Глава 1.0

— А ну стоять! — раздался крик учителя где-то позади.

Я, конечно, не послушалась. Топая по коридору, я неслась вниз по лестнице. Только бы успеть до того, как меня схватят. Прыгнула через две ступени, подбежала к двери — и… столкнулась прямо с директором.

Бах!

Я отлетела назад, чуть не сев на попу. Он даже не шелохнулся, стоял как бетонная стена.

— В кабинет! — коротко сказал он, хватая меня за локоть.

Минут через пять я уже сидела на знакомом кожаном кресле, глядя на него с наглой улыбкой.

— Ты хоть понимаешь, что это уже третий случай за две недели? — начал он. — Новый учебный год только начался, а ты уже успела сбежать с урока, устроить ссору с преподавателем, и теперь — чуть не сломала мне ногу!

— Ну, мог бы отойти, — буркнула я. — Я спешила.

— Я звоню твоему отцу, — сказал он и потянулся к телефону.

— Он не возьмёт… — вздохнула я.

Но директор уже набирал номер.

— Алло… Да, мистер Найтшад? Это директор школы… Да, снова ваша дочь…

(пауза)

— Понимаю… Конечно… Удачи с презентацией…

Он положил трубку и мрачно взглянул на меня.

— Он… в деловой поездке. Очень важная встреча с инвесторами. Просил не беспокоить.

— Я же говорила…

— Хорошо. Звоним твоей второй сестре. Диор, верно?

Я сдержала смешок. Диор? О, да. Это будет весело.

Он снова набрал. Я слышала гудки.

— Да? — раздался в трубке ленивый голос Диор.

— Добрый день, мисс… э… Диор? Я директор школы, в которой учится Ангелина Найтшад. Она снова…

— Ох, снова? Слушайте, — перебила Диор, — может, вы сами с ней поговорите, а? Мне сейчас не до неё. Я в примерочной. Тут новая коллекция, просто божественная. Ангелина сама всё уладит, как всегда. Всё, пока!

И бип-бип-бип — она просто сбросила.

Я фыркнула.

— Видите? Даже Диор не выдержала этой «драмы». А теперь можно я пойду?

— Ладно… Осталась Камилла.

Я резко подняла голову.

— Не надо… Она… занята. У неё ребёнок, муж… 

— Прекрасно. Значит, у неё точно есть опыт общения с проблемными.

Он набрал номер. Когда на том конце ответили, он включил громкую связь.

— Добрый день, это директор школы Ангелины Найтшад. Могу я поговорить с вами пару минут?

— Что она натворила? — тут же раздался холодный голос Камиллы.

— Мисс Найтшад… за две недели — шесть прогулов, выход через окно, перебранка с учителем, и… да, ещё у нас теперь трещина на подоконнике.

— Ангелина!!!

Я вздрогнула. Этот крик пробил мне барабанные перепонки.

— Ты в своём уме?! Ты что, совсем с катушек съехала?! Что у тебя в голове — вместо мозгов?! Конфетти?!

— Приятно снова слышать ваш голос, — пробормотала я.

— Ты хочешь, чтобы тебя выгнали из каждой школы в стране?! Я что тебе говорила?! Умей себя вести, не позорь нас, не делай глупостей! А ты что?! Через окно?!

— Там был удобный выступ, — тихо вставила я.

— УДОБНЫЙ?! Ты что, человек-летучая мышь?! А если бы сломала шею?! Тебя даже Диор не спасёт!

— А она и не пыталась, — буркнула я.

— Вот именно! Потому что все устали, Ангелина. ВСЕ. УСТАЛИ. Даже директор, судя по голосу, уже на грани!

Директор из вежливости промолчал, хотя, кажется, с ней был согласен.

— Хочешь быть взрослой — отвечай за себя. Хочешь делать, что хочешь — пожалуйста. Но тогда не жди, что кто-то будет тебя спасать, когда всё рухнет. ПОНЯЛА?!

Я кивнула, хотя она этого не видела.

— ПОНЯЛА, Я СПРАШИВАЮ?!

— Да. Поняла…

— Вот и умничка. Учи уроки и не лезь больше в неприятности. Если в следующий раз позвонит директор — я лично прилечу и поселю тебя в монастыре. Навсегда.

Щёлк.

Телефон замолчал.

— Ну, — сказал директор, — теперь даже мне тебя жалко.

…Крики Камиллы до сих пор звенели у меня в ушах. Казалось, не только я, но даже сам директор попал под «режим Камиллы».

— Ладно… — выдохнул он, устав. — Возвращайся в класс. Но это последнее предупреждение.

Я кивнула, не споря. Он явно мне не поверил, но спорить было бесполезно. Я закрыла дверь его кабинета и пошла по длинному школьному коридору и вдруг мой телефон вибрировал. Вскоре на экране высветилось сообщение от нового парня, которого я недавно встретила.Я сразу же прочитала:

«Детка может, встретимся?»

Я усмехнулась про себя. Это было не то, что я ожидала, но тем не менее, любопытство перевешивало. Я всегда была той, кто играет с чувствами других, и теперь настал мой черед. Отвечать или нет?

Прочитав сообщение ещё раз, я прикусила губу, думая о том, что это может быть интересно. Я же ведьма, и для меня такие игры — это просто часть повседневной жизни.

«А ты уверен, что готов?» — ответила я через несколько секунд, не скрывая лёгкую насмешку в словах.

Я не ожидала, что он сразу отреагирует, но его следующий ответ пришёл быстро. Он снова писал, что не может дождаться нашей встречи. И я, несмотря на весь свой холодный и уверенный внешний вид, почувствовала, как лёгкая дрожь пробежала по коже.

Я не сказала «да» и не сказала «нет». Но 

что-то внутри мне подсказывало, что этот вечер будет интересным.

***

Я вернулась домой и бросила сумку у входа:

— Я домааа! — крикнула я, разуваясь.

Дом, как всегда, сиял роскошью: три этажа, хрустальные люстры, служанки в безупречной форме, современная техника… Я бросаю сумку в угол и сразу бегу наверх: пора переодеваться.

В своей комнате я замираю перед шкафом и выбираю платье. У меня их уже штук десять, но сегодня я ношу самое дерзкое: чёрное мини с асимметричным вырезом и тонкими бретельками. Блестки на ткани будто подмигивают мне, когда я его надеваю. В зеркале я кручу головой, проверяю локон на плече — и, довольная собой, накладываю помаду насыщенного бордового оттенка.

Внизу, у парадной двери, начинает звучать лёгкое «бррр» мотора. Значит, он уже здесь. Я бросаю последнюю вещь — ключи — в маленькую серебристую сумочку.

Перед моим домом стоит шикарный чёрный джип. Он выходит из машины в идеально сшитом костюме, слегка расчёсывая назад волосы.

— Красавица, — говорит он, распахивая дверь.

— Дерзко смотрится, — отвечаю я с хищной улыбкой и элегантно сажусь рядом.

Я ввалившись в клуб, сразу почувствовала, как музыка бьёт в грудь – низкий бас гудел в висках. Мы с ним присоединились к компании у длинного барного стола, где уже стояли ряды бокалов и бутылок.

— Пошли пить! — крикнул кто‑то, и мы хлынули в этот вихрь.

За следующие полчаса я успела сменить три напитка — сначала лёгкий просекко, потом коктейль «Лонг-Айленд» (да, я сразу поняла, что утро будет тяжёлым), потом, под напором друзей, была текила с лимоном. Мы смеялись, чокались, и я чувствовала, что голова слегка кружится, но мне нравилось это состояние полубреда, когда все заботы вдруг растворяются в пузырьках.

Когда ряды бокалов начали пустеть, кто‑то предложил разложить колоду и сыграть в «Пьяную тысячу» (мы так называли упрощённый покер с наказаниями). Правила были простые: проигравший пил снова и выполнял смешное задание.

— Ангелина, твоя ставка! — спросил ярый конкурент, подмигивая.

Я поставила всю последнюю фишку — и выиграла. Все дружно ахнули, а я гордо улыбнулась. Вскоре все были в одинаковом положении: кто‑то пытался считать фишки, кто‑то писал «я люблю тебя» на бумажке, а кто‑то даже танцевал на стуле.

****

Когда я домой вернулась, я была в шоке потому что отец был дома. Его возвращение домой сегодня было совсем не обязательным, блин… черт возьми, зараза! И эта Диор меня даже не предупредила — молодец, да, защитница младших?

Я только приподняла плечи, пытаясь отмахнуться от запаха алкоголя на своей одежде.

— Пап, она же… — начала было я, но он не дал договорить.

— Где ты была всё это время?! — рявкнул он и схватил меня за плечо, чуть не швырнув к стене. — Посмотри на себя! Какое это состояние?!

Я почувствовала, как комок подступает к горлу, но вовремя сдержалась от слёз.

— Я… это… — слова застряли, и я лишь кивнула.

Он отпустил моё плечо и, тяжело вздохнув, отступил на шаг.

— Никаких вечеринок без предупреждения! — проговорил он уже тише, но не менее твёрдо. — Поняла?

Я выдохнула, сглотнула и, чуть наклонив голову, выдала:

— Поняла…

Папа лишь мотнул головой и вышел обратно в коридор, а я стояла посреди прихожей, чувствуя, как каждая из этих «милых семейных сцен» врезается мне в память.

Я ни слова не сказала. Просто прошла мимо, поднялась по лестнице и зашла в свою комнату. Всё ещё гудело в голове от громкой музыки и… выпитого. Пальцами нащупала телефон, подключила колонку и включила трек Billie Eilish — “When The Party’s Over”.

Голос зазвучал мягко, почти шёпотом, и я рухнула на кровать, даже не переодевшись. Потолок плыл перед глазами, а в груди почему-то было странно пусто. Может, из-за крика отца. Может, потому что сама себе надоела.

Музыка стала тише, как будто и она устала. А я… просто закрыла глаза. И вырубилась.