сейчас в пещере было тихо и спокойно. Та, что потревожила его покой, уже исчезла.